На взлёт! (СИ)

– И когда же ты велишь? Парни уже извелись, рвутся на добычу.
– Подождут.
– Свен, ты хочешь нарваться на бунт?
– Пусть посмеют! – хохотнул адмирал. Понял по насмешливому взгляду сестры, что ответ ее не удовлетворил, и продолжил: – Не бойся за меня. Я не доверчивый теленок. Спину никому не подставлю. К тому же у крикунов нет вожака. Нет никого, кто смог бы заменить меня. Я слежу за ними.
У Гьеры было на этот счет свое мнение. Но она не собиралась высказывать его брату. Заговорила о другом:
– Правда ли, что ты уже ходил за границу? В Аква-Бассо?
– Кто тебе это сказал? – вскинулся Свен.
– Чайка над озером. Ворона на ветке. Воробей на крыше. Брат, ты действительно надеялся скрыть эту безумную затею от своих небоходов?
– Вот как... Ну и ладно. Они и раньше не считали меня трусом. Теперь к рассказам о моих приключениях добавится еще один, только и всего.
– Ты прав. Если бы ты вышел сейчас на крыльцо и гаркнул: «Эскадра, к походу!» – все леташи говорили бы: «Свен Двужильный свою бабу даже в Иллии достал, а уж купчишек с ценным грузом и вовсе в два счета настигнет...»
– Так все и будет. Скоро.
– Я бы и успокоилась, если бы не надушенные записочки...
– Откуда знаешь, что надушенные?! – рявкнул Свен.
– Угадала, да? – Гьера дерзко улыбнулась в лицо адмиралу. – Угадала, угадала!
Свен сдержался, не ударил ее. Больше никто (и женщины тоже!) не посмел бы в глаза смеяться над знаменитым небесным пиратом. Но сестре Свен прощал многое.
– Убирайся и благодари, что зубы целы! – остывая, бросил он.
– Уйду... но пообещай, брат, что больше не пойдешь в Аква-Бассо. Если тебя там схватят, то повесят после очень скорого суда.
– Думаешь, мои парни не придут на выручку адмиралу?
– Может, и придут. И это будет концом всему. Тебе, мне, эскадре. Вспомни Харальда Клыкастого. Он тоже думал, что может безнаказанно разбойничать в Приграничье. Пока он трепал купцов на торговых путях, все было хорошо. Но он решил напасть на иллийский город. В ответ иллийцы тоже перешли границу. Помнишь, как горела пиратская гавань? Помнишь, как в воздухе и на земле бил пиратов проклятый Антанио диль Фьорро? Помнишь, как «Меч неба» уходил из боя, разваливаясь на лету?
Свен скрипнул зубами. Все он помнил, разве такое забудешь? «Мечом неба» командовал отец, правая рука Харальда Клыкастого. Он погиб в том сражении – а для юнца Свена это был первый бой. А Гьера вообще была девчонкой, с земли глядела на битву. Еле выжили тогда дети капитана Вильдигарда...
Гьера замолчала. Не стала напоминать, что конунг после налета иллийцев не поднял шума. Он, мол, к пиратам не имеет отношения, побили их – и ладно... Хотя дань, сволочь, с Харальда тайком брал. И со Свена берет. Тоже тайком. И все эту тайну знают.
– Словом, думай сам, – оборвала Гьера беседу. – Вроде не прогулял еще мозги на пьянках со своими капитанами. А я попробую успокоить парней.
* * *
– Поговорила я с братом, небоходы, – удрученно сказала Гьера пиратам у крыльца. – Думать будет...
Глянула в разочарованные лица. Сдернула с пояса кошелек, оборвав тесемку.
– Если пират не в небе, то где он? В кабаке! Вот ты... ты ведь с «Облачной ведьмы», да? Я тебя помню, ты двумя абордажными саблями враз рубишься, а зовут тебя Хакон. Я хороших бойцов помню. Возьми, Хакон, кошелек. И проследи, чтобы трактирщик никого из компании не обидел.
– Сто лет жизни Гьере! – дружно заорали пираты.
Женщина поспешно пошла прочь, пряча от пиратов гримасу досады.
Ни к чему было заводить этот разговор под окном у Свена. Незачем пиратскому адмиралу слышать, как его люди славят его сестру.
«У этих крикунов нет вожака. Нет никого, кто смог бы заменить меня...»
Ошибается брат, очень ошибается. Она, Гьера, в любой день сумеет поднять пиратов против главаря.
«Я не доверчивый теленок. Спину никому не подставлю....»
