Новенькая для дикого (СИ)

— Не. Не пойду, - по-детски отнекиваются. — Она мне нравится. Миленькая.
Талию сдавливают, рывок, взвизгиваю - парни ржут аки кони. Но не может не радовать тот факт, что я теперь крепко стою на ногах.
Смех обрывается так же внезапно, как начался.
И тот, что соскрёб меня с землицы сырой, окутав дорогим парфюмом, отряхивает мой джинсовый комбинезон. На попе причём чересчур тщательно отряхивает.
Его наглое лицо видится не чётко, но достаточно, чтобы понять - довольно симпатичный, если не сказать красивый.
— Что делаешь?
В метре второй чувак. Сложив руки на груди, наблюдает. Мерещится, что издевательски.
— Помогаю тебе, блондиночка.
— Больше домогательства напоминает. Прекрати, - злюсь, но в руку его впиваюсь, чтобы не споткнуться и снова не упасть.
Руку с самого дорогого перемещают на талию.
— Ты курьерша? Что забыла у ворот школы?
— Прислони ты её к ним и пошли, - влезает второй голос. — Пусть сама разбирается.
— Не порть веселье. Подождут твои книжки полчаса.
— Полчаса? - оглушаюший рык слева, заставляет зажмуриться.
— Ради курьерши рейтингом рисковать? Кто мне его восстановит, если я завтра завалю контрольную? ТЫ? Идиот!
— Правда, - врываюсь в спор.
— Прислоните меня к опоре любой и уходите.
Разжимаю лапищу на талии.
— Я сама дойду до комнаты, - шагаю назад и сердце тут же заходится в припадке.
Упёрлась во что-то одушевлённое спиной.
И другие клешни, не менее сильные, опять сжимают талию.
— Ты прав. Мягкая. Подождёт подготовка к контроше. Согласен. - весело предлагают м-м-мн-н-не.
— Красоточка, пробовала когда-нибудь... - громкий шёпот у другого уха. —...трой…
— Бр-р-р. Думай, что ляпаешь, - забирают меня, как куклу, утягивая за локоть вперёд.
Впечатавшись в твёрдую грудь, хочу высказать двоим придурком всё, что в душе. Но возмутиться не дают.
— Окстись. Мне для полноты картины, тока травм психологических не хватает, - продолжает катить бочку на брата.
— Ты про что?! А. Да. Точно. Не подумал.
— Давай тогда по-отдельности? - непосредственное слышу.
Бледнею, серею, еле стою на ногах.
На кого я наткнулась?
— Про меня говоришь, но сам д*бил д*билом. Кости бросим, чтобы первенство определить? И как второму будет после брата то родного? Вдвойне бр-р-р, - повторно, вместе со мной, так как я в его руках, передёргивается мажор.
— Кости?
— Ага. Твои. Тазобедреные, - насмешливо подтверждают.
— Стоп. Самое главное упустил. Что ты сказала? - сжимая пальцами щёки, удерживает извращенец моё лицо.
Молчу.
Не буду разговаривать с недалёкими. Себе дороже.
— Не думаешь, что она чем-то болеет? Бледнее стала чем была. Говорил тебе не трога...
— Островские! Отпустили девушку, - зычный женский «басок» заставляет парней не то, что отойти.
Отлететь.
Упираюсь рукой в бок. Пытаюсь отдышаться.
— Фаина Викторовна, что вы сразу? Мы помогаем…
Оправдывается первый. Второй, склонив голову, молча ждёт наказания.
Школа славится строгостью и кучей правил. Но не смотря на них, ученики эдема теми фруктами оказались. В тихом омуте...
— Они врут, Варвара? Или пытались помочь?
Закрыв глаза, желаю, всей душой, сдать гадов озабоченных. Но мне с ними под одной крышей долго находиться придётся.
Насколько бы здание не было большим, достать зарвавшуюся новенькую - легко. Особенно имея связи.
Мне не выжить, если наябедничаю. Но всё же, не смирившись с несправедливостью, тихо выношу себе приговор:
— Они приставали. Предлагали...
— Понятно. Не продолжай, - жёстко обрывает заместитель директора.
Кем эта женщина является, знаю благодаря сайту.
В первый день, когда узнала, что удалось перевестись, я его прошерстила вдоль и поперёк. Изучала педагогический состав.
Но лицо Фаины Викторовны могу лишь представить. В живую - размыто.
Бесит конкретно беспомощность своя. Но что могу поделать?
— Вот же-ж маленькая...
— Поговори, Островский. Живо к директору за наказанием. Оба.
Один из гоп-парочки проходит мимо.
— Ответишь, малявка.
Негромко сказал.
Но я услышала и по спине побежал холодок.
 
