Чёрный с золотом (СИ)

− Сколько раз повторять, что моя сестра вам не по зубам, смирись уже и поплачь где-нибудь от досады.
− Жестоко, − проворчал Анисин, вновь опустившись на подушку на полу поближе к еде.
Влад обречённо вздохнул, потирая пальцами переносицу. Кажется, у него скоро начнутся скачки артериального давления, в его-то возрасте. Но с этими придурками это и не мудрено. Он потянулся к другу, ободряюще хлопая того по плечу.
− Я так-то не о ней, а о тебе беспокоюсь. За внешним лоском скрывается самый настоящий кровожадный монстр, так что, мой драгоценный друг, я не могу позволить тебе быть съеденным заживо.
Анисин аж до слёз растрогался. Прожевав последний кусок пиццы, налетел на Влада, сгребая того в медвежьи объятия.
− Если не твоя сестра, то остаёшься ты. У вас одно лицо на двоих, на расстоянии вообще не отличить.
− Мечтай, дорогуша, я худший из близнецов.
− Да блин!
Телефон в кармане брюк завибрировал, оповещая о новом сообщении. Тарасов, с лёгкостью отодвинув от себя ноющего о своём дважды разбитом сердце друга, полез проверять смартфон. Писала систр, просила заехать в магазин по дороге домой, к сообщению прилагался список продуктов, которые нужно купить и предупреждение о том, что она сегодня останется у Ри.
Панкратова ему все уши прожужжала об их девичнике у неё дома на этой неделе. И если бы не наличие других девчонок, Влад как родной вписался бы в их компанию, а так приходилось довольствоваться чисто мужским обществом.
Рита запретила ему у неё появляться, мол, девочки на него отвлекаются, и это получится не девичник, а фан-встреча звезды со своими преданными фанатами. Систр на это лишь посмеялась и ничью сторону не приняла, она старалась не встревать в их разборки, мудро придерживаясь нейтралитета уже очень много лет. У Тарасова контраргументов на высказывания Ри, к удивлению, не нашлось, пришлось отступить.
− Посмотри, − он помахал гаджетом перед лицом Анисина. − Эксплуатация вот как она есть в первозданном виде. Статья 14, пункт 2, подпункт 1.4. уголовного кодекса «Эксплуатация детского труда».
− Тоже мне ребёнка нашёл, − Антон опять отвлёкся от игры, дабы вставить свои пять копеек. Он моментально проиграл, но не жалел об этом, ведь дискуссия, которая разворачивалась за его спиной, того стоила.
− Для систр я всегда буду любимым младшим братом, − парировал Влад.
Он мельком просмотрел список, прикидывая куда лучше заехать за продуктами, написал сестре, чтобы держала его в курсе событий и отписывала время от времени. Панкратовой попросил передать, что в следующий раз на их пятничных посиделках будет пицца с ананасами, пусть закупается успокоительными.
− Так завидно! − Паша смотрел на улыбающееся лицо Тарасова, думаю, что он мило общается со своей сестрой. Но на самом деле он умилялся не своей переписке с сестрой. Ри отобрала у Вики телефон и написывала ему злостные сообщения, угрожала жестокой расправой, если он посмеет сотворить преступление против её личности и её гастрономических предпочтений. Детский сад. − Если не парнем, то хотя бы братом…
− Угомонись.
Влад заблокировал телефон, пряча его в карман, и поднялся с дивана. Потянулся, оголяя полоску живота, где проглядывались крепкие натренированные мышцы. Паша закатил глаза и под смех Антона, который закончил с игрой и уплетал последние куски пиццы, шуточно хлопнул друга по животу. Влад усмехнулся, одёргивая футболку и показывая им язык. Парни рассмеялись.
− Я ухожу, − Тарасов забрал со стола кошелёк и ключи от машины и направился к двери.
− Нам ждать вашего появления вечером, ваша королевская заносчивая задница?
− Вполне возможно, − пожал плечами Влад, привычно пропуская колкость мимо ушей. Он попрощался со всеми и вышел из квартиры.
Сев в свой джип, родители подарили им с Викой одинаковые машины на их совершеннолетие, Влад включил музыку и вырулил с парковки в сторону торгового центра, чтобы закупиться всем тем, что закомандовала его дражайшая сестра.
