В сильных руках дракона (СИ)

Я добрела до кровати, легла уткнувшись лицом в подушку. Спать я не могла перед глазами стояла одна и та же картина — отец замахивается, бьет Толю плеткой, один раз, потом второй, Толя стоит как вкопанный закрывая меня собой. Я все время слышу звук с которым плетка ударяет об его тело. Потом он поворачивается ко мне, улыбается и шепчет:
— Все будет хорошо…
Я вижу кровь на его рубашке, кровавые следы на лице и шее. В голове все путается. Неужели эти раны нанес мой отец? Как так? Он же вполне мог выбить Толе глаза. И где сейчас Толя? Я надеюсь ему оказали хоть какую — то помощь. А вдруг его выгнали на улицу? И куда он пойдет весь окровавленный сейчас, поздно ночью?
Я встала и подошла к двери, еще раз потрогала ручку. Дверь была заперта, я пошла к окну, одернула штору — деревянные ставни были закрыты снаружи.
Страшная душевная боль и безысходность овладели мной, я рухнула на кровать и зарыдала. Потом заснула с таким ощущением, будто провалилась в темное пространство.
Разбудил меня тихий стук и шорох около входа в комнату. Я посветила ночником и увидела, что в щель под дверью просунуты тонкие женские пальцы.
— Госпожа Ариадна, это я Мери. Как вы там?
— Я в порядке, Мэри как Толя? Что с ним? Я боюсь что отец выгнал его на улицу.
Мери убрала руку из щели и лежа на полу шептала из под двери, чтобы мне было лучше слышно:
— Он в своей комнате, Марита носила ему ужин и сказала, что Эдуард мазал его какой — то мазью.
— Слава небесам, я уже самое худшее предполагала.
— Я слышала вас и Толю запрут в комнатах, вы будете только гулять в саду полчаса в день, а его пока не выздоровеет выпускать вообще не будут. Ваш отец поручил Эдуарду следить за вами. Так что будьте осторожны. Знаете же какой он хитрый и вредный.
— Ох знаю Мери, еще с детства. Помню как он доносил маме на меня.
— Госпожа Ариадна, мне надо идти, если я еще что — нибудь узнаю я вам сообщу.
— Спасибо Мери, иди и тоже будь осторожна.
Узнав, что Толя у себя в комнате и его лечат, я успокоилась. Опять легла в постель и проспала до утра.
Завтрак мне принесла Марита.
— Кушайте госпожа Ариадна, а то исхудали совсем, я вам блинчиков с медом приготовила.
Наливая мне кофе она наклонилась близко к моему уху и прошептала:
— С новым слугой все в порядке, вчера вечером Эдуард намазал его чем-то. Сегодня я носила ему завтрак и увидела, что раны затягиваются. Он скоро выздоровеет вот увидите госпожа Ариадна.
— Спасибо Марита — прошептала я — скажи ему, что я очень переживаю за него.
— Скажу, скажу госпожа, обед понесу и скажу.
Если бы я смогла передать Толе как я его люблю, или написать письмо — но это не возможно. Эдуард не должен ничего заподозрить. Иначе он донесет отцу и тот разлучит нас навсегда. Хотя и сейчас нет никаких надежд на наше воссоединение.
В полдень Эдуард отпер дверь и сообщил, что отец разрешил мне гулять в саду, но не более получаса. Я должна во-время вернуться в свою комнату и Эдуард меня опять запрет.
Я с радостью вышла в сад, повертелась перед входом в дом, потом прошла по тропинке в заросли акации, а там тихонько прокралась к задней стене нашего особняка, в этой части дома находились служебные помещения и в том числе комнаты слуг. Я не знала где окно комнаты Толи, поэтому тихонько заглядывала в каждое, как назло солнце светило очень ярко и мне ничего не было видно.
Но зато Толя увидел меня. Он хотел открыть окно, но я замахала руками показывая, что не надо это делать. Шум открывающегося окна мог выдать нас. Я показала жестами на шею и грудь, Толя понял, что я хочу спросить как он себя чувствует, он заулыбался и закивал головой.
Я поняла что ему лучше. Потом мы несколько минут просто стояли и смотрели друг на друга, пока я не услышала шорох в кустах. Я оглянулась, послала Толе воздушный поцелуй, подобрав юбки и низко склонившись опять пробежала вдоль стены и с невинным видом вышла к крыльцу.
