В оковах бездны (СИ)

— Ого, Таня, да она у тебя синяя и отекла, — ужаснулась Даша.
— Все само пройдет, не в первый раз, — хмыкнула и попыталась отнять у Ларина свою обувь.
— Танюха, лучше показаться специалисту, — строго сказал Никита. — Быстро заедем в клинику и потом домой.
— Ладно, — сдалась я, отобрала у Игоря сапог и натянула на ногу, при этом поморщилась от боли.
Хотела встать, но Ларин не позволил, подхватил меня на руки и понес в сторону подземной парковки.
— Что ты творишь? — возмутилась я и попыталась вырваться. — Я в состоянии дойти сама.
— Я в курсе того, что ты самостоятельная, но не хочу, чтобы ты из упрямства навредила сама себе, — зарычал на меня Игорь.
Я умолкла, положила голову на плечо Ларину и зажмурилась, позволив себе быть капельку счастливой. Втянула в себя воздух, ощущая умопомрачительный запах его кожи. Судорожно сглотнула. Мне кажется, у меня каждое нервное окончание оголилось, совсем забыла про боль в ноге. Мечтала остановить время и побыть еще немного в крепких руках Игоря.
Ларин осторожно усадил меня на заднее сиденье автомобиля и расположился рядом.
В частной клинике сделали рентген. Врач сказал, что у меня вывих, но не тяжелой степени. Наложил эластичный бинт и рекомендовал держать ногу в покое до полного восстановления.
— Я же говорила, что ничего страшного, — сказала друзьям, а они заметно выдохнули.
Видимо, переживали за меня.
Ларин донес меня на руках от машины до дома.
— А на второй этаж слабо меня поднять? — пошутила я, чтобы хоть как-то разрядить накалившуюся обстановку.
Воздух между нами был осязаем. У Игоря был такой голодный взгляд, который пробирал меня до костей. Казалось, что еще секунда, и Ларин овладеет мной на пороге дома. Он молча понес меня к лестнице.
— Я пошутила! — воскликнула, но Ларин без проблем поднялся на второй этаж и занес меня в комнату, усадил на письменный стол и раскинул руки по обе стороны, заключив меня в плен.
Я забыла, что надо дышать, смотрела в черные глаза, и мурашки бегали вдоль позвоночника. Боролась с диким желанием обвить его шею, прильнуть всем телом и поцеловать с жадностью. Видимо, он меня на это и провоцировал. Хитрый!
— А ты сильный, — сказала первое, что пришло в голову.
Игорь усмехнулся и покачал головой.
— Спасибо и до свидания, друг, — напомнила ему о его статусе.
Ларин поморщился, отошел от меня.
— Выздоравливай, — бросил он на ходу и покинул мою комнату, а я выдохнула.
Прижала руки к груди, пытаясь угомонить колотящееся сердце.
На следующий день проводила родителей в путь, достала искусственную елку и принялась наряжать ее. Тишина давила на психику, поэтому включила музыку. Услышала какой-то странный хлопок, который раздался со стороны калитки, выглянула в окно и застыла на месте. Какие-то люди в черных масках взорвали замок и распахнули дверь. Они быстро передвигались по территории в сторону дома. Мои мышцы сковал шок на несколько секунд. Послышался звон разбившегося стекла. Я поняла, что нападающие уже в доме. Сорвалась с места и помчалась на второй этаж. Сотовый находился в моей спальне. Только бы успеть!
— Она здесь, — услышала я голос незнакомца, взвизгнула и, не обращая внимания на боль в ноге, взлетела по лестнице.
Топот мужских сапог заставлял мое сердце замирать от страха. Заперла дверь, схватила со стола телефон и забилась в вещевой шкаф. Знаю, наивно! Но лучше ничего не придумала. Дрожащими руками набрала номер Ларина и слушала гудки в трубке. По спине струился холодный пот, а сердце чуть не выскочило из груди. Липкий, мерзкий страх окутал душу.
— Пожалуйста, возьми трубку, — скулила я, слыша, как мужчины били ногами по двери.
Сколько у меня секунд, прежде чем они вышибут ее?
— Таня? — удивленно проговорил Ларин.
— Игорь! — завопила я не своим голосом. — Ко мне в дом пробрались люди в масках, спаси! — завизжала я, но тут же чья-то рука отобрала у меня телефон.
Сотовый бросили на пол. Мужчина разбил его двумя ударами ноги. Я учащенно дышала, смотрела на незнакомцев и не знала, что делать? Тошнота подкатывала к горлу, во рту пересохло от волнения.
 
— Хватай девчонку, и сваливаем, — отдал приказ один из громил.
Я пыталась вырваться, но ничего не вышло, меня легко перекинули через плечо и потащили на первый этаж. На улице был мороз, а меня вынесли в домашней одежде: в футболке и спортивных штанах, на ступнях лишь носочки. Мороз неприятно кусал тело.
