Сладкий грех. Падение (СИ)
— Ты должна быть готова через час. Надень что-то приличное и нижнее бельё. В мои намерения сегодня не входит драться с кем-то, — произносит он тем самым голосом, словно я пустое место. Это раздражает.
— Как пожелаешь, — фыркаю я, закрываясь от него книгой.
— Энрика.
— Отвали.
— Я не хочу продолжать всё это. — У меня сердце падает вниз.
— Скажи мне, когда уйти, и я сделаю это. Насколько я знаю, то это ты запер меня здесь. У тебя тайный замок с внешней стороны двери, и сама уйти я не могу, — сквозь холодный ком в груди отвечаю я.
— Я не говорю про наше расставание. Я говорю про поведение. Так больше не может продолжаться.
Закатываю глаза и качаю головой, закрывая зло книгу.
— Я абсолютно согласна с тобой. Это отвратительно. Я рада, что ты решил изменить своё поведение. Это хорошо для нас обоих, потому что со вчерашнего вечера ты перестал мне нравиться. Я не против, чтобы ты поработал над собой, — язвительно улыбаюсь ему.
— Энрика, я говорю о тебе, — он делает шаг, наступая ботинками на мягкие подушки.
— Обо мне? Хм, то есть ты считаешь, это я веду себя плохо? — Задумчиво ударяю себя указательным пальцем по подбородку.
— Именно.
— Правда?
— Да. Ты ведёшь себя, как ребёнок. Я закрыл тебя и это была мера безопасности для тебя. Я не хочу продолжать эту глупую ссору с тобой. Я потерял целый день из-за твоего поведения.
— Ох, — я печально вздыхаю и встаю из кресла. Я мягко улыбаюсь ему и подхожу к Слэйну.
— Я хочу извиниться. Ты сможешь принять мои извинения? — Склоняю голову набок.
— Конечно.
Я улыбаюсь шире несколько секунд, но потом резко поджимаю губы.
— Хрен тебе, придурок, — показываю ему средний палец и обхожу его быстро, чтобы он не успел схватить меня.
— Энрика, — он злится. Пошёл он.
— Не забудь рассказать всё своему психу-придурку другу, чтобы он тебе отсосал. Вы же такие друзья. А друзья, как известно, помогают друг другу. Это мой последний вечер рядом с тобой, Слэйн. Я клянусь. Ты ни хрена не можешь так себя вести со мной. Ты мудак! — Кричу я с лестницы.
— У тебя грязный язык, Энрика. Ты сдерживала себя ранее. Пыталась играть в хорошую девочку. Но ты ошибаешься, думая, что я выйду из себя. Я возбуждаюсь. Продолжай говорить эти похабные вещи, и я тебя трахну прямо на лестнице.
— Трахни самого себя. Даже не думай об этом. Я откушу твой член, Слэйн, — грожусь я, указывая на него пальцем. Уголок его губ немного приподнимается и это вызывает внутри меня восторг, желание врезать ему и дрожь от сексуальности его мимики.
— Не волнуйся, Энрика, нет ничего постыдного в том, что ты не умеешь делать минет. Я научу. Только попроси.
— Пошёл ты, — шиплю я сквозь зубы.
— С радостью, но прихвачу тебя с собой. У меня ещё в запасе две недели.
— Нет. Мы не заключали никаких сделок. Никаких. Это было моё желание. И я уйду отсюда.
— Попробуй. Я не против бороться с тобой ещё четырнадцать дней, а потом наказывать тебя. Тебе понравится.
Рычу и, топая, поднимаюсь по лестнице. В кого он превратился? Эта сторона Слэйна мне не нравится. Он был таким всегда? Нет. Он был нежным, добрым и приятным. А сейчас ублюдок высокомерный и я его ненавижу. Ладно, признаю, что мне нравится он таким, но при этом он пугает меня. Да-да, есть нечто такое в этом новом Слэйне притягательное. Сильное. Властное. Я видела его таким в первую нашу ночь, когда он распластал моё тело по кровати. Его глаза горели и в них появилось нечто новое, но он быстро спрятал это внутри себя. Я не запомнила этот момент, потому что моё состояние оставляло желать лучшего, но сейчас я думаю об этом. Я видела уже это. Безумие. Оно блестит там и в прошлом оно меня пугало. Я знала, что мне будет больно и меня ждёт очередное насилие. В глазах Слэйна это меня пугает по привычке, но я осознаю, что не так боюсь его. Он меня просто бесит своими странными замашками. Вместо того, чтобы извиниться, он ждёт, что я прогнусь под ним. Ни черта. Миллион средних пальцев ему. Нет.