— Иди. Потом с ней разберёмся. Со змеёй фаиновной двойное наказание получить - раз плюнуть.
По позвоночнику стекает капля пота.
Довыделывалась. Не могла дурёха правильная промолчать.
— На! Варвара, - суёт в руки твёрдый прямоугольник зам директора.
— Вся информация, нужная тебе, в папке. Я ухожу. Иди себе в комнату. Для тебя занятия начнутся завтра.
— Простите…
— Что? Передумала учиться? - холодным тоном обдаёт «змея фаиновна».
— Нет. Понимаете, я…не вижу.
— Не видишь? Вообще? - не изменился её тон ни на йоту.
Ноль удивления. Сплошная безэмоциональность.
— Нет…то есть да.
— Нет или да? Излагай суть проблемы побыстрее. Не одна ты в школе проблемная.
— Я очки разбила. Дойти до комнаты не смогу.
— Понятно. Постой. Придумаем чего...КОЛЕСНИКОВА!
Устала вздрагивать, но ор случился выше гор. Непроизвольно вышло.
— Да, Фаина Викторовна? - звучит милый нежный голос.
— Помоги новенькой до сто пятой добраться.
— Но я хотела…
— Спорить надумала?
— Нет. Простите.
Девушка подходит ближе и берёт меня за локоть.
— Оставляю вас. Смотри мне, Колесникова.
— Не волнуйтесь, Фаина Викторовна. Доведу новенькую до её комнаты в целости и сохранности.
Угрожающее прозвучало, но не для зам. директора.
Угукнув, она отвечает на телефон, трезвонившей уже приличное время без прерыва. И на ходу разговаривая с кем-то, направляется к учительской пристройке.
  
3
 
— Меня Алёна зовут, - представляется помощница, помогая подняться по лестнице.
— Варя.
— Эх. Жаль тебя, Варя…Две ступеньки. Две ступеньки! Осторожно ты, - дёргает за воротник назад, когда я споткнувшись, заваливаюсь вперёд.
— Почему жаль? Из-за зрения?
— Причём тут зрение? - хмыкает новая знакомая и проталкивает внутрь светлого помещения.
— То, что ты не видешь, в возникшей ситуации тебе даже на пользу.
— Я ви-и-и... - вписавшись в другие ступеньки, заваливаюсь на одну из них.
— Тудыть тебя через бедро, Варя. Не убейся! - вскрикивает Алёна и она, конечно, не поднимает меня как недавно мажор.
Оно и понятно. Откуда у неё столько сил?
Но не бросает.
Хотя непонятно почему. Дофига же мороки со мной, а золотая молодёжь терпением не отличается.
Особенно, если оно в перспективе не приносит ничего полезного.
— Держись за меня.
Послушно кладу на предплечье девушки ладонь, чуть сжимаю пальцы.
— Не отпускай. Иначе первым делом в кабинете медсестры появишься, а не в сто пятой.
— Почему тебе жаль меня? - наладив связь мозг-конечности, возобновляю беседу.
Надо узнать.
Настораживает дико, что водитель, а теперь и Колесникова жалеют и жалеют, жалеют и жалею.
Сколько можно?
Надо прояснить ситуацию.
Тем более идём мы по коридору. Можно было говорить, не опасаясь за сохранность носа.
— Потому жалко, что ты бедная рядом с диким живёшь.
— Дикий? В плане? Кто-то животное держит в школе?
Алёна рассмеявшись, смеялась долго.
Ученики кто оглядывался на нас, кто - нет. Но суть в том, что я не поняла: — Что смешного?
— Да-а-а. Животное подходит ему как нельзя лучше, - продолжает хихикать Алёна.
— Кому «ему»?
— Скоро узнаешь, не буду портить интригу. С другой стороны, возможно, зря паникую. Он обычно в школе не ночует: либо у себя дома, либо по девкам. Надеюсь, тебе повезёт и единственное, где ты будешь его встречать - на уроках.
— На уроках? - крутятся в голове шестерёнки.
— То есть ты про ученика говоришь?
— Какой ученик?! Брось. Одно название, - запутывает сильнее незнакомка.
У неё, будто цель - закрутить мои извилины на свой лад.