Проверка - Книга вторая

– Вы готовы раскрыть свои тайны первому встречному? – с деланным удивлением спросила она. – Я – нет. Правда может навредить, я уже не говорю о том, что в неё трудно поверить.
– А если я перестану быть для вас первым встречным? Вы меня заинтересовали, несмотря на свой юный возраст, конечно, не как женщина, а как человек. Вы из состоятельной семьи – это видно по одежде – и очень умны для своих лет. И ещё этот ореол таинственности, который вы так умело на себя напустили.
  
– Предлагаете дружбу? – сказала Настя.
– Предлагаю. Со мной полезно дружить. За последние двадцать лет я оброс полезными связями, да и сам не пустое место. Я редко предлагаю дружбу, а особам вашего возраста предлагал её в далёкой юности с совсем другими намерениями.
– Хорошо,считайте, что я согласилась. Запоминайте! Я ваш лучший друг, за которого не жалко отдать жизнь! Вы не сможете сказать кому-нибудь о том, что я вам расскажу, и о продаже оружия. Запомнили?
– Запомнил, – послушно сказал он.
«Это не то, что мы планировали, – заметил Раш. – Твой отец будет недоволен».
«Это лучше старых планов. Хорошо, что напомнил, сейчас я ему позвоню». – Она позвонила отцу и сообщила, что скоро придёт.
«И чем же лучше?» – скептически спросил Раш.
«Подожди», – отмахнулась она от браслета и обратилась к Митрофанову: – Илья Борисович, кинжал не из нашего мира. Его сделали в древности, но не обычной ковкой, а с применением той силы, которую у нас называют магией.
– Я ещё могу поверить в другой мир, – усмехнулся он, – а в магию, извините, не верю!
– Возьмите, – сказала Настя, протягивая ему розу. – У вас есть, чем её сфотографировать?
– Мобильник подойдёт? – спросил Митрофанов, с удивлением глядя на цветок.
– Мне всё равно. Это нужно вам, чтобы убедиться в том, что я не гипнотизирую. После гипноза не остаётся фотографий.
Он положил розу рядом с микроскопом, достал из кармана телефон и сделал два снимка, после чего цветок исчез.
– Это была магическая иллюзия, – объяснила Настя, – а вот другая магия, в которую вы не верите. Это моя кольчуга. Можете тоже заснять. Это реальный предмет, который перенесён из одного мира в другой. И ещё одно... Голова болит?
– Болит, но я к этому привык. Боли последние полгода, но никак не решусь на операцию. Уж очень мутный прогноз.
– Я убрала не только боль, но и запустила лечение, – сказала она удивлённому мужчине. – Опухоль пока не исчезла, но через месяц её не будет. Полезно со мной дружить?
– Боли нет, – растерянно ответил он. – Это тоже магия?
– Выключите свет, – не отвечая, попросила она. – Вот это магический фонарь. Как, по-вашему, можно заставить гипнозом видеть в темноте? Можете включать, и давайте закончим с кинжалом, а то отец ждёт и волнуется.
– А почему он не пришёл сам, а прислал тебя? – перешёл на ты Митрофанов.
– Из-за его работы, – улыбнулась Настя. – Он у меня крупная полицейская шишка, а вы у них не на самом хорошем счету.
– Ты полна сюрпризов. Назовёшься? А то ты меня знаешь, а я тебя нет.
– Настя, – ответила она. – Пока достаточно имени.
– Я в затруднении, – признался он. – Если поверить тебе, кинжал уникальный и не имеет цены, с другой стороны, им даже нельзя похвастаться, не то что нести на экспертизу. Я не хочу выпускать его из рук, но платить при таких условиях большие деньги... Скажи, он у тебя один?
– Есть ещё, – ответила Настя. – Что вы придумали?
– Если отдашь второй, я смогу очень выгодно его продать и компенсировать свои потери от этой покупки. Тогда сейчас заплачу миллион в рублях, а после продажи второго получишь намного больше. Только нужно подождать, потому что продавать буду не в России. Если хочешь получить в валюте или на карточку, то смогу только завтра, сегодня слишком поздно.
– Меня устроят и рубли. Возьмите второй кинжал. На нём больше камней, но они мельче. Скажите, у вас нет видеокамер?
– Видеокамер нет, – ответил он и не соврал. – Подожди, я схожу за деньгами.
