Невеста Короля-Феникса (СИ)

Облаченная в цвета весны – зеленый и золотой – Аля ощущала себя обреченной Персефоной. И разве по своей воле богиня стала верной спутницей владыки мертвых? Вероятно, в будущем историки острова Фрет сочинили бы новую сказку об этом отборе, о том, как похищали невест, а потом Король непременно выбрал ту, что стала любовью всей его жизни. В книгах всегда писали о тех чувствах, которых не встречалось в реальности, где на деле всем заправляли такие, как Павена и Зиньям. Красивой внешне и умирающей внутри, Але оставалось только мелкими шажками ступать по коридору, направляясь к своей неизбежности.
Высокую прическу усыпали заколки с настоящими изумрудами, они же искрились оттенками листвы на длинном расшитом золотом паллу, украшали и всю верхнюю часть праздничного наряда. Наряд по пышности и изяществу отличался от всех платьев, которые довелось надевать на испытаниях. Сквозь пелену беспредельной печали Аля заметила, войдя в трапезный зал, что и другие кандидатки выглядят ослепительно. Они не сидели за столом, а собрались возле входа, затихнув в предвкушении и задумчивости.
– Попрошу внимания! – возвестила Павена, как только Аля присоединилась к общей группе. – Могу вас поздравить: теперь вы часть дворца, нашего мира. Между вами отныне не должно быть вражды и соперничества, все испытания пройдены. Больше вас нет смысла прятать, Король сделал свой выбор. Вы войдете в тронный зал все вместе через парадные двери.
Значит, им всем выдали роскошные одеяния согласно новому рангу, новой ипостаси. Теперь они все принадлежали Королю, его куклам полагались новые обертки. Кукол вели по незнакомым артериям замка мимо главного сада с каналами, в одном из которых чуть не утонул Санни; мимо галереи застывших в холодной безучастности мраморных статуй; мимо всего.
Аля шла, не замечая новых красот парадной части дворца. Не видела она и таращившейся на нее знати, которая плотными рядами стояла в тронном зале по обе стороны длинной ковровой дорожки.
«Король… Вот он, на троне. Король», – отрешенно заметила Аля, замечая, что в этот раз правитель не заставляет кандидаток ждать, а напротив – встречает их, как рачительный хозяин, как заботливый муж. Конечно, так и полагается, не считая того, что ни одна из них не успела даже по-человечески поговорить с сакральной персоной.
– Этот счастливый день знаменует начало новой славной эпохи. Мы собрались здесь, чтобы Король-Феникс возвестил всем о выборе невесты, будущей законной жены и матери наследников крови и магии Духа-Феникса, – гулким басом возвестил распорядитель, возможно, по совместительству жрец и глашатай.
Аля точно не поняла его роль во время отбора, но этот вельможа явно занимал высокое место при дворе, если ему поручали говорить столь важные речи. Но он умолк, в гробовой тишине наставало время выступить Королю. Он встал с места, как-то небрежно махнув рукой распорядителю, словно сакральной фигуре тоже претил весь этот официоз.
Непроизвольно Аля напряглась и оживилась: она уже видела этот жест, такой простой и пластичный. Слишком знакомый, чтобы принадлежать незнакомцу-правителю, который в алом шервани и глухой маске обычно только изображал идола на троне. Теперь же он встал и вышел на край возвышения, точно приближаясь к кандидаткам, которые поспешили склониться в едином реверансе. Придворные же заинтересованно вытянули шеи. Похоже, происходило нечто, нарушающее многовековые порядки отборов.
– Дорогие поданные, вы собрались здесь, чтобы узнать, кого выбрал Король в законные жены, а кого оставил в качестве наложниц. Так было заведено многие века назад, так поступали все мои предки, – возвестил Король. – И, полагаю, вы уверены, что также поступлю я и однажды поступят мои потомки. Но… Сейчас настают времена перемен.
– Что? Его Величество отклоняется от написанной речи… – донесся до ушей Али шепоток из-за спины. Там, за рядом кандидаток, стояли жены прежнего правителя и Павена с ее небольшой свитой хранительниц гарема.
– О чем Его Величество говорит? Его Величество не следует правилам… Где же клятва духу, молитва и…
 
