Невеста Короля-Феникса (СИ)

– Приве-е-ет, – протянула она, глупо краснея, будто они едва познакомились.
– Привет, – бодро ответил Бенну, мило вскидывая брови. И от его голоса, от его теплой улыбки растворялась малейшая неловкость.
– Огвена не зайдет? – спросила Аля, когда поняла, что они снова ждут чего-то, не зная, как начать разговор.
Кажется, Бенну ощущал себя виноватым, больше всех виноватым во всем и всегда – это чувствовалось в его взгляде, в его плавных движениях, которые лишь внешне показывали уверенность жесткого командира. О нет, он не был уверен. Он не знал, как подступиться, как найти нужные слова, чтобы приняли его извинения. Аля хотела подсказать: просто сказать правду – но отчего-то знала, что для правды еще не настало время. А сердце подсказывало, что надо еще немного подождать, совсем чуть-чуть. Может, неделю, может, сутки, а, может, три дня, как в старой сказке. И торопить ни в коем случае нельзя.
– Она… у нее дела, – тактично кашлянул в кулак Бенну и тут же буднично спросил: – Как ты?
– Ничего не болит, спасибо. Все случилось так быстро…
– Да, быстро. Слишком быстро. Я не должен был допустить всего этого, – помрачнел Бенну, устало садясь на край кровати и рассеянно гладя ластящегося эрукила.
Санни боднул раскрытую ладонь ушастой головой, а потом завертелся вокруг и умастился на коленях. Бенну он совсем не боялся и не отгонял от новой хозяйки. Аля потянулась к зверьку, потрепала за ушами, и как будто случайно ее рука соприкоснулась в мягкой шерстке с мозолистой рукой Бенну.
Эти ладони, эти пальцы – она помнила их прикосновения. Сначала они лечили располосованные осколками ноги, потом нежно несли над городом, а совсем недавно как будто они же переплетали узоры таинственных белых линий, вязь мироздания, и даровали исцеление.
– Бенну… А это ты меня лечил? – зарделась Аля, невольно понимая, что для избавления от ран ее наверняка раздевали.
– Сам Король. Моей силы скромного стражника здесь бы не хватило.
«А, значит, Король видел меня голой. Ох, какие глупые мысли! Какие глупые… Бенну или Король… Они оба спасли меня! – смутилась Аля, вспоминая, как чьи-то ласковые теплые руки вытягивали из нее неровные стежки магии гарпий. – Оба? Или… Или это одно лицо?»
Предположение поразило настолько, что Аля подскочила. И как она не замечала! Этим бы легко объяснялось отсутствие Бенну на всех испытаниях и его уклончивые ответы. К тому же когда он говорил о гибели принцев-фениксов, его лицо искажала мука не военачальника, проигравшего битву, а скорбящего человека, потерявшего большую часть своей некогда обширной семьи.
Но ведь Бенну говорил, что Король не имеет права покидать дворец, сам-то он носился на задания за пределы стен. Хотя… в первую встречу Аля приняла его за воришку или шпиона, возможно, тогда он совершил вылазку инкогнито. В остальное же время он и впрямь не покидал пределов дворца, не считая случая с похищением. Но тогда, как полагали гарпии, Король мог лично явиться за своими невестами. Только тогда почему в ход не пустили треклятое ледяное копье? Или не успели, или не сумели вычислить, кто на самом деле Король. Хотя, возможно, правитель все-таки не покидал острова Фрет.
– Все хорошо? – удивился Бенну, заглядывая в лицо.
– Да-да, все нормально, просто подумала кое о чем, – отмахнулась Аля, деланно невинно улыбаясь, но потом все-таки спросила: – Бенну, а с вами правда был Король? Гарпии думали, что он покинет дворец ради меня.
Она помнила огненную волну, разнесшуюся над руинами, помнила, как враги содрогнулись от мощи, которую, казалось, вдохнул в спасательный отряд фениксов сам Хранитель-Феникс. Все это не напоминало суетливой беготни в день нападения на дворец: схлестнулись именно две древние силы. И гарпии явно проиграли, потому что их Змей Хаоса не отвечал ни в одном из святилищ и не помогал своим отвергнутым детям.
– Король? – нахмурился Бенну. – Но ему ведь нельзя выходить за пределы дворца.
– Даже инкогнито? – ловко поддела Аля, считывая малейшие эмоции на лице Бенну. Но он умело прятался за парадным фасадом благодушия. Разве что радость в искрящихся счастьем глазах он не подделывал, ни за что не сумел бы. И это заставляло Алю прекращать расспросы.
 