Отсутствовал Илья Борисович минут пять и принёс две толстые пачки пятитысячных банкнот.
– Возьми, – сказал он, отдавая деньги. – Держу специально для продавцов, которые предпочитают наличные. Проводить до машины, чтобы не ограбили?
– Пусть только попробуют ограбить мага, – засмеялась девочка, – заберу всё, что будет у них в карманах! Я побежала!
– Подожди, торопыга, – остановил Митрофанов. – Как я с такой конспирацией на тебя выйду? Деньги-то нужно как-то отдавать, да и дружба умирает без общения.
– Не хочу давать номера наших телефонов, – задумалась она. – Не из недоверия к вам...
– Боишься, что я куда-нибудь влезу и попаду под колпак? Телефон нетрудно отследить по звонкам, но мы это обойдём. Подожди минуту.
Он опять вышел и принёс Насте мобильный телефон.
– Держи, он записан на одного моего знакомого. Тебя можно зацепить и по этому телефону, но только когда он работает. Звонить будешь сама и не из своей квартиры. Если у меня будут неприятности, сразу же сообщу. Но ты зря опасаешься. Я стараюсь не нарушать законы, а если появляется такая необходимость, делаю это очень осторожно.
Через пять минут Настя уже сидела в машине.
– Сегодня у меня на голове прибавилось седых волос, – сказал отец, заводя двигатель. – Сколько хоть наторговала, авантюристка?
– Миллион рублей, – ответила девочка, заставив отца удивлённо приподнять брови. – Не удивляйся, он знает, откуда кинжал. Я всё переиграла. Не хмурься, сначала выслушай. Я заинтересовала его, как человек.
– Понятно, что не как женщина, – сказал отец. – И что он предложил?
– Дружбу он предложил. Что опять хмуришься? Я ведь сейчас вижу, если в человеке есть гниль. Так вот, в нём я её не заметила. Не ангел, конечно, но попробуй найти у нас ангела среди промышленников или банкиров! Чистенькие, пока не начнёшь копать! Да и кто в России не нарушал законы? Знаешь, сколько я их нарушу?
– Давай ближе к теме.
– Можно и ближе, – согласилась дочь. – Я подкрепила его заинтересованность магией. Теперь он не выдаст меня, даже если будут резать на куски. И свой кинжал он никому не отдаст.
– Выложил миллион рублей за то, чтобы в гордом одиночестве смотреть на твой кинжал? – с сомнением сказал отец. – Или ты выдавила из него эти деньги магией? И зачем тебе затея с дружбой, если могла заставить забыть?
– За кого ты меня принимаешь? – обиделась Настя. – Я ничего не говорила о цене, сам назвал! А дружба...
Она рассказала отцу о продаже второго кинжала и отданном ей мобильном телефоне.
– Имеет смысл, – признал он. – Только звони подальше от квартиры и не забывай выключать. Ладно, посмотрим, что из всего этого выйдет.
– У него много знакомств, и это очень осторожный человек. Я думаю, что в будущем можно попробовать прокрутить через него часть золота. Не нравится мне ваша затея с кладом.
– Она объясняет, откуда у нас деньги, – сказал отец. – Мы уже приехали, так что можешь выходить.
Разговор продолжили в квартире, после того как Настя отдала родителям деньги.
– Может, мне не связываться с Самойловым? – сказал отец. – Меня он не выдаст, а кинжал пошлёт на экспертизу. Что сказал твой Митрофанов?
– Его удивило лезвие. В микроскоп не увидел никакой структуры, а потом обломался с твердомером. Он у него большой, как станок, но не хватило мощности. Сказал, что на металле не осталось даже следа. И кислота на него не подействовала.
– О чём я и говорила, – вздохнула мать. – Возьмут твоего Виталия за шиворот и начнут трясти, что-нибудь да вытрясут. Может, действительно продать за границу? Если там поднимут шум, нас это не коснётся.
  
– Посмотрим, – сказал отец. – Даже части этих денег с головой хватит на все покупки и летний отдых, так что нет никакой нужды в спешке. Что у вас сегодня нового?
– Меня поразила Оля, – поделилась мать. – В обед начала читать по слогам брошенный Настей учебник, а полчаса назад уже нормально читала одну из тех книг, которые ты привёз из гаража. Необыкновенный ребёнок!