Когда я вернулась с прогулки в свою комнату там меня уже поджидала маман. Я поняла что будет серьезный разговор, с тех пор как я приехала мы с ней еще не общались.
 
— Ариадна, негодяйка ты эдакая — строго произнесла мама и вдруг расплакалась.
Я ожидала всего, чего угодно — криков, упреков, обвинений — но никак не маминых слез. Я кинулась к ней, и уткнувшись лицом ей в плечо тоже расплакалась.
Вдоволь наревевшись, мы сели друг против друга и мама сказала:
— Доченька моя, что же теперь нам делать? Арт Спенсер разорвал помолвку с тобой, у него другая женщина в Миргарде. Он хочет на ней жениться. Но это еще не все, он знает о том, что ты помчалась за ним следом в Миргард, это очень нехороший поступок для девушки, недостойный. Отец хочет скрыть это ото всех, чтобы твоя репутация не пострадала и надеется, что Спенсеры промолчат.
— Мама, я брошенная невеста, поэтому моя репутация и так пострадала.
— То, что ты оказалась брошенной — это вина Арта. А вот бегать за мужчиной в попытках его вернуть, это очень недостойно тебя Ариадна. Если это станет известно нашему окружению, то твоя репутация на много больше пострадает.
— Что же мне делать мама?
— Это будет решать отец. Он уехал в Сиреневую долину сообщить родителям о разрыве вашей с Артом помолвки. Когда вернется примет решение что с тобой делать, а пока тебе придется побыть под домашним арестом. Я тоже сообщила своим родителям о расторжении помолвки, твоя бабушка так расстроилась, что заболела.
— Мама, а можно я съезжу к ним, навещу.
— Ни в коем случае, приедет отец спросишь у него разрешения, сама я тебя отпустить не могу. Отец строго — настрого приказал никуда тебя не отпускать и поручил Эдуарду следить не только за тобой, но и за всеми нами.
— А сестры? Я так давно их не видела.
— Я скажу гувернантке, чтобы она привела их к тебе ненадолго. И больше никаких послаблений. Ты же видела, что происходило с отцом когда ты появилась. Мне еле удалось его успокоить. Не забывай к какой расе мы принадлежим. Такие вспышки гнева могут привести к необратимым последствиям.
— Я поняла мама. Буду слушаться. А что решили по-поводу моего слуги? Я наняла его потому, что он мне помогал сориентироваться в новом мире. Я бы без него не справилась. Он хорошо знает Драгард, был здесь не раз и знает наш язык. Пожалуйста, попроси отца не быть с ним таким строгим.
— Хорошо, что ты напомнила мне об этом парне, судя по тому как он тебя защищал, он испытывает к тебе чувства не только как слуга к хозяйке. Расскажи мне все Ариадна, я ведь твоя мать и желаю для тебя только всего самого лучшего.
— Мама, он бизнесмен, сдает в аренду недвижимость, конечно он не так богат как Спенсеры, но вполне обеспечен по Миргардским меркам. Я встретила его как только вышла из портала, он возился со мной, помогал во всем, предоставил мне квартиру. А когда я стала собираться домой, он взялся меня проводить.
Я там накупила таких вещей, закачаешься. Потом все тебе покажу. В общем у меня было много поклажи и он пошел со мной помогать тащить вещи. А потом мы решили, что я представлю его как слугу.
— А дальше что? Что вы теперь собираетесь делать?
— Я хочу попросить отца отпустить его. По сути он ничего плохого не сделал, просто защитил меня от удара плеткой.
— Ударить тебя плеткой — это решение твоего отца, таким образом он хотел наказать тебя, чтобы ты поняла свои ошибки и больше так никогда не делала. Парень вмешался и нарушил его волю. А отец здесь хозяин и никто не смеет ему перечить.
Мать строго смотрела на меня, потом смягчилась и сказала:
— Ты не вмешивайся, Грег приедет я сама с ним поговорю, надеюсь решим все миром.
— Мамочка спасибо — я обняла маму и опять мы с ней чуть не разревелись.
— Дитя мое неразумное, выше меня ростом, а ума нет — вздохнула мама.
— Мама я подарки привезла тебе, девочкам и папе.
— Ну папе пока не показывай, боюсь плохо отреагирует.
— Хорошо, вот смотри, что я привезла тебе.