– С нами была сила Короля. Он одарил нас, отправляя на эту миссию, благословением Духа-Хранителя, – с расстановкой ответил Бенну. Снова все полубезумные теории опровергались его мягкими, но настойчивыми словами.
Аля уже достаточно хорошо знала Бенну, чтобы понять: глава Тайной Службы по долгу своей работы умеет отлично хранить секреты и прикрываться полуправдой. Он не был лжецом, и в большинстве случаев Аля верила ему, искренне считая одним из самых порядочных людей, которых довелось встречать. Но все-таки он что-то скрывал. И это что-то связывалось все более четкой мерцающей ниточкой с самим Королем, которому, возможно, все еще грозила опасность.
– Бенну, а что такое ледяное копье? – вздрогнула Аля.
– Магия, которая замораживает огонь фениксов, не позволяя им исцелиться. Им поразили старших братьев Короля, – отозвался Бенну и по лицу его прошла судорога, как от удара. Он уже рассказывал о силе копья, похоже, когда они летели над морем, но Аля была слишком измучена, чтобы впитать информацию.
– Вы отняли его у заговорщиков? – уточнила она, хотя обсуждение с Огвеной в коридоре доказывало обратное.
– Полагаю, что нет.
– Значит, они унесли его с собой.
– Мы найдем всех причастных к заговору. А потом заживем спокойно. Я тебе обещаю, – уверил Бенну, заключая руки Али в свои и доверительно заглядывая в глаза.
– Бенну… но как же отбор? Кто заживет и где? – дрогнули губы Али. В этот миг, когда она была готова простить любые недомолвки, память о грубой реальности вновь вырывала из страны грез чудом спасшегося. Еще мгновение назад она плыла в розоватой дымке безмятежности, только находясь рядом с Бенну, но теперь резко вспомнила, что из-за дерзкого похищения никто не изменил ни правила отбора, ни традиции.
– Я тебе обещаю: ты не выйдешь замуж не по любви. Обещаю! – выпрямился Бенну. Он собирался уходить, так ничего и не объяснив, а в душе его как будто бушевал пожар. Огвена просила что-то рассказать, поговорить, искоренить ростки тяжелого недоверия. Так почему же Бенну сомневался? Але хватило бы тайного намека, едва уловимого знака. Она бы все поняла без слов, лишь бы избавиться от сомнений и сумасшедших теорий.
«Так Король ты или не Король? И кто тогда Король? Может, твой брат?» – умоляла она дать ответ, но Бенну снова не сумел ничего сказать. Лишь успокаивал обещаниями. Он никогда не бросал слов на ветер и никогда не оставлял в беде.
– Бенну! Так что происходит? – остановила она гулким восклицанием.
– Я… должен поговорить с Королем. А это не так-то просто, – застыл он у двери.
– Так поговори, – растерянно окликнула Аля. – Ты ведь… ты ведь герой! Ты спас нас с Исиф… ох, Исиф! Как она? Где?
Аля вскочила с кровати, подходя к Бенну. Голова немного закружилась, отчего теплые руки вновь заключили ее в своих объятьях. Аля прижалась к груди Бенну, не давая ему уйти, точнее – сбежать.
– С Исиф все в порядке. Скоро будет в порядке. Вы были обе без сознания сутки, еще сутки бредили в полусне. Но такое бывает из-за избытка целебной магии. Хочешь увидеть ее? – переводя тему на насущные вопросы, спросил Бенну. Снова он скрывался, умея замолкать в удобный для него момент. Возможность получить ответы маячила где-то вдалеке, как огонек рассвета над морскими волнами.
– Да, конечно! – горячо согласилась Аля.
– Хорошо. Я должен буду поговорить с ней кое о чем. Зайдем тогда вместе после обеда, хорошо? – улыбнулся Бенну, поглаживая пальцы Али, и медленно выплыл за порог приоткрытой двери.
 
– Хорошо! Я буду ждать!
Она обещала ждать, она всегда его ждала, и он появлялся именно тогда, когда она нуждалась в защите, когда немо кричала от безысходности. Только не появлялся на испытаниях, только не прилетал, когда она просила согреть, ответить на все более затоплявшее ее чувство. Конечно, он не мог предать Короля, но Аля отчаянно нуждалась в одном коротком слове: «Люблю».