Командировка в западню
Вид здания, к которому съезжались гости, потряс меня почти до шока. За рулем сидел наемный шофер, а если б я сам управлял допотопным механическим автомобилем, лишенным даже простенького бортового компьютера, от такого зрелища неминуемо бы во что-нибудь въехал.
О самом строении ничего сказать не могу, кроме того, что оно было четырехэтажное и вроде бы с классическим портиком над парадным входом. Невозможно рассмотреть и оценить архитектуру, когда все сплошь оплетено ползучими побегами. Как будто на дом взгромоздился гигантский сухопутный спрут с несметным количеством щупалец разной толщины и вцепился мертвой хваткой - не оторвешь, разве что вместе с крышей и водосточными трубами.
Дома по соседству выглядели солидно и буднично: крашеная в консервативные цвета штукатурка, рельефные беленые обводы вокруг оконных проемов, внушающие доверие таблички - ничего из ряда вон выходящего. Этот контраст лишь усиливал дикое впечатление, которое производил культурно-деловой центр, заграбастанный древесным спрутом.
Чудовищное растение напоминало те коряги, что стояли по углам в кофейне у Тима, хотя сокрушительно превосходило их размерами. Серовато-коричневое с прозеленью, морщинистое, без единого листика, но не засохшее, живое - это ощущалось сразу, а каким образом, объяснить не возьмусь. Возле окон свисали тонкие ветви, и такие же обрамляли дверной проем.
- Интересное оформление, - пробормотал я, спохватившись, что слишком долго пялюсь на это диво с разинутым ртом.
Хорош гость из мира, на несколько порядков опередившего Долгую Землю с ее примитивными технологиями!
- Да уж, охрана здесь хоть куда, - отозвался шофер, явно гордый за свое измерение. - У вас там, небось, о таком и не слыхали.
Так это -охрана?.. Гм...
Когда я поднялся по ступенькам, длинные и гибкие, как хлысты, побеги по обе стороны от входа слегка шевельнулись, и вовсе не от ветра - это больше напоминало рассеянное разминочное движение человеческих пальцев. Уже внутри подумалось, что я только что благополучно миновал здешний фейс-контроль.
Мысль об этой растительной жути, которая опутала снаружи весь дом, не сразу отступила на задний план. Было, знаете ли, ощутимо не по себе, тем не менее я держал марку, позитивно улыбался окружающим, поприветствовал двух-трех знакомых, а потом... Потом увидел ее. Дриаду.
Она стояла вполоборота около сияющей черным глянцем трехногой громадины старинного рояля и болтала с пианистом. Лицо, звучание голоса, тема разговора - все это в первые моменты проскользнуло мимо моего внимания. Я с оторопью уставился на ее невероятные волосы: масса зеленых побегов с мелкой листвой, белыми цветочками, напоминающими жасмин, и крохотными молочными бутонами ниспадала до пояса - словно пышное вьющееся растение выплеснулось из кашпо во всей своей царственной красе.
Сначала я решил, что это имитация. Подойдя поближе - чтобы маневр никому не показался некорректным, пришлось сделать вид, будто меня заинтересовал рояль - разглядел, что оно настоящее. Парик из живой флоры, смелая дизайнерская находка. Больше ни у кого из гостей ничего подобного не было.
Девушка повернулась, медленным жестом откинув изумрудные стебли, и тут до меня дошло, что вовсе это не парик: побеги росли у нее на голове вместо волос.
Я заворожено уставился на загадочное существо. Музыканта кто-то окликнул, и он отошел в сторону, оставив нас наедине. Уголки ее губ дрогнули, удерживая улыбку, в глазах разгорался азарт. Надо было срочно что-то сказать.
- Добрый вечер, меня зовут Диплодис, - на тренинге меня бы высмеяли за такую интонацию. - Простите... Кто вы?
Дурацкий вопрос вырвался сам собой. Ничего удивительного. Под ногами вместо пола что-то облачно зыбкое, как во сне, а напротив - насмешливое русалочье лицо в обрамлении цветущей зелени, тут еще не то ляпнешь.
- А вы сами как думаете? - ответила она вопросом на вопрос, озорно прищурившись.
