Спасите меня, Кацураги-сан! Том 9 (СИ)

Когда Ватанабэ ушёл от нас в свой кабинет, Каори прошептала:
— Мне кажется, без усов он стал добрее. Видимо, всё свою вредность, наконец, сбрил.
На это ноте последний рабочий день этой недели подошёл к концу. Я направился домой, нужно было подготовиться к субботе. Дел на выходные накопилось немало. И, хоть мне искренне хотелось увидеться с семьёй Эитиро и своим «крестником» Тендо-куном, больше всего я ждал этот день по другой причине.
Впервые за долгое время я заснул с большим трудом, хоть и дал себе хорошую физическую нагрузку незадолго до отхода в постель. Голову не покидали мысли об этом таинственном человеке, который жил раньше в той же квартире, что и я. Слишком уж много он обо мне знает.
Завтрашний день может изменить многое. В лице этого человека я могу найти, как потенциального врага, так и союзника.
Выспавшись, я собрался и направился к станции метро, чтобы добраться до Нихонбаси. К месту прибыл чуть раньше, чем планировал. Поэтому у меня появилась возможность изучить район перед встречей.
Как раз удалось посетить одну из важнейших достопримечательностей Токио — мост Нихонбаси, соединяющий берега одноимённой реки. Именно вокруг него и был выстроен весь район. Ещё в феодальной Японии это место служило точкой отхождения пяти главных дорог. Поэтому на мосту и по сей день можно найти круглый металлический знак нулевого километра японских дорог.
Ровно в полдень я вернулся к магазину сувениров «Онгаку». И буквально на моих глазах вывеску поменяли на «закрыто». Но судя по всему, закрыто было для всех клиентов кроме меня.
Очевидно, что человек, с которым мне предстоит встретиться, работает в этом магазине. Вряд ли бы он стал назначать мне здесь встречу, если бы сам не имел к этому месту никакого отношения.
Я постучался в закрытую дверь. Менее чем через секунду послышался щелчок, и она отворилась. На пороге магазина меня встретил стройный голубоглазый японец лет тридцати пяти или сорока. Он улыбнулся одним лишь уголком рта и произнёс:
— Ценю вашу пунктуальность, Кацураги-сан, но могли бы зайти и раньше, раз уж всё равно приехали сюда до назначенного времени. Проходите.
Я коротко поклонился и вошёл в магазин. Мужчина закрыл за мной дверь на ключ. Этот ход можно было расценить по-разному, но опасности от незнакомца я не чувствовал. Как раз наоборот, он выглядел крайне доброжелательным.
— Чай или кофе? — предложил он, проскочив за витрину.
— Имя, — ответил я. — Для начала было бы неплохо познакомиться. Вы моё имя знаете, а я ваше — нет.
— Всё будет, Кацураги-сан, — улыбнулся он. — Но мне хотелось бы поговорить с вами в более уютной атмосфере. Так всё же, что выберете?
— Кофе, — ответил я. — Американо или эспрессо.
— Пару минут, — кивнул он и исчез в служебном помещении магазина.
Я же решил осмотреться, чтобы не тратить время попусту. Как оказалось, магазин был строго узкой направленности. Классических сувениров в нём не оказалось. Вместо них на стенах висели традиционные японские музыкальные инструменты.
Трёхструнный сямисэн, флейта сякухати, барабан цудзуми, а также кото, бива и целое множество других инструментов, название которых я прочитать не успел, поскольку хозяин лавки уже вернулся и поставил на небольшой столик две чашки кофе.
— Присаживайтесь, — поклонившись, предложил он.
— Благодарю, — сказал я и сел напротив мужчины, затем отпил крепкого кофе и произнёс: — Думаю, вы и сами понимаете, насколько странно и обескураживающе выглядит вся эта встреча?
— Прекрасно понимаю, — усмехнулся он. — А вот теперь позвольте представиться. Моё имя — Кикуока Керо.
— Кикуока? — переспросил я. — Не уверен, насколько распространена эта фамилия в Японии, но мне всё же интересно, а не являетесь ли вы родственником монаха из храма Дзодзёдзи?
— Являюсь, — сдержанно улыбнулся он. — Горо-сан — мой старший брат.
— Большая же разница у вас в возрасте, — подметил я. — Кикуоке Горо-сан не меньше семидесяти.
— А он ничего о себе не рассказывал? — удивился Керо. — У нас очень большая семья. Мы с ним от разных матерей, но отец у нас общий. Отсюда и такая разница в годах.
  
