На пересдачу, Кэсси Рок! Третья попытка

 
Ольга Ярошинская
 
На пересдачу, Кэсси Рок! Третья попытка
  
Глава 1. Разоблачение
 
Тикали часы на стене, бесшумно кружилась ложечка в белой чашке, запах кофе плыл по кабинету, а прическа и костюм мастера Гроува были, как и всегда, безукоризненны.
– Если ты насчет зачета, Кэсси, то я бы крайне рекомендовал тебе оставить эту пустую затею и выбрать другую специализацию, – произнес он скучающим тоном.
  
Наверное, именно эта его крайняя рекомендация и стала последней каплей. Я быстро подошла к столу, выхватила чашку и выплеснула кофе прямо на грудь мастера Гроува – туда, где пока что билось его упрямое сердце.
– Сдурела?! – рявкнул он, вскочив с места.
Зато всю невозмутимость как рукой сняло.
– А ты не сдурел? – выкрикнула я ему в лицо. – Не мог сразу сказать, что вервольф? Так сложно открыть рот и признаться? Я уже и так, и эдак, а он корчит постную рожу, а потом идет умирать, как жертвенный агнец! Очнитесь, мастер Гроув, – я пощелкала пальцами перед его носом. – Вы ведь волк, в конце концов, а не баран!
Ключ в двери позади меня скрипнул и повернулся сам по себе, взмыла по стенам синяя вязь, запирающая звуки, – теперь нас никто не услышит.
– Откуда ты знаешь? – спросил мастер Гроув, рефлекторно понизив голос.
Я вздохнула. Опять ему объяснять. Что ж, от этого никуда не денешься. Только стул совсем неудобный, так что я отошла и уселась на диван у стены.
– Я запустила колесо времени, – бусркнула я, нервно покачивая ногой. – Чтобы сдать ваш проклятый зачет. Я ведь знала, что вы попытаетесь меня завалить! Три раза! Три попытки – и не сдала! У вас совести нет, мастер Гроув. Допустим, вы не хотите пускать меня на боевку. Но зачет-то поставить можно? А дальше я сама решу, как строить свою жизнь.
Гроув вышел из-за стола и снял пиджак. Встряхнул его, и влажные пятна высохли и исчезли, а в кабинете еще сильнее запахло кофе.
– Давай помедленней, – попросил он. – Ты утверждаешь, что запустила колесо времени и крутила его уже несколько раз? Там мытарь!
– Да-да, Мелани, – покивала я. – Ее душа привязана к колесу коварным артефактором. Мелани ненавидит мужчин, зато ей не чужда женская солидарность.
– И она решила помочь тебе сдать зачет? – хмыкнул Гроув, стягивая галстук-бабочку.
– Она не из-за зачета согласилась, – ответила я. – У меня сегодня планировалось свидание. Но Кайл оказался двуличным засранцем. Почти как вы, но не совсем. Что вы делаете, мастер Гроув?
Жилет отправился на спинку стула, к пиджаку, а Гроув, расстегивая пуговицу на манжете рубашки, невозмутимо ответил:
– Пытаюсь понять, за что ты меня чуть не обварила. Кофе с утра помогает проснуться. Но когда его на тебя выплескивают, то эффект получается излишне бодрящим.
– А вы заслужили! – запальчиво бросила я. – Вы должны были честно признаться! Что трудного просто сказать – Кэсси, я вервольф. А не отталкивать меня при поцелуях, да еще врать, что все это ошибка и вы сожалеете. Уверена, вам не было жаль, что мы… что вы…
Пальцы Гроува, ловко расправляющиеся с пуговицами на рубашке, замерли, а сам он вопросительно на меня посмотрел.
– Хочешь сказать, у нас что-то было?
– Не было, – фыркнула я. – У нас могло бы что-то быть, если бы вы не бросили меня в хранилище артефактов и не отправились на кладбище умирать. Странные у вас приоритеты, мастер Гроув!
– Ну, сейчас я никуда не тороплюсь, – усмехнулся он.
Сняв рубашку, повесил ее на спинку стула. Задумчиво глянул на брюки и взялся за ремень.
– Туда почти не попало! – пискнула я.
Гроув обошел стол и, присев на краешек, пристально на меня посмотрел. А я не знала, куда глаза девать. Мало того, что он теперь снова живой, так еще и почти голый. А я к такому не готовилась. И кабинет слишком маленький. А Гроув – большой.
– Откуда ты знаешь, что я вервольф? – спросил он, и я подняла на него взгляд, стараясь смотреть только в глаза, но видела и широкие плечи, и темные волоски на груди, и крепкие мышцы пресса.
