Мои неотразимые гадюки. Книга 2 (СИ)

Потому что торопился к девчонкам. А этот Геракл тут выпендривается. Хотя, уже нет. Пайдар растерялся и не скрывал этого. Он хмурил брови, пытаясь сочинить убедительные возражения. И тут дебильный провис ситуации решил ликвидировать Тарьяс. Он укоризненно посмотрел на старого знакомца и пробасил:
– Фуф, сказано тебе нельзя, значит, нельзя. Чего стоим? Пора ехать. Гнер, поди, обрадуется. Вы ж друзья, каких поискать.
– А мой конь? – вспомнил Фуф. – Я его не брошу.
– Коня я к тебе пришлю, – пообещал Дон. – Забью ему в голову задачу скакать сюда. Он же не дурак: в лес не свернёт. А ты его тут поймаешь.
– А?..
– А моя установка закончится, как только он узнает тебя, – успокоил Дон. – Всё. Нам пора. Лэти! – скомандовал он, протянув руки.
Снял малышку с воза, поцеловал в пыльный лоб, взял за руку и двинул к лесу. Пара километров не дистанция – отмахнут в два счёта даже в обход.
– У тебя странное лицо, – нарушила тишину Лэти, тревожно заглядывая в лицо сестре.
Лэйра торчала на пышном сиденье шикарной кареты немой статуей.
– Ага, – подтвердила Паксая. – Подленькое и мстительное. Видать, интересные мысли посещают невест за несколько дней до брачного ритуала. Прямо не терпится самой всё испытать.
Лэйра перевела на неё взгляд, ещё не вполне вернувшись к действительности. Дон дожевал приготовленный сестрицей на скорую руку бутерброд. Отхлебнул из бутылки, вытер губы. Внимательно посмотрел на старшую гадюку и предложил:
– Колись.
– А как ещё я могла предотвратить ваше столкновение? – холодно осведомилась Лэйра. – Я же не мозгокрут. Залезть в голову и там напакостить – это я пожалуйста. Или прикончить неугодного. А заставить чуть ли не полтысячи мужиков проторчать посреди дороги целый день мне не по таланту.
– Донатик, она права, – поддержала подругу Паксая. – А ты двоечник. Не знаю, как твой комп просчитывал эту аферу. Но мы уже должны были трястись по дороге в Бает. А Лэйра двинуть дальше в Аэгл. Представляю рожу старого пердуна Баета: он катит домой, а навстречу ему его собственное имущество. И одна из его невесток, которая, как бы, сидит в карете – он, между прочим, достал со своими проверками.
– Да я, собственно не в претензии, – изобразил на лице задумчивость Дон. – Рад, что у вас хватило ума притормозить этот бронепоезд. Вопрос один: почему драка? Что, других поводов не нашлось?
– Засесть в кустах с поносом? – съязвила Паксая. – Часов на пять.
– Подходяще, – одобрил Дон.
– У нас в багаже три горшка! – прошипела сестрица, теряя терпение. – Это тебе до фонаря, а Бает о них очень хорошо помнит. Донатик, они же серебряные. Целиком.
– Может, хватит? – сурово сдвинула бровки Лэти. – Сидите тут, препираетесь, как склочные бабы. Какая разница, что правильно, а что нет? Кстати, Донатик, ты сам говорил, будто обещал императору обесчестить Грассина.
Естественно, они были на взводе. И потому дружно заржали, релаксируя.
– Ничего смешного, – надулась Лэти. – Я же не про это.
– Мы… поняли, – всхлипывала Лэйра, вытирая глаза. – Ты… умница.
– Ну, будем считать, что ваше выступление было в строку, – смилостивился Дон, отсмеявшись. – Итак, Лэйра, ты взвинтила нервы Грассина.
– Сразу, как только мы наткнулись на встречающие его военные силы, – посерьёзнела она. – Кстати, вполне возможно, армы бы сцепились и без нашей провокации. Не успели вы сбежать, как Грассин расплевался с Баетом. А твой обожаемый Аэгл самоустранился, вместо того, чтобы навести в обозе порядок. Ему-то эта стычка точно на руку. Откуда мы знаем: может, он сам их спровоцировал? У меня-то в башке нет «эрудита» - одни файерболы.
– Теряем время, – напомнила Паксая, выглядывая в окно кареты. – Мы будем отсюда линять? Или меня всё-таки утащат замуж, пока вы чешете языками?
