Лю Яо: Возрождение клана Фуяо (СИ)

Но в случае с кланом Фуяо, владыка острова Лазурного Дракона, очевидно, открыл им «заднюю дверь». В противном случае, эти дети не пережили бы конкуренцию.
По наущению Хань Юаня ученики клана Фуяо решили отправиться на Небесный рынок, чтобы немного развлечься.
Рынок был полон интересного. Многие смертные смешались с толпой, и на первый взгляд их нельзя было отличить от заклинателей. Но вскоре Янь Чжэнмин обнаружил, что способ их общения и ведения торговли был совершенно другим – только смертные использовали валюту, в то время как заклинатели совершали обмен. Даже если бы Янь Чжэнмин нес с собой сотни тысяч бумажных денег, на Небесном рынке он не смог бы купить на них ничего, кроме вещей обычных людей. Он не мог бы даже подумать обо всех этих волшебных инструментах.
  
Испытание Лазурного Дракона проходило на платформе в конце улицы.
Платформа занимала площадь всего в три или четыре квадратных чжана, но на нее, казалось, были наложены определенные чары. Стоило кому-либо ступить на нее, как пространство вокруг становилось настолько безграничным, что с легкостью вмещало в себя иллюзии великих гор, бурных рек и огромных океанов. Тан Ваньцю и некоторые другие заклинатели стояли вокруг, возможно, чтобы сохранить порядок.
Любой уверенный в себе заклинатель может вскочить на платформу, чтобы вступить в открытую схватку с кем-то другим, в то время как те, кто еще не переступил порог совершенствования, могли выбрать подходящую иллюзию, чтобы проверить себя, свою силу воли, способности и так далее.
Справедливости ради, наблюдать было позволено всем.
Когда Янь Чжэнмин и его младшие братья нашли себе места в чайном домике по соседству, двое, один с саблей, второй с мечом, уже сражались на платформе. В отличие от битвы с Цзян Пэном на море, в соревновании такого уровня, каждое движение обеих сторон было ясно видно.
Движения мечника были причудливыми и ловкими, и каждое из них отражало его тяжелую работу. Но как только причудливость прошла определенную точку, она начала казаться излишней. После двухсот или трехсот столкновений ничем не примечательный воин с саблей внезапно заметил слабое место своего противника. Он сделал резкий выпад вперед, вскинул свое оружие вверх и с лязгом ударил по мечу противника в воздухе.
Зрители вокруг разразились радостными криками.
— Первый старший брат, когда мы сможем использовать настоящие мечи? — С восхищением глядя на сражающихся, спросил Хань Юань.
— Когда ты перестанешь ронять свой деревянный меч на ноги, — сказал Янь Чжэнмин, пристально глядя на платформу.
Чэн Цянь, сидевший рядом с ним, усмехнулся, а затем сказал Хань Юаню:
— Учитель говорил, что стиль фехтования нашего клана отличается от других, нам придется подождать несколько лет.
Сказав это, он вспомнил о деревянном клинке, который так уверенно держал в руке мастер в тот сумасшедший день, и не мог не добавить:
— Кроме того, пока твои движения воплощают волю оружия, деревянные мечи не обязательно уступают железным…
Прежде чем Чэн Цянь смог закончить свои слова, Ли Юнь внезапно потянул его на себя и предупредил, понизив голос:
— Сяо Цянь, прекрати нести чушь!
Чэн Цянь был сбит с толку. Он поднял голову и увидел на соседнем стуле смуглого мужчину, холодно смотревшего на него.
Он понятия не имел, что случилось. Когда их взгляды встретились, этот человек встал и, не обращая внимания на Чэн Цяня, сказал:
— Деревянные мечи не обязательно уступают железным. У тебя должно быть глубокое понимание Дао меча, младший брат?
В этот момент, только что проигравший в бою бродячий заклинатель, спустился с платформы Лазурного Дракона и поспешил к смуглому человеку, крича: «Старший брат!»
Чэн Цянь сразу же ухватился за происходящее. Ему показалось странным, что этот парень решил сорвать на нем гнев за проигрыш собственного брата?
Очевидно, Хань Юань чувствовал то же самое, что и он. Маленький нищий возмутился, что кому-то вздумалось обижать его младшего старшего брата, и сразу же двинулся вперед, готовый грязно выругаться.