Невозможно сохранять ясность ума в таких условиях!
– Доктор Шменге поставил диагноз, – пробормотала я. – Я разбила вам нос и отнесла кровь на анализ. Сперва доктор решил, что это шутка, и я подсунула кровь Жозефины – это моя собака. Видимо, кровь вервольфа похожа на вкус.
– На вкус? – повторил мастер Гроув, явно теряя терпение. – Так, по-твоему, делают анализ крови?
– А Шменге вампир, – пояснила я. – Но хороший! Как и вы. Мастер Гроув, – я облизнула губы, – то, что вы, как оказалось, вервольф, это же не так страшно. Я люблю собак.
Гроув глубоко вздохнул, потер переносицу, в пару шагов пересек кабинет и опустился рядом со мной на диван.
– Давай еще раз и по порядку, – попросил он. – Значит, мы с тобой… целовались?
***
Чес изо всех сил пытался как-то выгрести из этого безумного потока информации и не утонуть.
Кэсси Рок вломилась к нему ни свет, ни заря, облила горячим кофе, ошарашила откровениями, а теперь демонстративно отодвинулась в противоположный угол дивана и покачала перед носом Честера пальцем.
– Это мы уже проходили, – заявила она. – Сейчас я разволнуюсь, расплачусь, вы полезете меня утешать, а потом еще обвините, что я вас соблазняю!
– И такое было? – не поверил он.
Кэсси фыркнула, расправила юбку и сложила руки на коленях будто примерная ученица. Только его этим не обманешь. Кассандра Рок – ураган, тайфун и ходячая катастрофа, и если кто и способен задействовать древний артефакт ради зачета, так это она. Неужели не врет?
Если бы Кэсси узнала его темную тайну и решила шантажировать ради тех же экзаменов, то зачем придумывать колесо? Слишком сложно. Но если все это правда, то, выходит, он целовал ее и теперь ни шиша не помнит? Как несправедливо!
– О поцелуях забудьте, – отрезала Кэсси, будто прочитав его мысли. – Наша главная цель – предотвратить вашу смерть. Через три дня, на месте силы, у оградки старого кладбища вы умрете. Вам вырвут сердце!
– Звучит драматично, – покивал Чес, рефлекторно почесав волосатую грудь, и с надеждой спросил: – А может, ты все это выдумала?
Кэсси прикрыла ресницы и глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться, но потом все же вспыхнула точно факел.
– Вы меня до истерики доведете! – воскликнула она. – Вы – вервольф, мастер Гроув! Откуда бы я это узнала? А еще вы не пускаете меня на боевку не потому, что считаете безнадежной, а потому, что вам не хочется меня бить. Верно?
– Ну, да, – нехотя признал он. – Но…
– Если вы мне не поверите и на этот раз, то клянусь, я убью вас сама! – пригрозила Кэсси, и ее зеленые глаза заблестели от слез.
А вот этого он вынести уже не мог.
– Только не плачь, – попросил Чес, придвигаясь. – Кэсси, сейчас же я жив. Ну, что ты…
– Каждый раз одно и то же! – горько всхлипывала она. – Вспомнила! У вас была в детстве игрушечная овца! Правда?
Потрепанная овечка с унылой мордой и вислыми ушами выглянула из далекого прошлого и исчезла.
– Как бы я об этом узнала? Никак! – горячо бормотала Кэсси и, развернувшись к нему, положила руки на его грудь и слегка царапнула ноготками. Внезапное прикосновение прошибло кожу мурашками. – Вы мне сами об этом сказали, на первом свидании.
– А их было много? – пробормотал Гроув.
– Самое забавное с лжицей, – рассмеялась Кэсси сквозь слезы. – Вы съели ее добровольно, чтобы меня не расстраивать. И такого наговорили! А самое отвратительное свидание, если можно его так назвать, – последний зачет. Вы отвергли меня и пошли умирать. Вы такой болван, мастер Гроув!
  
– Я не хотел тебя обидеть, – сказал он. – Точно знаю, что не хотел. Но, Кэсси, тебе правда лучше держаться подальше…
– Даже не начинайте, – сурово приказала она. – Я от вас не отстану, так и знайте, мастер Гроув! Вы мне каждый раз это говорите, но я никуда не уйду!
– Почему?
Вопрос вроде простой, но она вдруг смутилась, и на скулах пятнами расцвел нежный румянец.