//
− Какого тут так много всего? Будто она готовить собралась, − блуждая между рядами с аккуратно выставленными продуктами в гипермаркете, Влад ворчал себе под нос, закидывая в корзину всё больше и больше еды.
 
Близнецы Тарасовы не умели готовить. От слова совсем. Они были годны только на то, чтобы уплетать вкусно приготовленную уже кем-то еду, но никак не готовить.
Один раз Вика попыталась приготовить омлет, и Влад мучился с отравлением целых три дня. Он в обнимку с белым другом проклинал тот день, когда Ви решила встать у плиты. После этого он запретил сестре подходить к кухне ближе, чем на метр, если только не в холодильник или к кофеварке. Парень хотел сохранить жизненные силы и дожить до глубокой старости, понянчить своих детей и внуков, в конце концов, но уж точно не умирать от недожаренного омлета.
Как вообще можно было испортить такое простое блюдо?
Именно этим вопросом задавался Влад на протяжении всего месяца после того злополучного инцидента, и что-то побудило его самому взяться за дело. Как новичок он решил выбрать не слишком сложное блюдо, но покруче омлета, чтобы в случае успеха поиздеваться над беспомощностью сестры. Выбор пал на блины. Он много раз видел, как Панкратова мастерски подкидывала в воздухе подрумяненное тесто, а за её фирменные оладушки готов был пойти даже на убийство.
Поэтому преисполнившись решимостью, Тарасов замешал тесто по инструкции в интернете, вылил добрую половину на раскаленную сковороду, слегка не рассчитал с объемами, но в целом вышло неплохо, распределил по всей площади сковородки и стал ждать. А ждать Влад, честно говоря, не особо любил, поэтому решил, что если поставит максимальный огонь вместо рекомендуемого среднего, то его шедевр приготовится быстрее, и можно будет бежать и доставать систр.
Но что-то пошло не так, и вместо триумфальной победы Тарасов получил сырое тесто и до основания сгоревшую сковородку.
Рита, вспоминая эту историю, до сих пор смеётся до слёз. Она никак не могла понять, как еда могла остаться сырой, а ёмкость, в которой всё готовились, сгореть с концами. Ри говорит, что это своеобразный талант близнецов, ведь это нечестно по отношению к другим людям: Тарасовы не могут быть идеальны во всём.
С тех пор близнецы к готовке не притрагивались.
Загрузив полную тележку, Влад покатил её в сторону касс, выглядывая ту, где меньше придётся ждать в очереди.
− Вы не имеете права не продать!
У одной из касс, расположенной почти с самого конца, кричали двое: девушка и кассир, матёрая женщина лет сорока. И последняя пока выигрывала.
Тарасов, как человек не любящий конфликты, решил проехать со своей тележкой мимо и не встревать в чужие разборки, но мельком глянув на кричащую девушку в очереди, резко затормозил. Она показалась ему жутко знакомой. Мозг подкинул воспоминания о той ночи, где ему пришлось вступиться за мелкую девчушку, бойко отвечающую местным неадекватам. Влад улыбнулся. Воробушек!
− Привет, − без церемоний влез парень. Продавец остолбенела, когда увидела группу поддержки Воробушка в лице Тарасова. − В чём дело? — девушка, похоже, тоже его узнала, но ничего не ответила. Тогда Влад, галантно улыбаясь, обратился к кассиру. − Посчитайте нас вместе, пожалуйста, − он выложил свои продукты на ленту, мельком глянул на товары Воробушка. Среди них лежала пачка сигарет. Вероятно, именно из-за неё и разразилась эта жестокая баталия.
Кассир не возражала, села на место выполнять свою работу. Все трое сохраняли молчание, пока Тарасов, расплатившись и пожелав хорошего дня сотруднику гипермаркета, не поманил за собой девушку. Та злостно зыркнула на продавца, но ничего не сказала.
Влад, вооружившись тремя пакетами, направился в сторону выхода, который был ближе к парковке, Воробушек послушно семенила следом.
Остановившись перед машиной, Тарасов открыл багажник, загрузил туда свои два пакета, покопался в третьем, выуживая оттуда сигареты, и спрятал их себе в карман.