Невеста Короля-Феникса (СИ)

— Но кто же вы? Почему вы умеете летать? Фениксы… — заинтересовалась Аля, отвлекаясь от дурных мыслей. Любое воспоминание о Земле и доме втыкала булавку в свежую рану ее души, поэтому она стремилась сосредоточиться на окружающей действительности, на малейших ее деталях.
А в лице Бенну, как она уже чувствовала, удалось найти нежданного друга. В какой-то мере она хранила невинную тайну их встречи, возможно, это их теперь сближало. Что ждало дальше, не ведал никто.
— Все мы, фениксы, ведем свой род от древнего прародителя-Феникса, — охотно начал рассказ Бенну. — И только Королевская династия — его прямые потомки. В Весп-Лаке большинство народов считают своими прародителями морских обитателей — Кита, Ската и Рыбу. Но некоторые королевства образовались из переселенцев других миров.
— Значит, где-то есть целый материк, населенный Фениксами? — Аля представила обширные цветущие равнины, над которыми парили огненные птицы.
— Да. Мы же обосновались на Фрете, потому что в другом мире десять эпох назад случилась война фениксов. Одна из младших ветвей потерпела поражение и была изгнана вместе со своими верными соратниками. От преследователей бежали в другой мир. Но и здесь нам не нашлось покоя…
Бенну запнулся, теперь уже до его плеча пришлось дотрагиваться, чтобы вывести его из задумчивости. Волевой вытянутый подбородок выдвинулся вперед из-за резко сжатых зубов. Бенну нервно сглотнул, сжимая кулаки, по которым прошла волна огненных язычков.
— Почему? — осторожно спросила Аля.
— Гарпии… — глухо отозвался он, но тут же повернулся к собеседнице, немного успокаиваясь.
— Кто?
— Гарпии — существа, не имеющие прародителя. Говорят, их прародителем был сам Хаос, великий Змей Хаоса, отец и покровитель всех чудовищ, расползшихся по разным мирам. Они похожи на нас, но их магия совершенно противоположна нашей. Магия Феникса дает свет. Магия гарпии гасит его. Мы прославляем свет солнца и луны. Они поклоняются тьме ночи и пустоте черных дыр; говорят, что в одной из них живет их прародитель-Змей. Магия феникса исцеляет. Магия гарпий способна только разрушать. Мы проповедуем милосердие. Они — месть без пощады.
Поведал он напевно, покачивая головой, как будто отрешившись от реальности, в которой, очевидно, произошло нечто ужасное. Аля осторожно спросила:
— И они напали на вас?
Бенну словно не услышал вопроса, продолжая рассказ:
— Десять эпох назад при перемещении в Весп-Лак мы встретились с группой таких же скитальцев, которые оказались гарпиями. Исконные жители этого мира были добры к пришельцам. И нам, и им выделили по острову. Конечно, не сразу. Но источники противоречивы. Так или иначе, мы обосновались почти на соседних островах. И с тех пор ведется война, которая то затухает, то вновь разгорается…
Он снова сжал кулаки и на этот раз втянул голову в плечи, как птица в буран, сжавшись на краю подоконника. Глаза его совершенно потемнели. Он яростно взъерошил растопыренным пальцами волосы и ощутимо вздрогнул.
— В чем дело, Бенну? Тебе плохо? — придвинулась к нему Аля, вставая на колени и гладя его по спине. Она привыкла утешать Дениса, когда тот приходил расстроенный с работы. Вот так же осторожно спрашивала, надеясь успокоить и приободрить. Больше всего Алю тревожило, когда кто-то из ее близких печалился. Но Бенну сейчас выглядел не просто расстроенным — на него нахлынуло что-то из прошлого. Нечто невыносимое, сметающее покой и веселье черным шквалом бури.
— Нет… Все… Все хорошо. Просто вспоминаю то, то случилось пять лет назад, — сдавленно отозвался Бенну, обернувшись к Але и мягко уклоняясь от ее руки. Похоже, в жалости он не нуждался, не привык к ней. В нем угадывалась осанка воина. На вид ему было не больше лет, чем Денису, но в глазах теперь читалась суровая усталость человека, прошедшего через нечто страшное.
— Война с гарпиями? — догадалась Аля.
— Да. Новая военная кампания. Снова гарпии пытались доказать, что их магия сильнее и остров Фрет должен принадлежать им. Эти земли плодородны и прекрасны по сравнению с их неприветливой скалой, хотя их остров больше, — с плохо скрываемой злостью продолжал Бенну, ударяя кулаком по краю стены. — Но они бы превратили Фрет в такой же кусок иссушенной почвы посреди океана: их магия убивает землю. Они подпитывают ее, убивая жизнь — траву, животных. И не хотят признавать этого. А другие государства Весп-Лака с водными магами не очень-то спешили лезть в эту давнюю войну. И из-за этого… Ох… Из-за этого у нынешнего короля погибли два старших брата. Отец, покойный Король-Феникс, не выдержал такого удара и вскоре после похорон сыновей умер. Его изорванное сердце не исцелила собственная магия.
 
