Франт. Дилогия (СИ)

Имени этого скользкого гаденыша, что втравил Холмскую в действо со смертельным исходом, а теперь под шумок пытался сбежать, я не знал, поэтому формулировку вызова на нелетальную студенческую дуэль пришлось слегка подправить. Почему выбрал именно нелетальную, когда грозился страшно убить? Ну, во‑первых, продемонстрировав свое мастерство мечника, отлуплю гада публично и показательно, мол, я уже сорвал на нем всю свою злость и всё что после с ним случится, это уже не по моей вине, а во‑вторых, я еще не решил что стану именно убивать его, тем более страшно. Мы ж не всегда исполняем то, что в сердцах наобещали, а пока что, кроме неудачного покушения на мою жизнь, и возможно последующих пакостей от него, более‑то урона мне и не было. В общем, что‑нибудь придумаем.
А тем временем, зрители заозирались, пытаясь понять что же за «червь» затесался в их благородные ряды и тем самым создали сутолоку, от чего я потерял из вида того хитреца. Пришлось прибегнуть к парку‑у‑уру и взобраться на красивейший, вычурной формы фонарный столб неподалеку, чтобы с высоты попытаться разглядеть беглеца. Наконец я узрел этого гаденыша, что лежал сейчас у ног непонятным образом и определенно случайно оказавшейся рядом глупышки Клемен, которая прикладывала ладошки к щечкам, охала и качала головой, попеременно пыталась что‑то там отчистить со штанины и носка обуви.
Похоже парнишка налетел на как всегда рассеянную голубоволосую милашку, оттоптал ей ногу и кажется замарал чем‑то штанину, споткнувшись через малышку и влетев головой в гранитную урну. Нет слов.
Похоже дуэль откладывается. Мда.
* * *
Странная беседа двух темных силуэтов, спустя какое‑то время после дуэли Франта.
– Ну как, убедилась? – с победными интонациями был задан вопрос первой особой.
– Мда, неоднозначно, – несколько задумчиво протянула вторая.
– Да что там неоднозначного‑то? – возмущенно был задан ей вопрос первой. – Ты видела как он ее победил? Чем же еще так вырубить‑то можно? Всё предельно ясно. И вообще, ты много дуэлей знаешь, где бы проигравший оставался всего‑то с порезиком?
– Может всё же, это был какой‑то артефакт? – всё также задумчиво озвучила свои сомнения вторая.
– Не выдумывай. Ты лучше меня знаешь, что когда защита тянет магию, а его в тот момент неслабо так приложили молнией, то никакой другой артефакт задействовать нельзя и возможно лишь чаровать, причем слабенько. А мы все имела возможность убедиться на ЧТО это вот его «слабенькое» способно. Так что нечего и думать, всё очевидно, – подбавила победоносных интонаций первая, а после как‑то преобразившись принялась вспоминать и иные обстоятельства необычной дуэли. – А как он оставил свою метку на этой жалкой идиотке? Жаль… Жаль, что не на лице(прошипев), чтобы эта недостойная была помечена словно скот и носила автограф хозяина. Бррр. Аж вся трепещу. А как он меня тогда… О‑ох(томно), я уже гото…
– Так, прекращай мне это тут! Плетку я доставать сегодня не намерена. Не заслужила. Мне итак вон, пришлось за тобой подчищать, – несколько раздраженно, но очень властно и строго отчитала вторая столь странную первую.
– Но всё же завершилось удачно, малышка. Ну чего ты такая бука? План удался, мы увидели то что хотели и причина интереса к нему этих дурочек теперь ясна как день. Ну а свидетель, свидетель же тю‑тю. Нету, – моментально преобразившись, залебезила послушная первая, а после и «засюсюкала». – Ну давай. А? Ну может тогда хотя бы розгочки? Ну позязя…
* * *
Уже вечером, разглядывая в своей комнате две записки, что сейчас лежали передо мной, я еще раз прокручивал в голове произошедшее со мною в последнее время и по иному смотрел теперь на всё, что успел начудить. Мда уж. Дела.
Эти послания по очереди мне были буквально всунуты в руку, когда во время ужина я расположился за одним из столов в трапезной, чтобы наконец поесть, так как обед был мною пропущен из‑за дуэли и последовавшего после. Первая записка была от Ивон, а вторая от внезапно Розин, хотя доставила почему‑то постоянно краснеющая Виолет.
 