Где-то в голове каравана отчетливо загомонили мужчины. Паксая, вытянув шею в сторону шума, скривилась. Спина молодого арма, что вечно торчал рядом с каретой, галопом уносилась куда-то вперёд. Да и вообще, все разом засуетились, замельтешили, что могло означать только явление народу неприятностей.
 
– Готовьтесь, – со вздохом повелел Дон, взявшись за ручку дверцы.
– А ты куда? – удивилась Лэти.
– А я пойду гляну: вдруг они вас обманули? И орут потому, что уже пьют мировую. Нельзя же им позволить испортить нам побег.
Он вылез из кареты. Обошёл её и отвязал своего степняка – Бирюка Эспе-Аэгл забраковал и отобрал. Дескать, манипулятор на нём выглядит, как блоха на собаке. Конь его узнал, хотя знакомы-то без году неделя. Дон скормил ему какой-то прихваченный у девчонок пряник и залез в седло. Вскоре он уже торчал рядом с господином Эспе-Аэглом перед сомкнутым строем молодых армов, за которыми выстроились нормальные воины.
– До последнего не верил, что он решится, – мрачно восхитился старый интриган, щурясь на плотный строй всадников впереди.
– Почему? – задумавшись, брякнул Дон.
– Мы созданы воевать бок о бок, а не друг против друга, – напомнил ему Аэгл прописную истину. – Ты сам говорил, что пролетевшие столетья никак не повлияли на это. Что эта установка передаётся у нас из поколения в поколение вместе с генами.
– Не у вас, а у нас. У всех порченных без разбора на специализации, – проворчал Дон, мысленно морщась в адрес предстоящего события.
Спровоцированное Лэйрой мероприятие уже не казалось удачной идеей. Даже манипулятор его поддержал, когда сделал последний пересчёт рисков для объектов, входящих в его систему. Слишком уж их свадебный обоз походил на конницу в походе. А встреченный отряд на вражеские силы. Но, это изначально входило в расчёты. Однако исходные данные о численности воинов Грассина – предоставленные новыми союзниками – были скромней. Да они и сами, кажется, немало озадачены таким оборотом дел.
Аэгл-то уж точно не ожидал от собрата по спецподразделению такой прыти. Он, понятно, ничуть не напуган, но получил, как говорится, пищу для размышлений. Оказывается, не всё ладно в Датском королевстве. И к Грассину на эту войнушку припёрлись не только его вассалы, но и немалое количество молодых балбесов из БПБМ. А надо правильно вести среди молодёжи военно-патриотическое обучение – раздражённо подумал Дон.
– Что, будете воевать? – недовольно поинтересовался он у Аэгла.
Стрик восседал на своём першероне с видом Наполеона, столкнувшегося с древним, как мамонт, Македонским. Счастливый, как ребёнок. Ещё бы: представился такой козырный шанс прищучить врага на законных основаниях. А заодно дать молодёжи почесать кулаки – не часто оно радует в нынешние стабильно мирные времена. Такая дестабилизация в их клане – конфетка, а не шанс.
– Неподчинение командиру является военным преступлением, – бодро продекламировал Аэгл, делая руками какие-то пассы. – А император является командиром нашего подразделения.
– Вас не так уж много, – заметил Дон, оглядываясь.
Закрутить в голове старика революцию не хотелось – там даже «барбос» уже ничего не изменит. Поди, попробуй, и сам загремишь в число предателей общего дела. Хрен им – пусть друг другу морды бьют. А МСДАП агрегат тонкий, умственный. Ему все эти драки лицом к лицу противопоказаны. Единственное, чем Дон себя утрудил, так это лёгким проникновением в башку Аэгла насчёт возможных стратегических резервов. А как же – отозвалось сознание «армированного» мозга, жутко занятого подготовкой к стычке. Без резервов в таком деле никак.
Уж не скучающий ли на троне император подсуетился – запрыгнула в мозг Аэгла вторая провокация. Он самый – последовал бодрый ответ мозга, в ажиотаже не заметившего проникновения. Мальчик соскучился руководить – рвётся покомандовать. Не будь в нём командирских генов, переданных предками, он бы вообще сдристнул с трона в считанные секунды. Уж как он ненавидит эти свои гены, что мешают ему жить. И колобродить по-человечески, как прочему нормальному рядовому молодняку.
– Да уж, – буркнул под нос Дон.
– Что? – обернулся к нему Аэгл.
– Говорю, мне пора.