Франт. Дилогия (СИ)
Надо же, как грамотно они тут обустроились‑то? Пожалуй как вернусь, надо будет Чернохолмской дать втык. Я то думал тут везде так наплевательски к безопасности относятся и это потому что не приходилось им еще сталкиваться с как у нас отточенной диверсионной деятельностью, а оказывается просто наша Четвертая баталия сплошь из безалаберных разгильдяев и малоопытных резервистов. Мрак.
Мда‑а‑а, если б нам сегодня, там на поле, вломил лучший полк Большичей, то тут бы нам и настал край, причем довольно быстро. Это конечно, если они и воюют так же как службу несут.
Что ж, будем думать как пробраться дальше, к входу в данж, что похоже располагается в одной из палаток. Благо, Система так до сих пор и не подсветила стражу Подземелья Воинов, хотя я серьезно опасался, что ею будет назначена вся гвардейская компания. Или сразу две. Мда.
Глава 20
Любимая оранжерея главы Зеленого Дома.
– Ну что там, Любушка? Есть новости? – отложив садовые ножницы и стянув плотные перчатки, которые оберегали княжеские пальчики от шипов огромных роз внезапно нежно‑салатового цвета, глава Зеленичей указала рукой на плетеное садовое кресло стремительно вошедшей синеволоске, прежде чем и самой, избавившись от фартука, занять место напротив гостьи.
– Ох и пришлось же мне помотаться, Розали, – воспользовавшись приглашением княгини, устало плюхнулась в кресло и несколько наиграно начала Зеленовежская, глава безопасности дома и мамА Виолетты. А после, довольно картинно потянувшись, якобы от невероятной усталости, бодрая особа бросив взгляд на чайничек с ароматным содержимым и на тарелочки с разнообразными вкусняшками довольно продолжила. – Только что из Белокаменска вернулась. Всё сделала, дорогая. О, а налей‑ка мне зварчику. А пирог у тебя сегодня с чем?
– Не томи, – словно на дитё малое посмотрела на нее невзрачная женщина в простом платье, чей вид в прочем, мало кого был в состоянии обмануть.
– Ладно‑ладно. Значит так, Розин с Виолеткой шею намылила. Затем обняла, пожалела, утешила, слезки утерла. С Ивон Серогорской договоренностей достигли…
– А она тут каким боком? – неожиданно прервала мягко говоря удивленная Зеленодальская свою подругу, что бодро принялась загибая пальцы перечислять результаты поездки.
– Сама пришла, – пожав плечами ответила графиня, а после, так и не узнав с чем же там пирог, решила прояснить этот важный вопрос опытным путем, поэтому подсунув его к себе, выбрала наиболее привлекательный кусочек и с жадным видом, будто бы даже с рычанием, вгрызлась своими очаровательными белыми зубками в это, как оказалось ягодное великолепие. Спустя же несколько мгновений, продолжила с набитым ртом. – Мелкая рыжая предложила ряд преференций и благосклонность правящего Дома, как только… так и сразу, короче. Неплохая инвестиция, как по мне, хотя и с элементами лотереи. Ну ты поняла. Главное, что выдвинутые ею требования наших планов не меняют и дополнительных усилий не требуют. Всего‑то и просила, что обеспечить безопасность ее ненаглядного Франта, что мы и так планировали, а в замен, как ты понимаешь, очень многообещающие перспективы для нашего Дома обрисовала. Но то, как поспособствовать исполнению обещанного девчонкой, а заодно и обеспечить преемственность цвета волос(похихикав) нашего благословенного монарха, всё же тема отдельного разговора, поэтому вернемся к результатам моей поездки, ну и тому как мы, собственно, соблюдем нашу часть сделки. Так вот, в случае чего, наш тяжелый фрегат «Беркут», ах какая досада, внезапно собьется с курса и случайно окажется близ Белосолья, где, раз уж такое дело, поддержит силами магистра и восьми командоров на борту союзные сухопутные силы, если вдруг таковые окажутся в затруднительной ситуации. А будет это Четвертая баталия Чернохолмцев или еще кто – дело десятое. Таким образом, мы и сохраним нашего перспективного мальчика, продемонстрировав ему нашу приязнь и даже покровительство, ну а заодно и исполним обязательство перед Ивон. В ходе всего этого, конечно, поломаем игру Серым, чей интерес, к слову, до сих пор мало понятен, но сомневаюсь, что на нас посмотрят косо. Уж очень не по нраву остальным Домам та нездоровая ситуация что сложилась вокруг Черничей, и с каждым днем этой мутной войнушки лишь усугубляется, а также излишние, скажем так, старания правящего Дома по приведению тех к покорности. Некоторые так и вовсе, едва ли не в открытую уже поговаривают о сговоре Серых с Дарцами. В общем, этот наш демарш будет воспринят как проявление своей позиции в деле безопасности всей державы и неприятие истребления магов, а так же дальнейшего ослабления одного из Домов империи на ее северных границах, пусть и такого, за чей счет мы могли бы поживиться, упрочив наше положение в раскладе, хотя почему могли бы, когда уже. Но не суть. Всему есть свой предел и приоритеты всё же стоит верно расставлять: интриги интригами, но если не будет сильной империи, Заливники нас всех сожрут! Короче, Серые не станут в открытую нам вредить. Пока. А там и Ивон подрастет, и еще поглядим.
