На пересдачу, Кэсси Рок! Третья попытка

Она улыбнулась, бросив на него взгляд из-под ресниц, и Чес придвинулся ближе и, замирая от собственной наглости, прошептал ей на ухо:
– А что, если нам выманить Мелани?
– Как? – выдохнула Кэсси.
– Раз уж она стоит на страже девственности, – тихо сказал Чес, обнимая ее за талию, – то наверняка возмутится, если твоя окажется под угрозой. Я могу сделать вид, что собираюсь лишить тебя невинности прямо сейчас, и тогда…
  
– Хитро, – прозвучал голос откуда-то с потолка.
– Мелани! – воскликнула Кэсси, сбрасывая его руку и отстраняясь. – Это всего лишь шутка! Он не стал бы… Прямо здесь.
Чес благоразумно промолчал. Как знать, вдруг мытарь чувствует ложь.
Мелани появилась напротив – невысокая полноватая девушка с длинным носом и большими оленьими глазами. Ее губы поджались в тонкую ниточку, когда она оглядела Чеса с головы до пят.
– Было бы ради кого стараться, – фыркнула она. – Ты нецелесообразно используешь могущественный артефакт, Кассандра!
– Честер Гроув, – представился он и церемонно поклонился.
– Вот что я скажу, – Мелани вздохнула, и ее прозрачное одеяние, напоминающее сорочку, заколыхалось как медуза в морской воде. – Если он и правда вервольф, как вы тут болтали, то лучше дождись, пока он умрет, а потом сдай свой зачет комиссии и живи дальше.
В глубине души Чес был с ней согласен. Для Кэсси это самое разумное решение.
– Но он – типичный эгоистичный мужлан, – припечатала Мелани. – И, конечно, плевать хотел и на тебя, и на прочих женщин.
– Не хотел, – возразил Чес. – Я желаю Кэсси только добра.
– Так и отстань от нее, собака, – бросила Мелани. – Чего прицепился?
– Мелани, прекрати, – попросила Кэсси, краснея. – Сама же сказала – он не такой. Мы лучше пойдем.
Она взяла его за руку, и Чес пожал тонкие пальцы.
– Погоди, – попросил он. – Мелани, вы ведь жили лет триста назад. Возможно, слышали что-то о Бенджамине Олахари, охотнике на вервольфов.
– Охотник? – она фыркнула. – Бенджи?
– Ты его знала? – ахнула Кэсси. – Мелани, пожалуйста-пожалуйста, расскажи нам все!
 
