Новенькая для дикого (СИ)

Еле слезла с кровати.
Чувствую себя разбитой старушкой.
Артём делает вид, что нос зачесался.
Но две секунды смеха ему скрыть от меня не удалось.
И над чем ржёт?
— Что смешного?
— Не привыкну к твоей пижаме, единорожка, - смеётся открыто, видя, что его раскрыли.
— Не называй меня единорожкой, - вспылив, подхожу к нему и упираю руки в подлокотники.
— А то что? - Артём лениво цепляет мои волосы кончиками пальцев.
Ё.
И вчера я за эту гадину вальяжную переживала?
— Не угрожай, если нечем, - даёт бесплатный совет парень. 
— Почему я должен отказывать себе в удовольствии?! Мне нравится называть тебя единорожкой. Единорожка! - не прекращает играться с моими волосами. 
Надо было его вчера добить, или хотя бы мимо пройти, думаю, увязнув в шоколадно-карамельном взгляде. 
Эх. Упущен момент. Упущен.
  
36
 
Для него мои волосы - лучшее в мире развлечение?
Пристал.
Хлопаю по наглой лапе.
— Ай-щ, новенькая, - обиженно надувает щёки Артём, ведя себя по-детски. — Больно.
Гроза из-за близкого к ней нахождения начинает опять заполнять собой всё вокруг. Но тем не менее я остаюсь на одном уровне с «ней».
Нависаю над парнем, чувствуя в этом положении превосходство.
— Не помнишь? Я тебя предупреждала.
— О чём? - сдувая чёлку, любопытствует, прекратив притворяться, что ему больно.
— Не надо протягивать руки и не протянешь ноги.
Артём шкодливо усмехаясь, уводит глаза в сторону. Но надолго его не хватает, возвращается к моему лицу.
— Прости, - возобновляет свою игру. — Думал ты нарочно приблизилась, чтобы я тебя потрогал...
— Бу-а.
Смотрим влево.
— Затошнило что-то, - правдоподобно оправдывается Алёна.
— Наверняка от дикого. Пойду. Если что, я в ванне, - выразительно смотрит на меня.
Поддерживает.
На душе потеплело в два счёта.
Легко качнув головой, показываю, что поняла скрытый смысл.
Колесникова уходит.
По зашумевшей воде становится ясно - она нас вряд ли слышит.
— Что тебе нужно? - предпринимаю неизвестно какую по счёту попытку, докопаться до истины.
Артём приподнимается.
Пришлось отойти от кресла, чтобы позволить ему выпрямиться.
Вероятно, не очень ему стало сидеть и терпеть, что я возвышаюсь над ним.
— Как необдуманно с твоей стороны спрашивать, - качает головой, лукаво смотря за сменой моих эмоций.
Испытала целый спектор. От гнева до радости.
Гнев - потому что надоел мне.
Радость - потому что это чучело мне НЕкровный родственник.
Был бы им - убилась бы об косяк.
Таким геномом обладать. Тяжкая ноша, должно быть.
Дикий оставляет между нами шагов пять.
Всё же странная у него тяга к сближению.
Ну, держись ты в метре, ё-моё.
Чего в моё личное пространство врываться?
— У тебя нервный срыв? - складываю руки на груди.
— Ты сам заявил, что хочешь поговорить наедине. Говори. Алёна нас не слышит.
— Уверена? - загадочно сверкнув глазючками, он бесшумно подходит к ванне.
И клацнув кольцами по дверной ручке, быстро проворачивает её.
«Та-дах». Вывалилась Колесникова к нам.
Со всей дури упала на колени...бедная.
— Тебя серёжка в правом ухе не напрягает? - отвлекаю дикого от подруги.
— Не напрягает. Знаешь...
Шаг ко мне.
Я шажочек от него.
Артём видя мой жалкий побег, снова скрывает улыбку.
—...то в одном, то в другом ношу. Развлекаюсь, как могу. А тебя? Напрягает? - приблизившись, опять бьёт рекорды по неуместности.
Но можно и потерпеть его рядом.
Зато Алёна уползает обратно в ванну.
И как её угораздило?!
— В правом ухе носить - своего рода каминг-аут. Заявлешь о нетрадиционной ориентации? - упираюсь ладонью в его грудь, не давая приблизится сильнее.
Руки разводят в стороны.
— Мог бы я тебе, новенькая, доказать ошибочность этого предположения...
Зажмуриваюсь от обжигающего шёпота рядом с щёкой.
—...но я всего-то близко стою, а ты уже трясёшься.
Распахнув веки, ибо врага надо видеть, врага надо контролировать, судорожно выдыхаю от пламени бушующего в карих глазах.
 