– Любушка, – ласково начала ее светлость, подливая зварчику жующей ее сиятельству, от чего та чуть не подавилась, – я конечно ценю, что ты так веришь в меня, но желала услышать вовсе не твой безусловно талантливый, но краткий пересказ моих же замыслов, а хотелось бы послушать прогноз и оценку от лица того, кто побывал на месте событий и ознакомился с обстановкой, поэтому, лапушка, соберись и давай поконкретнее, да с деталями, в коих, как ты знаешь, порою может спрятаться… всякое разное.
* * *
Проведя какое‑то время в наблюдении за обстановкой и даже несколько раз одергивая себя от уже неоднократно возникавшего желания просто вырубить несколько этих излишне бдительных гвардейцев по периметру, да пройти уже наконец внутрь, я всё‑таки дождался нужного и решил действовать хитрее.
Скрываясь за палатками от посторонних взглядов, я наконец выбрал нужную чуть ли не на краю полкового лагеря, для чего опять был вынужден прибегнуть едва не к акробатике, а взрезав в неприметном месте ее стенку, чтобы избежать обнаружения при попытки войти с освещенного входа, юркнул внутрь, где довольно живо переоделся в изрядно подванивающую, но самое главное, гвардейскую форму, да еще и по размеру, что было не просто, с моими‑то не сказать что гвардейскими габаритами.
Очень поспособствовало воплощению моего плана то, что с постирушками тут у них более организованно чем у нас в баталии, и вместо того чтоб полусотники, ну или ординарцы для офицеров, сами носили грязное в близлежащий городишко к прачкам, тут такое собирают в одном месте и вывозят возами всё разом. Поэтому будучи уже внутри такого вот сборного пункта и найдя в одном из мешков подходящую гвардейскую форму, прежде чем натянуть ее, я прошелся по изрядно извазюканной в чем‑то штанине универсальным техинструментом в режиме своего рода ультразвуковой чистки, затем встряхнул осыпавшиеся частицы, что ранее плотно въедались в волокна ткани, а теперь осыпались словно пыль, и в итоге предстал в виде слегка помятого гвардейца. Точне предстать‑то, да еще и перед бдительным оцеплением, а возможно и патрулям, мне только предстоит, пока же я лишь преобразился.
Всё так же оставаясь незамеченным я вернулся к центру полкового лагеря, и пока никто не видел вынырнул из тьмы, чтобы походкой в развалочку направиться в расположение «своей» гвардейской компании. Когда же между мною и одним из караульных оставалось чуть менее десятка метров, с его стороны прозвучал окрик:
– Стой кто идет! Семь!
– Здорово, Курц, Четыре! Как сам? Льер всё еще мается животом? – негромко, как и положенно, назвал я отзыв, что в суме должен был составить одиннадцать.
Именно такую закономерность я выявил, пока трое гвардейцев, за всё то время что я пролежал в засаде, возвращались в расположение, один из которых, проходя мимо конкретно этого караульного, не ведая того и сообщил мне его имя, а про какого‑то бедолагу Льера кто только сегодня не интересовался.