Легионы во Тьме 2 (СИ)

— Я склоняюсь, подчиняюсь и готова служить верно, — на четвертом звене сообщила аватарка. Отметил чудовищную регенерацию. Не только от ран не осталось следа, но девушка перестала и кашлять, искажения от нее стали довольно четкими, а раньше были размытыми.
— Иллюзиями владеешь?
— Да!
— Скрой наготу, — если сразу перенесут обратно после обряда, то не хотелось бы, чтобы несколько тысяч зрителей увидели обнаженную ренегатку, учитывая, что она становилась моей разумной.
Призвал ритуальную чашу и нож, который протянул даме. Сама процедура отличалась от обычной полной клятвы верности на крови. Следил, чтобы все слова произносились в строгом соответствии с услышанными от ящера, от себя добавил еще не один десяток пунктов. Кровь бывшей аватарки Раоноса пролилась в чашу. Загорелось ярким синим огнем, а затем по мере произнесения слов, пламя становилось сильнее и сильнее, поднималось выше и выше, начало гудеть, набирать силу.
— … и связываю свою нерушимую клятву кровью! — еще плеснула в костер пригоршню. И моментально вместе с появившейся толстой незримой нитью, связавшей родовое кольцо и ренегатку, последовала яркая вспышка, в которой полностью аннигилировалась ее кровь, а после сразу последовала еще одна.
Как-то отреагировать я не успел.
Зрение возвращалось медленно, впечатления не из приятных, не только не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, но и даже проморгаться. Незабываемые ощущения слепого полена продолжались секунд десять-пятнадцать, затем я смог видеть, превратившись в бревно с глазами. Выяснилось, что завис посреди ничто в невесомости, а сначала думал про фантомное знакомое ощущение. Это еще что за… В тот же миг зазвучал безликий голос, будто доносившийся одновременно со всех сторон и минуя органы слуха, он транслировался в мозг.
— Я — Аттор, главный смотритель и распорядитель за Аренами богов. Смертный глэрд Райс, ты впервые сражался в поединке с детьми Высших, представленный также, в локации Долина водопадов и грез. Ты победил. Учитывая, что ты сам лично дал согласие, — перед глазами картинка, где я «приказывал» Раоносу сделать все «возможное и невозможное», чтобы аватар Ситруса выиграл, — про себя сделал вывод: «заигрался словами, но постараюсь в будущем снизить риски», — И представлял лишь свою сторону, то обязательная награда за бой передается тебе полностью. А именно, двадцать девять тысяч пятьсот тридцать шесть кристаллов истинной силы. Дополнительно тебе вручается шестнадцать тысяч за то, что ты свой первый бой провел на арене серебряного ранга, а не бронзового, как всякий новичок, при трехкратном численном превосходстве противника. Тебе присваивается звание «Поединщик богов первого ранга» с правом выступать на Арене на стороне любых сил и богов или представлять себя лично. До того момента, пока ты не принадлежишь никому из них, а звание их дитя тебе дано, как признание талантов и заслуг, и оплачено истинной силой, пусть и третьей стороной. Ты можешь сам вызывать детей небожителей или приравненных к ним по силе на Арены трижды в четыре декады начиная с текущей, каждый вызов оплачивается тобой. По истечении данного срока счетчик обнуляется. Еще, как и всякому новичку, я вручаю тебе начальный Кодекс гладиатора Высших. Он может быть включен в родовую книгу. Далее, активирую хранилище кристаллов силы на сто тысяч и перевожу награду туда, выдаю разрешение на доступ один раз в декаду с текущего момента обращаться к смотрителям. Многое потребное, включая дополнительную информацию, может быть куплено у них. На этом все!
Еще одна вспышка и я оказался на площади в Демморунге. На каменных плитах передо мной на колене с преклоненной головой сидела девица, а также валялось две головы — эльфа и ситрусовского подонка. В левой руке я сжимал внушительный фолиант с обложкой из черной кожи, с углами из красного золота и эмблемой в виде стилизованного знака Валькнута по центру. В правой чаша и четки.
Потянувшись к родовому кольцу, с облегчением отметил, что штандарт и флаги на месте. Убрал ритуальную посуду в иную реальность. Одновременно проверил состояние и автоматически разогнал прану по каналам. Теперь готов вновь ко всему.