И тут он тоже ошибается. Ей, Гьере, он доверяет. Изо дня в день видит рядом – вот и утратил осторожность. Захотела бы – давно бы он мертвым лег.
 
Но Гьера не хочет. Ей незачем.
У Свена в жизни цель – стать самым грозным хищником на свете. Водить свою стаю на добычу, и чтоб все умирали от страха, услышав его имя.
Высокая цель. Достойная.
Для мужчины.
А Гьера помнит сказки, которые ей рассказывали в детстве. Каждый вечер, когда малышка ложилась в постель.
В этих сказках и нежные королевны, и грозные девы-воительницы, и могущественные колдуньи мечтали об одном: выйти замуж за величайшего из героев и родить ему сыновей, которые превзойдут отца.
Из вечера в вечер мечта сказочных героинь капала в душу девочки. И стала собственной мечтой. Навсегда.
Казалось бы, чего проще? Ты растешь среди пиратов. Трусов здесь не водится. Труса после боя убьют свои же товарищи. Так выбери такого, чтоб был отважнее и сильнее прочих! Острым словом и ножом отвадь от него прочих баб, дерзкой улыбкой заставь его забыть обо всем на свете. И рожай от него сыновей.
Увы, все эти отчаянные головорезы замолкают и расступаются, когда сквозь их толпу проходит Свен. Нет никого, кто бы не робел перед адмиралом.
«Я, конечно, люблю брата, я хорошая сестра, – говорила себе юная Гьера. – Но если кто-то убьет Свена – я не буду мстить этому человеку. Я выйду за него замуж».
Не дождалась...
Потом сказала себе: а почему я ищу свою мечту среди пиратов? Подумаешь, леташи с абордажными саблями! Что, на земле герои не водятся?
А тут подвернулся случай увидеть мир не с борта летучего корабля. Позапрошлой зимой эскадра стояла здесь же, в Горячих Ключах. А Свен под чужим именем двинул в Альбин – у него, мол, там деловые встречи... Ха! Сказал бы уж прямо: захотелось подергать смерть за бороду!
Гьера попросилась с братом. Свен не отказал.
В Альбине она и познакомилась с Франтом.
Откуда он был родом, этот наемный убийца, которого Гьера приняла за мужчину своей мечты? Альбинец? Иллиец? Спандиец? Во имя предков, да Гьера даже настоящего имени его так и не узнала! Но он был действительно смел. И понимал, что такое клинок. А еще умел рассказывать, как этим самым клинком, если обмакнуть его в кровь, можно переписать судьбы стран и народов. Франт работал не на жалких купчишек. Удар его клинка стоил дорого.
Но главным было даже не это. Главным было то, что Франт выдержал тяжелый взгляд Свена и сказал твердо: «Ты, если хочешь, уезжай, а Гьера останется со мной».
Гьера тогда бросила брату: «Я искала хищника себе под стать – и нашла!» А потом, обмирая от счастья, ждала драки. Тогда бы она точно узнала, кто сильнее. Но брат лишь уронил презрительно: «Ну и милуйся со своим сокровищем!» И уехал.
Миловались? О, еще как! Франт и любовником оказался отличным. Гьере было с чем сравнить – попробовала уже себя в постельных битвах. Виктийки после свадьбы становятся верными женами. Но пока мужа нет – девушка сама себе госпожа.
И еще Франт был щедр. Иногда исчезал на несколько дней, возвращался с полным кошельком золота и смеялся: «Пойдем, моя красавица, прогуляем чужую смерть!»
Но Гьере этого было мало. Она упрашивала любовника взять ее с собой. Разве она не владеет оружием лучше многих мужчин? И к концу лета – уговорила.
Франт привез ее в Андерхилл и сказал, что принцессу Эннию ее любовник Холлис заманит в Стрекозиные Пруды – парк, где любят гулять горожане. И там принцесса будет убита. Охраны при ее высочестве почти не будет – она же наведается в парк тайком!
Гьера была слегка разочарована. Убить женщину, да еще с маленькой охраной – нужна ли тут отвага? Но любопытство взяло верх: принцесса же!
Вот и полюбопытствовала... Единственного охранника Франт и Холлис убили быстро. Но затем случайный гуляка, оказавшийся поблизости, спас принцессу, заколов и Холлиса, и неотразимого Франта. А ее, Гьеру, столкнул в грязный пруд.
Никогда не забыть Гьере, как барахталась она в тине, а наверху, над обрывом, стоял черный силуэт с блестящей шпагой в руке.