Но, прежде чем он успел излить всю свою досаду на бродячих заклинателей, Ли Юнь быстро схватил его за руку и произнес.
— Не создавай проблем!
Янь Чжэнмин вытянул руку перед недовольным Чэн Цянем и лениво поклонился другой стороне, сказав:
— Это всего лишь маленький ребенок, который говорит, что уголь такой же белый, как он сам. Прошу тебя, дорогой друг, ты можешь просто посмеяться над этим.
Говорить о саже стоя напротив самого настоящего угля… Ли Юнь почувствовал полный упадок сил. Он знал, что Янь Чжэнмин на самом деле хотел все уладить, но слова, вырвавшиеся у него изо рта, были больше похожи на настоящую провокацию.
Непринужденно досаждать всем вокруг — какой особенный талант!
Лицо смуглого мужчины ожидаемо потемнело еще больше. Его побежденный брат что-то прошептал ему на ухо, и взгляд мужчины остановился на деревянном мече в руке Чэн Цяня.
Затем он фыркнул:
— Что еще за клан Фуяо? Никогда о таком не слышал. Поверить не могу, что щенкам позволили войти в лекционный зал. Возможно, слава Испытания Лазурного Дракона преувеличена, чтобы обмануть таких дураков, как вы, не знающих всей правды!
Тан Ваньцю, стоявшая на страже закона у платформы Лазурного Дракона, очевидно, тоже услышала это, и ее лицо моментально изменилось, будто его заволокло тучами. Но так как она не смела оставить свой пост без разрешения, все, что она могла сделать, это бросать пронзительные взгляды на смуглого мужчину и учеников клана Фуяо. Наверное, она хотела выгнать отсюда их всех.
Янь Чжэнмина его слова, казалось, вообще не обеспокоили. Он подумал: «Этот человек плохо отзывается об острове Лазурного Дракона, мне-то какое до этого дело?»
Поэтому он усмехнулся и поднял ногу, собираясь уйти.
Чэн Цянь же вовсе не был таким легкомысленным, как его старший брат. Он заметил, как изменилось лицо Тан Ваньцю.
Пусть черный как уголь заклинатель и отзывался грубо об острове Лазурного Дракона, буря, в конечном счете, была вызвана ими. Многие были недовольны тем фактом, что владыка острова несколько раз приглашал их к себе. Если они сейчас уйдут так, будто ничего не произошло, то эти люди, скорее всего, создадут им немало проблем в будущем.
— Сяо Цянь, пора идти.
Чэн Цянь не обратил никакого внимания на старшего брата и остался стоять на месте. Щелкнув пальцами по лезвию деревянного меча, он медленно произнес:
— Э? Так ты хочешь сказать, что этот брат, потерявший свое оружие... Обладает какими-то выдающимися способностями?
Пощечина, заставившая содрогнуться весь мир
Такого развития событий не ожидал никто. Толпа, плотным кольцом окружившая их, тут же отступила, освобождая место.
Некоторые из зевак склоняли друг к другу головы, открыто перешептываясь об их происхождении.
Клан Фуяо долгое время скрывался от людских глаз. Кроме грозных мастеров, живущих тысячи лет, мало кто когда-либо слышал о них. Просто так случилось, что в тот день, в порту Восточного моря, эти неизвестные устроили богатое представление. Так что, теперь люди не могли их не знать. Все прослышали об этих бродягах.
Даже если заклинатели не заботились о мирских делах и богатстве, неужели они действительно не заметили бы, что владыка острова уделял клану Фуяо особое внимание?
Янь Чжэнмин и его братья, никогда не общавшиеся с посторонними, даже и не знали, что уже успели стать занозой для этих людей.
Чэн Цянь, с внешностью одиннадцати-двенадцатилетнего мальчишки, стоял неподвижно, держа в руке деревянный меч, больше напоминавший детскую игрушку.
  
Кто-то в толпе усмехнулся:
— Какой дерзкий ребенок. Неужели в клане нет старших, чтобы держать его в узде?
— А что, разве вы не слышали, что владыка острова разрешил им войти в лекционный зал? Что же это за почтенный клан, который отправляет своих учеников слушать чужие проповеди?
— Да кто его знает? Вероятно, этот молодой господин из богатой семьи или даже родственник самого императора. Может быть, они потратили кучу денег, чтобы приобрести редкое сокровище, и побеспокоили владыку острова, так что ему ничего не оставалось, кроме как впустить их.