Но Король продолжал стоять возле трона, обращаясь к народу, а потом поднял руки, но не для того, чтобы воздать хвалу Духу-Покровителю. О нет-нет! Король решительно потянулся к изукрашенной камнями маске, вцепляясь в нее с таким остервенением, будто не существовало более ненавистного для него предмета во всем дворце. А, может, и во всем мире. Его клеймо избранного, которое он теперь бесстрашно срывал с себя.
– О! Дух-Феникс милосердный! Король снимает маску! – прокатилась волна ужаса по рядам придворных. Некоторые дамы демонстративно лишились чувств, путаясь в складках бесценных сари. Их же примеру едва не последовала Павена, демонстративно хватаясь за сердце. Ее успели поймать служанки и немедленно привели в чувства нюхательной солью, обдавшей резким запахом морского бриза. Да и во всем зале как будто поднялся настоящий ветер в эти невероятные мгновения всеобщего замешательства, пока Король расцеплял невидимые крючки и публично раскрывал тайну своей личности.
– Это не Король! Это самозванец, – подали голоса недоверчивые смутьяны, но их быстро заставили умолкнуть.
– Нет! Это наш Король! – внезапно громко разнесся над залом задорный голос Огвены, вступивший вперед в ярко-оранжевом платье. Она выглядела уверенной и крайне веселой. Конечно же, эта рыжая плутовка все заранее знала. На правах кузины она делила секреты с самим Королем, они вместе придумали какой-то план. Все смешивалось и менялось по мере того, как маска сползала с лица Короля.
– Ваше Величество! Ваше Величество, что Вы делаете?! – не своим голосом заверещала Павена, выступая из-за смиренной шеренги невест. Похоже, отлаженный часовым механизмом мирок правительницы гарема в эту минуту рушился. Как, впрочем, и представления о порядке вещей большей части двора.
Зато Аля сначала остолбенела, а потом содрогнулась от плохо сдерживаемого истерического смеха. С каждым словом, вылетавшим из уст Короля, она все лучше узнавала этот мелодичный, но твердый голос. Особенно когда его перестала искажать маска.
И теперь… Теперь она ощущала себя самой глупой девушкой на свете, потому что не догадалась намного раньше, не позволила себе поверить безумному предположению: перед ней возле трона в одеянии Короля стоял Бенну. Не загадочный правитель, не сакральная фигура, а ее несносный феникс, который накануне вечером обещал вернуться за ней, а утром объявил завершение отбора.
Все чувства потеряли названия, сплетаясь в нечто невыразимое и непередаваемое. Хотелось упасть в обморок, закричать от ужаса или все-таки рассмеяться от радости. Да только радости ли? Получалось, Бенну ей лгал больше месяца с самой первой встречи! К тому же все еще теснилась в сердце ненависть к созданному в сознании образу правителя.
– Бенну?! Это ты? Ты – Король? Но как? Почему? Когда? – только непроизвольно воскликнула Аля, забывая об этикете. К чему условности, когда весь дворец содрогнулся от изумления? Казалось, сами стены задрожали, а чопорные статуи-кариатиды округлили от удивления рты и вытаращили глаза вместе с доброй частью подданных. Все смешалось и перекрутилось, стройные узоры витражей оказались фрагментами гигантского калейдоскопа.
– Откуда она знает Короля… Постойте… – шушукались и поражались придворные и невесты. – Король – глава Тайной Службы? Что? Почему?
Аля вступила вперед, не замечая ни придворных, ни стражников, ни гомонящую толпу. Страх или негодование затмевало желание получить все ответы, узнать правду. Этот день наконец-то дал такой шанс, день правды и спадающих масок.
 
– Да, я Король. Король Бенну, бывший глава Тайной Службы. Потомок покойного Короля, младший из братьев-фениксов, – властно отвечал своему народу Бенну, а потом точно немного смутился: – Похоже, я всех сейчас удивил. Да, я – единственный оставшийся наследник. Вы все знали меня как главу Тайной Службы и одного из кузенов наследника. Так было решено моей матерью и Павеной, когда я родился. Я был младшим, никто не думал, что мне придется занять место правителя. Всю жизнь я готовился стать частью Тайной Службы. Но к великому сожалению, все сложилось так, что теперь я ваш Король.