Пазл начал складываться. Я уже догадался, откуда Кикуока Керо столько обо мне узнал.
— Неужто мой добрый друг Горо-сан рассказал вам обо мне всё, что вам теперь известно? — поинтересовался я.
— Не хотел бы выставлять монаха в таком свете, но Горо-сан на самом деле очень болтлив. Это единственное удовольствие, которое старик может себе позволить, — объяснил Керо. — Вы не подумайте, Кацураги-сан, он сделал это не специально. Просто Горо-сан очень вами восхищается, а потому упоминает ваше имя почти в каждом разговоре.
Ну дед и выдал! Вот уж от кого я точно не мог ожидать такого. Остаётся надеяться, что он не рассказал своему брату о моих способностях.
— Что Горо-сан успел обо мне рассказать? — аккуратно поинтересовался я.
— Ничего личного, — ответил Керо. — Лишь о том, что вы очень интересуетесь местами силы. Вы ведь умеете их чувствовать, как и мы с Горо-саном, верно?
Отнекиваться уже нет смысла. Только мне не ясно, откуда Керо овладел этим навыком.
— Допустим, — кивнул я. — Но откуда у вас эти способности?
— Я тоже был монахом и обучался тем же принципам, что и мой брат, — ответил он. — Однако мне пришлось покинуть храм. В какой-то момент я осознал, что не хочу такой жизни. Как видите, увлёкся музыкальными инструментами. Они, знаете ли, тоже таят в себе немалую силу.
Кикуока Керо говорил загадками. Вроде и отвечал на мои вопросы, но всё же скрывал огромный пласт информации.
— Довольно, — перебил его я. — Я понял, кто вы такой. Но при этом мне не ясно, чего вы от меня хотите.
— Лучше спросите сначала, что я могу вам предложить, — улыбнулся он и указал рукой на продолговатый ящик, что лежал на самой верхней полке в другом конце магазина. — Когда вы узнаете, что в нём находится, вы сами захотите со мной сотрудничать, Кацураги-сан.
  
Глава 14
 
— Вы умеете интриговать, Кикуока-сан, — подметил я. — Но что бы там ни было в этой коробке, я хотел бы для начала…
Я осёкся. Вынужденно замолчал, поскольку почувствовал лёгкое дуновение жизненной энергии. Едва уловимое, но сильное. И источником этой силы было то, что находилось в коробке.
— Вижу, вы уже почувствовали, Кацураги-сан, — хитро улыбнулся Кикуока Керо. — Да, там находится сильный источник жизненной энергии. И я готов поделиться им с вами.
— Соблазнительно, но всё же, Кикуока-сан, для начала я хочу знать, что конкретно вы хотите взамен, — настоял я.
— Ох, — вздохнул мужчина. — Кацураги-сан, на самом деле сущие мелочи. Для начала обменяться. Я отдам вам содержимое коробки, а вы мне ту буддийскую сутру, которую я оставил в квартире. А уже потом, когда этот обмен произойдёт, я с радостью буду откладывать для вас особые товары, наполненные жизненной силой, взамен за… Деньги. Смысл мне продавать реликвии по дешёвке всяким туристам и прочим коллекционерам, когда есть человек, который по-настоящему ценит эти вещи и может найти им применение.
На самом деле предложение Кикуоки Керо крайне выгодно. Запастись реликвиями и обставить ими дом, чтобы постоянно иметь мощную подпитку — это лучшее, что я мог для себя придумать. Таким образом я фактически могу превратить своё жилище в место силы.
Однако есть одно жирное «но».
— Буддийская сутра сейчас не у меня, — признался я. — Мне пришлось её отдать в надёжные руки. И очень странно, что вам до сих пор об этом ничего не известно, Кикуока-сан.
Керо изменился в лице. Мои слова его шокировали. Кажется, до этого момента он был уверен, что свиток до сих пор у меня в квартире.
— Как это — отдали? — испугался он. — Куда⁈
Наверное, у его брата Горо были причины — умолчать об этом. Однако он разболтал своему брату практически всё обо всех моих передвижениях, так что я решил, что могу сказать Керо правду. Не знаю, что за интриги плетут между собой эти двое, но я в них участвовать не намерен.