- Дриада, наверное, - произнес я неуверенно. - Я и не знал, что на Долгой Земле есть дриады...
- Правильный ответ. В награду я составлю вам компанию. Она пробежалась пальцами по клавишам, перед тем воровато оглянувшись, как будто опасалась, что маэстро, если окажется поблизости, попытается пресечь ее попытки музицирования. Мало-помалу обычная наблюдательность ко мне возвращалась, и я увидел, что пальцы у нее тонкие, с бледно-розовым маникюром, а сама она - худенькая, как школьница, угловато хрупкая, но при этом бойкая и верткая, словно ее распирает изнутри искрящаяся феерическая энергия.
Исподтишка рассматривая Дриаду, никаких других признаков нечеловеческого, кроме роскошной растительной шевелюры, я не заметил. Ушные раковины округлые, мелькнувшие в улыбке зубы - самые обыкновенные. Брови неяркие, светло-каштановые.
- Как вы сами понимаете, я здесь ненадолго, - она доверительно понизила голос. - Побуду немного среди людей, а потом должна вернуться в свою рощу. Нам, дриадам, иначе нельзя. Выпьем что-нибудь? Мы подошли к одному из столиков с угощением. Все они были оформлены в виде шахматных досок с большими клетками из черного дерева и перламутра.
- В первые годы после Перемены алкоголь ни на кого тут не действовал, - сообщила моя новая знакомая, взяв слоистый кремово-розовый коктейль с шапкой пышно взбитой пены и соломинкой. - Это было время не только великого бардака, но и великой трезвости. Потом все вернулось, но устойчивость к опьянению у большинства повысилась, поэтому будьте осторожны - то, что кого-то из местных доведет до кондиции "слегка навеселе", вас может свалить с ног.
- Благодарю, уже в курсе, - улыбнулся я в ответ, тоже взяв высокий прозрачный бокал, в котором плавали две черничины. - Пока ни разу не нарезался до некорректного состояния. Да и само спиртное осталось прежним...
Я осекся, заметив, что черничины в снежно-лиловой толще экзотического напитка не просто плавают, а гоняются друг за другом. Брр, не возьмусь угадать, что это такое, но я это пить не стану. С непринужденным видом вернул бокал на место и приглядел себе другой, с одной-единственной неподвижной вишенкой, однако передумал: кто знает, что это за вишенка и чего от нее ждать... Уж лучше бренди, водка или виски, где нет никаких ягод - ягод ли? - играющих в догонялки.
Дриада с наслаждением тянула через соломинку свой коктейль, ее соображения такого рода не волновали.
Взяв рюмку бренди, я огляделся.
Народу собралось довольно много, и так как большинство выглядело не старше, чем чуть-чуть за двадцать, это напоминало полуофициальную тусовку Общества Успешной Молодежи. Я в нем тоже когда-то состоял, несмотря на то, что зверские членские взносы существенно облегчали мою платежную карточку, иначе не рассчитывай на достойную карьеру в Золотой Федерации.
Анфилада залов была обставлена с королевской роскошью, картину портили разве что провода, которые в открытую тянулись по потолку, а кое-где и по стенам. Зачем их столько? Хрустальные многоярусные люстры впечатляли и своими размерами, и игрой радужных огоньков, но неужели для них необходима такая паутина кабелей, и разве все это безобразие нельзя было спрятать за навесным потолком или хотя бы замаскировать штукатуркой? Небрежность? Выделенных средств на завершение ремонта не хватило? Зато бренди - высший класс.
- Закусите лалунцевой икрой, - посоветовала Дриада, оторвавшись от соломинки. - Вкуснятина.
Бутерброд с толстым слоем малиновых икринок поверх сливочного масла. М-м, и впрямь очень вкусно...
- Какая-то здешняя рыба? - Лалунец - не рыба, он вроде лягушки, но больше похож на тритончика величиной с кролика. Живет около лесных озер, лазает по деревьям и там же икру откладывает - на ветках, которые свисают над водой, чтобы головастики, когда вылупятся, сразу туда свалились. Со стороны кажется, будто ветки облеплены мыльной пеной, а внутри этой пены полно икринок. Деликатес!