— Боюсь, мой пугливый мышонок...- красноречивая пауза, во время которой, щеке достаётся невесомый поцелуй. —...доказательств не выдержит.
Зачем-то вспомнилось, что я творила на стадионе. И, что дикий творил на нём с моими губами - тоже.
И фигли я на них посмотрела?
А-у. Варя.
Приди в себя, взываю к адекватной части себя.
Бесполезно.
Она ушла в спячку, попав под влияние Артёма.
— Твой мышонок? Окстись. С каких пор я твоя? - дёргаю подбородком и влетаю виском в циферблат часов, украшающих руку мажора.
— Больно, больно, - хватаюсь за голову.
— Что за привычка упираться в стену? - не понимаю, промакивая выступившее от боли слезы.
— Тоже могу и про тебя сказать. Что за привычка дёргаться? Скажи спасибо, что успел вовремя пальцы разжать и твоя голова в них не осталась
— Спасибо большое, - ехидничаю.
— Дай посмотрю. Тише, - удержав за плечи, парень поворачивает к себе.
— Нормально. Крови нет.
Нахожусь в грозовом облаке, как в дурмане.
Но непонятно откуда беру силы, чтобы тихо попросить: — Отпусти тогда.
— Не хочу, - так же тихо упрямится он.
— Ты - ребёнок.
— Знаю, - без тени улыбки говорит, наклоняется с прозрачными намерениями.
Закрываю глаза, подаюсь к нему и…замечание Алёны портит всю малину.
— Варь, пойдём. Опаздываем на английский. Потом целоваться будете.
Портит «кому-то», застонавшему и глухо вдарившему по стене.
Я же счастлива и готова Колесникову расцеловать за то, что помешала.
Поднырнув под руку дикого, иду в её сторону.
Алёна складывает учебники, оставшиеся с вечера, по нашим рюкзакам.
— Пять минут могу потратить на сборы?
— Можешь и десять. Успеваем, - подмигивает подруга.
Захлопнувшая дверь оповещает, что кое-кто обидевшись, ушёл.
С Алёны тут же слетает вся раслабленность.
— Он тебя поцеловать хотел? Или ты его? Что случилось? Ты собой владеешь? А, если я не вышла? Ты бы с ним… - зажимаю рот разбушевавшейся ей.
— Не знаю я, что он хотел. Кажется, из него не вытянуть и под пытками правды.
Алёна щёлкает около меня пальцами, показывая, чтобы отпустила.
Отпускаю.
Размяв рот упражнением «фыркающая лошадка», она даёт «бесценный» совет: — Попробуй его попытать.
— Абсурд. Чем я его буду пытать?
— А чем можешь?
— А чем надо? - не остаюсь в долгу.
Колесникова призадумавшись, думала долго.
Ждать надоело, пришлось идти в душ.
  
37
 
Мне нужно лишь причесаться и сменить пижаму на форму. 
Я и Алёна встали за полчаса до прихода дикого. И могли бы заранее пойти на учёбу, избежав встречи с ним. 
Было бы прекрасно, если бы он поцеловал дверь и ушёл ни с чем. 
Но сами того не зная, мы сыграли ему на руку.
Решили, что десять минуточек сна не помешает. 
Не помешали. 
До сих пор его хриплое - мой мышонок в голове стоит. 
Едва не вырвав сместитель, удалось его включить. 
Задержав дыхание, умылась холодной водной. 
Не помогло. Руки так же тряслись, а сердце стучало в висках. 
Когда же я успела нагрешить, что судьба подослала ко мне демона, второго ранга. 
Один день. Всего лишь один день с диким лишил спокойствия. 
Жизнь, как бы банально это не прозвучало, разделилась на до и после. 
До - было беззаботно и спокойно. Теперь - нервно и драйвово. 
Хочу обратно. Хочу к спокойствию.
Для него мне нужно убить бешенного парня? 
Сам он не останет? 
Глубоко вдохнув, прикрываю веки.
Зачем терзаюсь вопросами? 
Надеюсь, что найду ответы на потолке? 
Глупость. Будто мне его прилипучести в жизни не хватает.