К слову о дуэли, по результатом поединка чести, я был, понятное дело, признан победителем, а трофеи с Холмской мне доставили в комнату общежития. Но их я пока еще не смотрел. А вот студенческой дуэли не суждено было состояться. Кавалер Торн из Чернохолмских, тот самый скользкий тип и интриган, пал смертью храбрых в неравной схватке с урной, чем и отвлек всё внимание от меня, поспешившего к наставнику на следующее занятие.
Вот серьезно, этот дурачок падая размозжил себе голову об угол того, хоть и довольно утилитарного, но вполне архитектурного объекта. Я, блин, и не думал, что защита такое пропускает. Нужно взять это на вооружение. Жаль только, что у меня никакого телекинеза нет, тогда бы я мог в бою подкидывать вверх любых даже самых крутых здешних архимагинь, и позевывая созерцать, как они ломают себе при падении ноги или расшибают головы.
Так вот, возвращаясь к запискам. В посланиях обеих лапочек было примерно одно и то же, хоть и несколько разными словами, как можно понять, по причине отличающегося темперамента девочек. Почерпнутое из сообщений прояснило мне весь спектр тех эмоций, которые проскочили на их лицах, когда я перед строем заигрывал с Ровской. Эти ловкие красотки не упустили тогда то обстоятельство, что изначально‑то я пялился на старшую наставницу исключительно с профессиональной целью, а говоря про заработок, имел ввиду вовсе не услуги интимного характера. Они, как уже побывавшие моими пациентками, что похоже не придавалось огласке, увидели и поняли, что речь я вел именно о медицине. Поэтому‑то и корчили мне рожи, чтобы я, не дай гипоталамус, не брякнул во всеуслышанье о своем, как оказалось, редком здесь даре.
Именно дар, так как магия школы Жизни, а именно целительство, таковым и считается в этом мире, а кто угодно, даже с жезлом, не может ее осилить, просто переняв и заучив действия, как это возможно при работе с другими стихиями. Во как!
Слава пещеристому телу, я еще не успел дать повод всем окружающим увидеть во мне не просто перспективного сильного рыцаря, что видимо расценивается местными как племенной производитель, а еще и обнаружить во мне редчайшего целителя, чем нарисовал бы у себя на лбу мишень с подписью: «Я опупенно редкая букашка, тебе по‑любому такая нужна, поторопись, а то предложение ограниченно!»
В общем, видимо наконец вкурив что Костя дупля не отбивает и готов уже едва ли не открывать клинику, девочки в своих посланиях, хоть и по разному, но весьма единодушно и настоятельно просили включить уже голову и не чудить. Ну и поругали, что мол, непослушный такой, не берегу себя и лезу на рожон дуэлировать со всякими там, при этом напоказ используя целительские способности для одержания победы. Мда уж.
Волнуются. Приятно. Но мы на подобное не купимся. Знаем мы этих ловких хитрюг, что притворяются миленькими девочками‑волшебницами.
Короче, мне теперь понятен интерес Зеленых к какому‑то всего лишь дикарю из Пустошей Франту. А может и рыжая просто играет, на самом же деле её Дому, какой он там у нее кстати, тоже не помешал бы тот, кто умеет и ноги отращивать, и лечить ожоги несовместимые с жизнью, ну и как оказалось, вырубать без излишнего членовредительства более сильных противников.
Гадство, какое же палево вышло!
Вот только непонятно, почему ж меня тогда Зеленичи‑то турнули? Может, это козни их конкурентов в лице Ивон? Мало сведений для выводов, однако желание принцессочек уберечь меня… от интереса новых претенденток на меня такого ценного разумеется, вполне мне очевидно, отсюда и столь заботливые записочки. Мда. Слишком я взрослый уже, чтобы верить в бескорыстную любовь.
 
Эх. И как же теперь с Лирон‑то быть? В смысле с Ровской. Я ведь уже решил залечить ее увечье, убрать ожог. А теперь вот, придется что‑то придумывать.