Глава 3. Ниточки-клубочки
 
Мелани покрутила носом, набивая цену, но я видела, что ей и самой хочется поболтать. Оно и неудивительно: посидишь так в подвале лет триста. Девственниц у нас в академии раз-два и обчелся, так что Мелани сама себе установила жесткий фильтр для общения.
– В общем, Бенджи был младшим сыном в потомственной семье охотников на нечисть, – начала она, летая туда-сюда по подвалу. – В семье, как говорится, не без урода, и Бенджи Олахари взял на себя это тяжкое бремя.
– Он ведь убил Дугласа Мактрау, – напомнил мастер Гроув.
Я пока так и не решила, как его звать. То ли по имени, то ли держать дистанцию, раз уж сказала, что никаких поцелуев до самого четвертого дня, если он для него наступит.
– Передай этому невежде, – процедила Мелани, – что если он будет меня перебивать, то ничего не узнает.
– Я понял, – смиренно кивнул Гроув. – Можешь не передавать, Кэсси.
Я мысленно похвалила его за терпение, а Мелани демонстративно вздохнула и продолжила:
– Старый Дуглас Мактрау тоже был артефактором, как и мой Ирвин. Они оба искали способ обрести бессмертие, посмеиваясь над стезей, выбранной другим. В самом деле, прививать себе животную суть, – она фыркнула, – кто в здравом уме пойдет на такое? Впрочем, с колесом времени Ирвин тоже промахнулся. Фигушки ему, а не второй шанс. На что он вообще рассчитывал? Что я, опороченная, преданная, обманутая в лучших ожиданиях, дам ему возможность возвращаться в прошлое и жить снова и снова, пока не надоест?
– Наверное, он надеялся, что вы, Мелани, не сохраните целостности духа. Останется одно только горячее желание вернуться назад и все исправить, – предположил мастер Гроув.
– Вы, мужчины, постоянно недооцениваете женщин, – заметила она. – В общем, оба они получили по заслугам. Мактрау стал вервольфом, а Ирвин так и умер, не сумев воспользоваться колесом времени. О, как он умолял меня, как плакал, стоял на коленях…
Она довольно улыбнулась, погрузившись в сладостные воспоминания.
– А что Олахари? – осторожно напомнила я.
– Олахари были бравыми ребятами и иногда приносили для Ирвина всякие штуки вроде упыриных клыков или чешуи василиска. При создании магических предметов постоянно требуются разные ингредиенты. Младший Олахари был у них на подхвате и тащил разве что зомбячьи кости. Хотя и тем находилось применение. Если их хорошенько вычистить и укрепить, то могла получиться отличная выбивалка для ковров или, допустим, мышеловка.
Мастер Гроув больше ее не перебивал, но по напряженному выражению его лица я понимала, что он явно страдает, выслушивая все эти подробности. Мелани же наслаждалась возможностью вспомнить былое.
– Была у нас такая самоходная челюсть, – говорила она. – Обычная мышеловка – что? Стоит себе в углу. Мышь то ли польстится на приманку, то ли нет, а может, вовсе – схватит да удерет. А эта челюсть скакала по всему дому! Уж такая отличная штука! Всех мышей повывела! Только клацала громковато…
– Но Бенджи часто бывал у вас, – я попыталась вернуть ее в русло беседы.
– Заходил, – кивнула Мелани. – Он смазливый был, этот младший Олахари. Светлые кудри, голубые глаза, ямочки на щеках.
– На любителя, – заметила я.
– Это да, – согласилась Мелани, насмешливо глянув на Гроува. – Не на твой вкус. Так вышло, что он запал на Нарциссу, жену старого Дугласа.
Гроув так и вздрогнул, услышав знакомое имя.
– Она была моложе мужа лет на сорок. Такая вульгарная девица, – Мелани брезгливо сморщила нос. – Вечно выставляла напоказ свои прелести. Еще и рыжая как лиса.
– Значит, она совсем не святая? – вырвалось у меня.
– Нарцисса? – звонкий смех Мелани оборвался так же внезапно, как и начался. – Это точно не про нее. Ведь она убила своего мужа и вырезала ему сердце.
– Зачем? – ахнула я.
– Это уже ее мой Ирвин надоумил, – пояснила она. – Она ему сердце, он ей – лекарство. Старый Дуглас наградил ее парочкой уродливых шрамов, а у вервольфов отличная регенерация. Ирвин столько эликсиров сделал из Мактрау! Хотя на мой взгляд, это несколько неэтично. Пусть они и не были друзьями, но все же…
– А Бен Олахари тут как завязан? – пробормотала я.
– Все решили, что это он убил старого Дугласа, из ревности.
– Значит, Бенджамин не был вервольфом? – упавшим голосом спросил мастер Гроув.
– Насколько мне известно, он был только придурком, – отрезала Мелани. – Хотя одно другого не исключает. На Бенджи открыли охоту сыновья старого Дугласа, еще от первых браков. Не то чтобы они его так уж любили, но дело принципа – отомстить за смерть папаши. Бенджи с Нарциссой куда-то сбежали. Потом он вернулся уже один, постаревший, лысый. Куда что девалось: и кудри, и ямочки…
– У него был волшебный кулон? – прямо спросила я, устав ходить вокруг да около.
– Зачем Бену Олахари кулон от оборота, если он даже не был вервольфом? – хмуро пробормотал мастер Гроув, устав от сплетней трехвековой давности. Склонившись ко мне, он прошептал: – Послушай, Кэсси, она ведь сидит тут в колодце. Откуда ей все это знать? Почему мы должны ей верить? С чего ей говорить правду?
Мелани закатила глаза и, вспорхнув со стола, улетела в колодец так стремительно, будто ее снесло порывом ветра.
– Что ты наделал? – с отчаянием воскликнула я.
– А что мы тут слушаем? – раздраженно ответил он и, подойдя к шкафу, в сердцах стукнул по старой дверце, так что инструменты внутри жалобно зазвенели. – Какая-то там рыжуля триста лет назад наставляла рога старому мужу. И что?! Как это мне поможет? Мелани ненавидит мужчин, может, она специально врет, чтобы…
  
Я подбежала и зажала ему рот ладонью, и Гроув, помычав мне в руку, затих.
– Помолчи, пожалуйста, – тихо попросила я. А потом бросилась к колодцу и, склонившись, выкрикнула: – Мелани! У Олахари был кулон?
– Был, – донеслось откуда-то с самого дна. – А может, и не был. Откуда мне знать? У меня ведь память дырявая как дуршлаг. Да и вообще, что там может запомнить глупая и злобная девица вроде меня?!