Рот мне заклеили скотчем и грубо запихнули на заднее сиденье тонированной машины.
— Значит так. Увезите подальше от города в лес, всадите пулю в лоб, на теле оставите вот эту записку — послание ее папаше. Он не послушался, выступил в суде против моего дяди, так что пусть теперь всю жизнь винит себя в смерти дочери. Тело не прикапывайте, нужно, чтобы труп нашли.
— Девчонка аппетитная, ее можно перед смертью… — ехидно проговорил верзила.
— А это уже на ваше усмотрение, мне главное, чтобы она сдохла. Вернетесь, получите оставшуюся сумму денег, — заявил незнакомец и отправился к другой машине.
Я вздрогнула, когда два верзилы в масках сели в автомобиль.
— Ну что, куколка, покатаемся? — радостно проговорил тот, который был за рулем и утопил педаль газа в пол.
Я лихорадочно соображала. Как быть? Что делать? Из-за того, что заклеили рот, не могла ни слова сказать. Хотела снять скотч, но побоялась, что меня пристрелят раньше времени, поэтому вела себя тихо, как мышка. По щекам текли горькие слезы. Я понимала, что Игорь не успеет, что мне нужно будет полагаться только на себя. Мы ехали два часа, меня намеренно увозили подальше от города, чтобы поиски заняли больше времени. Когда внедорожник свернул в лес, у меня душа ушла в пятки, а сердце оборвалось. Неужели, это конец? Здесь встречу свою смерть? Машина остановилась в лесу, верзила вышел из автомобиля, открыл дверь и дёрнул меня за ноги, вытащил на снег. Я застонала от боли. Незнакомец резко сорвал с моих губ скотч, а я вскрикнула. Второй достал два пистолета с глушителями. У меня адреналин стучал в висках, легкие горели из-за холодного воздуха, я искала варианты, цеплялась за любую возможность выжить.
— Сразу пулю или развлечемся? — спросил задумчиво незнакомец у своего товарища, смотря на меня светло-карими глазами.
— Можно и развлечься, — усмехнулся тот.
Я попятилась на четвереньках обратно к машине, с ужасом наблюдая за тем, как один из мужчин принялся расстегивать свои штаны.
— Тебе от нас не сбежать, — ехидно улыбнулся тот, в руках которого было оружие.
У меня было меньше минуты. Я резко вытянулась на снегу и перекатилась под машиной на другую сторону, вскочила и побежала изо всех сил, при этом старалась вилять, чтобы в меня сложнее было прицелиться.
— Прыткая, — заржали за моей спиной мужики. — А ну, стоять, стрелять ведь буду! — с угрозой сказал один из них.
Я не оборачивалась. Услышала какой-то свист и щепки отлетели мне в голову. Взвизгнула, осознав, что это пуля прошлась рядом со мной и попала в дерево. Что-то обожгло ногу, и резкая боль отдалась в теле, но я не обращала внимания, бежала по снегу в носках, благо снега было немного, иначе бы увязла и меня бы точно уже пристрелили. Я продрогла до костей, но было на все плевать. Кровь стучала в ушах, все, что видела — это пространство перед собой. Ощутила сильный толчок в плечо и закричала от боли, но не остановилась. Что-то липкое и горячее заструилось по моей коже, спускаясь к пупку, но я на это не обращала внимания. Мозг был сосредоточен на том, чтобы найти выход и выбраться.
Споткнулась и кубарем покатилась по склону, плюхнулась в ледяную воду. Течение было таким быстрым, что я захлебывалась водой. Горная река несла меня непонятно куда, но главное — подальше от убийц. Мне не хотелось умереть такой смертью. Из последних сил пыталась бороться со стихией. Увидела ветвь дерева, склонившуюся над водой. Видимо, ураган вырвал дерево с корнем, и оно упало. Я схватилась за нее, вцепившись мертвой хваткой. Со стоном подтянулась и поползла по поваленному стволу на берег. Меня трясло так, что зуб на зуб не попадал. Перевела взгляд на свою промокшую, окровавленную одежду и поняла, что меня подстрелили. Из-за шока ничего не чувствовала, мозг защитился, отключил все чувства. Куда идти? Хотелось плакать, но слез не было. Это конец! Я до смерти замерзну или истеку кровью. Не знаю, что быстрее. Пока плыла, потеряла один носок, поэтому пришлось наступать голой стопой на снег. Шагала куда глаза глядели, и скулила от боли и холода. Меня качало из стороны в сторону, легкие горели. Рухнула на колени и повалилась на бок, перевернулась на спину и поняла, что больше нет сил. Смерть меня не страшила, мне просто не хотелось умирать. Шок стал немного отпускать, и тело пронзила невероятная боль. Я закричала на весь лес, выплескивая в крике все свои эмоции. Кричала, пока не сорвала голос, он охрип, и я закашляла. Вдруг услышала лай собаки. Лохматый пес подскочил ко мне и лизнул в щеку.