  
Словно дожидаясь этого момента, бурлящий от искажений купол над нами пропал.
Похоже на Аргассе не прошло и нескольких секунд, потому что толпа удивленно ахнула. Затем загомонила. Все, включая Императора, смотрели с непониманием. Отметил два трупа жрецов и одного безголового мага, которых только-только подхватили другие служители, дабы унести прочь. Видимо, погибли, удерживая незримую защиту, когда ее разметало усилиями проклятого божка или их совместной с Ситрусом атакой.
Впрочем, на моем лице никто не смог бы прочесть каких-либо эмоций, кроме необходимых. Я заговорил торжественно, завершая церемонию:
— Бывшая белоголовая, верная в прошлом слуга Раоноса Кровавого, плоть от плоти его, склонившая перед моей несокрушимой мощью колени, принявшая мою непреклонную волю, доселе остававшаяся безымянной, запомни этот день. Ибо именно от него начинается для тебя настоящая жизнь и настоящий отчет времени. Я нарекаю тебя Аттэ! Встань по левую руку за моим плечом! — та беспрекословно выполнила приказ.
Разумные зашумели. Император поднялся со своего места, сделал несколько шагов, оказываясь на краю помоста, потом спросил:
— Глэрд Райс, объясни, что сейчас произошло? — прозвучало приказом.
Да, нужно.
— Сегодня Раонос, как всякая грязная и лживая млеть, мало того, что лишил всех собравшихся на площади достойных разумных зрелища справедливого наказания ренегата Ситруса, он еще подлостью и обманом смог прийти на помощь бывшему союзнику. И перенес нас с ним на арену богов, получившую название Долины водопадов и грез. Именно там силы предателя возрастали в разы, однако и этого проклятому божку показалось мало, в подмогу поганой твари он прислал двух своих аватаров — белоголовых, чье могущество в той локации безмерно. И упали они с неба, будто звезды. Их склизкие сердца забились в восторге, а блеклые мрочьи глаза преисполнились радостью, они думали — «мы победили! Жалкий смертный против детей богов в месте их силы должен проиграть!». Смотрел я на них с участием и сожалением, думая: где, где здесь взять ямы с лирнийскими слизнями, чтобы беспощадно утопить паскуд? И не находил ответа на этот справедливый вопрос. Дети же разных противоестественных связей в гордыне своей, не поняли одного, что бросили вызов истинному аристо. Усмехаясь, тогда я сказал Раоносу, что он «вновь испытает силу моего гнева!». Клянусь кровью! И завязалась яростная битва! Враги призывали легионы разных тварей из иных миров, фантомы Ситруса обретали плоть, горела земля, плавились и дрожали горы от убийственных и убойных заклятий, которые летели со всех сторон! Стонал сам воздух, раскалывалась твердь… Я разил без устали и пощады, получал страшнейшие раны, исцелялся и снова разил! Так продолжалось долго. Враг был силен и могуч. Но не смогли они выдержать моего натиска! И умерли все! Некоторые страшно, некоторые быстро… Лишь, названная мною сейчас Аттэ, вовремя поняла, что нужно склониться и покориться, только тогда будет надежда. И упала она на колени, и стала молить о пощаде, и готовности мне служить до скончания времен. И я взял ее под свою руку, как и клятву верности от нее на крови. А затем явился в яркой вспышке главный хранитель и распорядитель Арены богов по имени Аттор. Лика его я не видел, слышал лишь голос. И он мне сказал, что теперь я достоин нового знания, видимого всем небожителям — «Поединщик богов». И теперь могу убивать аватаров и разных паскуд, силой равной им, на их же аренах, чтобы еще больше страдали и теряли лживые боги! И стало на моей душе тепло от таких слов. Одного я не успел сделать, возвестить о новой победе древним кличем: «аррас»!
И острие меча на Сердце Иратана. Пример монарха, подхватившего мой рев, оказался настолько заразительным, что скандировали абсолютно все. Аттэ с неменьшем упоением орала мне в ухо, видимо, наслаждалась возможностью. Голос у нее был на диво громким и звонким.