У Бенну на лбу начала пульсировать жилка, вдоль мускулистой шеи несколько раз дернулся кадык, кулаки его снова сжались. Больше он не хотел говорить, вспоминать трагедию королевской семьи. Аля замерла, потрясенная рассказом.
— Мне очень жаль. И я вижу, что ты тоже кого-то потерял в этой войне, — прошептала она, но все слова теперь казались неверными. А этот новый мир — слишком реальным. В сказочном ей бы не пришлось выслушивать такие откровения. В сказочном мире не воюют и не умирают.
— Да. Я пока не готов рассказать, — вздохнул Бенну и снова тепло улыбнулся: — Похоже, я совсем тебя запутал.
— Нет-нет, что ты! Я теперь многое понимаю, — кивнула Аля. — Жаль, что нельзя посмотреть, что там за жизнь за пределами дворца.
— Ни король, ни его жена и наложницы не имеют права покидать дворец. Учитывая, что после войны нынешний король остался единственным носителем древней магии прародителя, его буквально заперли, — снова с задумчивой тоской поведал Бенну. — До этого он вместе с братьями вел армию. Но как только принц наследует корону, он становится сакральной фигурой. А на деле — заключенным в золотой клетке.
— И его жены тоже… — вздрогнула Аля. — Но ведь все кандидатки прибыли из Весп-Лака и уже видели, чем будет править их муж. А я даже не знаю, что там за мир за пределами дворца.
— Надо будет подумать, что я смогу сделать, — оживился Бенну, кивнув Але и расправляя крылья, готовясь улететь. — Но как-нибудь организуем! А пока тебе надо думать о первом испытании. Думаю, скоро Павена расскажет вам, в чем оно будет заключаться.
  
Глава 4. Фарфоровые статуэтки в трапезном зале
 
Кромка горизонта наливалась цветом спелого персика. По насыщенно-бирюзовой глади бескрайнего моря, играя и переливаясь, бежала пенная рябь волн. Аля в задумчивости рассматривала манящую неизвестностью даль, все больше убеждаясь в реальности того мира, который вот уже второй день окружал ее.
Она ощутила нечто сродни разочарованию, когда Бенну расправил отдающие жаром крылья и улетел в неизвестном направлении. Но он пообещал однажды показать город. Пошел бы он против устава и древних правил гарема ради какой-то чужестранки? Или просто утешал ее, чтобы смирить норов глупой девчонки перед представлением ее Королю? Может, он хитро усыплял тот бунт, который клокотал в ее душе при одной мысли, что кто-то заставит ее выйти замуж или стать наложницей без малейшего проблеска любви? Отчего-то хотелось доверять ему, пусть даже главе тайной службы.
«Надеюсь, он не участвует в каком-нибудь заговоре против Короля», — подумала Аля. Она не хотела бы превратиться в орудие политической мести или шантажа. К тому же, Бенну без утайки поведал, что в этом мире длится война с гарпиями.
Пусть конфликт якобы и затух пять лет назад, но Аля неплохо учила историю и знала, что такие войны зачастую возобновляются. Стоило лишь найти повод. Но почему она решила, что Бенну поддерживает врагов?
 
Нет, она сжала кулаки, осуждая себя за такую гадкую мысль: он слишком искреннее вздрогнул, когда рассказывал о гибели наследников Короля и смерти самого прежнего правителя. Остров Фрет явно переживал не лучшие времена. Бенну держался, прятал боль, как подобает сильному воину, обязанному командовать людьми. Но под броней суровости билось молодое горячее сердце.