Слэйн сказал, чтобы я приоделась к походу в клуб, я так и сделала. Облегающие джинсы, футболка, которую я всю изрезала и сделала топиком, никакого бюстгальтера и ботинки. Я расчёсываю волосы и собираю их в небрежный пучок на макушке. Наношу объёмным слоем тушь для ресниц и нахожу в косметичке, которую заполнил дорогостоящей косметикой Слэйн, тёмно-фиолетовую помаду. Тщательно крашу губы. Я просто грёбаная леди. Да я рок-дива!
Спустившись вниз, у меня в груди спирает дыхание, когда я вижу Слэйна. А он тоже приоделся. Он в чёртовом костюме, а не в обычной одежде. На нём нет галстука, только тёмно-синий костюм и белая сорочка, расстёгнутая на пару пуговиц на горле, но это чертовски горячо. Чёрт.
— Ты выбрала быть плохой девочкой, Энрика, — он окидывает меня взглядом несколько раз, задерживаясь на моей груди, отчётливо демонстрирующей пики сосков, а потом останавливается на моём лице. Меня бросает в жар, но я беру себя в руки. Слэйн задница. Он поступил плохо со мной. Он принудил меня.
— Разве ты не этого хотел? Плохую девочку из гетто на этот вечер, и я считаю, что они выряжаются именно так в дерьмовый клуб, где два мудака лупят друг друга и выбивают последние мозги. Тебе не нравится, милый? — Ядовито улыбаюсь ему.
— Я твёрдый. Продолжай дарить мне свои комплименты. Я могу быть милым, дорогим и даже деткой. Насрать. Мне это чертовски нравится и твой грязный язык тоже. Именно этого я ждал. Ты меня не удивила своим выбором одежды, Энрика. По моим наблюдениям ты именно та, кто обожает делать всё наперекор. Это меня возбуждает. Ты меня возбуждаешь и твой характер. Есть ещё вопросы, почему именно тебя я выбрал? — Слэйн опять усмехается. Чёрт, у него появилась эта дьявольская усмешка в арсенале и мне нечем крыть. Ненавижу его. Такой придурок.
— А хочешь спросить, почему я не выбрала бы тебя, засранец? — Изгибаю бровь, вызывающе спрыгивая на пол со ступенек.
— Не волнует. Ты соврёшь. Я узнал тебя, Энрика. Я изучил тебя, — он медленно приближается ко мне. Волнение окатывает моё тело, вызывая сухость во рту. — К слову, засранец меня делает ещё более твёрдым. Хочешь проверить?
— Смотри не разорви свои элитные брюки, козлина, — шиплю я.
— Хорошая идея, но оставим её на более позднее время. Сейчас у нас есть увлекательное дело.
— Мне оно неинтересно. Оно увлекает только тебя, а я это делаю, чтобы показать тебе в конце средний палец.
— Я с радостью его пососу и представлю, что это твой сосок.
О, боже мой, у меня бегут мурашки по коже от воспоминаний, и они ярко вспыхивают в моей голове. Я не знаю, что ответить, как поставить его на место. Он слишком… сексуально плохой сейчас.
— Сегодня твоя очередь узнать меня. Я могу быть разным для тебя, но с одним условием, — он проводит пальцем по краю футболки на моём плече.
— Каким же? — Мой голос хрипит, и я быстро прочищаю горло. Улыбка Слэйна таинственная и чертовски эротичная.
— Больше никакого дерьма между нами. Всё только честно. Согласна?
— Ты обманывал меня? Ты пускал мне пыль в глаза? — Шепчу я.
— Нет. Я же сказал, могу быть любым, только попроси и ты уже попросила меня об этом. У каждого из нас есть две стороны: светлая и тёмная. Я выбираю тёмную, потому что светлую во мне убили, но именно ты воскрешаешь мой свет, Энрика. Я взвывал к ангелу, который вдохнёт в меня желание чувствовать снова. Ты появилась в моей жизни тогда, когда я был на грани. Я злодей для многих, а для тебя буду любым, — Слэйн обхватывает грубо мою талию и прижимает к своему телу. Чёрт… это и правда было горячо. Я не могу ничего сказать ему, потому что это не то, что я ожидала. Это всё так… странно и пугающе, но глаза Слэйна становятся наполнены цветом индиго. Это счастье. Внутри он наслаждается этими минутами. Он наслаждается моим оцепенением. Он наслаждается властью надо мной. Вот чёрт.
— Ещё злишься на меня? — Слэйн гладит мою щеку, опуская вторую руку к моим ягодицам.
— Да.