Гадский Новый год с бывшим

А теперь я бы отдала все, лишь бы уйти из этой комнаты.
– Ну же, Мил! Не ломайся, – отпил он из бокала, дожидаясь моего следующего шага.
– Конечно, – я растянула губы в улыбке, заглядывая в потемневшие от похоти глаза, и не спеша опустилась на колени.
– Умница, Снегурка, – довольно проговорил он. Но произнес это с такой интонацией, будто я его карманная собачка и он хвалит меня за верно выполненную команду.
Смотрела на него снизу вверх, решаясь. Я уже и забыла, каково это – прикасаться к мужчине.
Первые два года мне казалось, что жизнь закончена и я больше не смогу найти себе место в этом мире. Когда пошла на терапию, на мужчин смотреть даже не могла.
А спустя три года, когда наконец-то приняла то, что пора оставить прошлое за бортом и попробовать выстроить новые отношения, непроизвольно сравнивала всех с Волковым. И каждый проигрывал ему по всем параметрам. С теми же, с кем соглашалась пойти на свидание, предварительно убедив себя, что человек мне симпатичен, по итогу не могла продолжить общение, предлагая только дружбу.
Ни с одним мужчиной рядом мое сердце не заходилось безумной птицей, не бросало в жар от волнения и не хотелось даже просто дотронуться до человека.
Поэтому, по злому стечению обстоятельств, Волков и был тем самым мужчиной, до которого я дотрагивалась в последний раз.
Стоя между его широко разведенных ног, я испытывала странное волнение. Ситуация казалась знакомой, и тело инстинктивно подалось вперед, требуя контакта. Но стоило посмотреть вверх и увидеть этот высокомерный взор, как злость перекрыла все остальные эмоции.
Я дотронулась пальцами до мужских коленей, обтянутых темно-синей брючной тканью, и ощутила, как ускорился пульс. Касаться его казалось таким естественным, и в то же время все это напоминало сон. Повела ладонями вверх по мускулистым бедрам, заметив, как бугор под ширинкой стал еще больше.
Пульс зашкаливал от волнения. И я боялась посмотреть на мужчину, чтобы не сбиться с настроя. Дошла пальцами до паха и испугалась. Схватилась за пряжку ремня, расстегивая и одновременно с этим стараясь не задеть эрекцию. Расправившись с ремнем, схватила бегунок на молнии и повела вниз, вздрогнув, когда через брюки пальцы коснулись члена.
У Волкова сбилось дыхание.
– Не смотри на меня, – подняла я глаза вверх.
– Что? – нахмурился он. Я видела, как вздымается его грудь, перевела взор к глазам, радужки которых буквально полыхали.
– Не смотри, – повторила.
Бывший несколько мгновений давил меня тяжелым взором, а затем сделал, как я попросила, и закрыл глаза, откидывая голову на спинку дивана.
– Так лучше, – дрожащими руками оттянула резинку черных боксеров, оттягивая их вниз, наблюдая за тем, как из белья выпрыгивает длинный, толстый, увитый жгутами вен ствол, с налитой розовой головкой.
Провела языком по пересохшим губам. А затем схватила со столика ведерко со льдом, высыпая все его содержимое в боксеры и вскакивая одновременно с бывшим на ноги.
– Ты, блядь, ебнулась? – вытряхивал он лед из трусов.
– Иди на хер, Волков!– показала ему средний палец и подскочила к двери.
– Бешеная сука! Ты, блядь, ответишь за это! Приползешь еще!
– Мечтай! – бросила через плечо, выбегая в коридор и стремительно удаляясь подальше от ВИП-комнаты с разъяренным бывшим.
 
Глава 8
 
Сердце отбойным молотком грохотало в груди. Дыхание поверхностное. Казалось, что ребра сжало, и даже вдох сделать я не могла, из-за страха, что обязательно последует боль. Намеренно прокручивала в голове всю мерзость, которой окатил меня Волков, укрепляясь в ненависти к нему.
Фурией летела по коридору, пребывая в каком-то диком ужасе от того, в кого превратился Андрей. Ведь я любила совершенно другого человека. Внимательного, заботливого и всегда нежного со мной.
Знала, что в бизнесе многие выли от того, как агрессивно он вел дела. Но со мной… Он же на руках меня носил до того момента, пока не предал. А теперь обращался как с падшей женщиной.
  
Пока злость горела сильнее обиды, я не позволяла себе опуститься до слез. Пусть катится к чертям. И член свой пихает своим кисам и им подобным, а меня же оставит в покое. А то, что потратился на меня, – так это расплата за пролитые слезы и раскрошенное сердце.
Я выскочила в зал, где на сцене танцевали практически голые девицы, а Снегурочки за столиками вились вокруг своих покупателей. Кто-то вполне безобидно разливал алкоголь по бокалам, заискивающе улыбаясь, кто-то массировали плечи. Увидела я и то, как одна из девушек с аукциона уже облизывала мужские пальцы, и тут же отвернулась в сторону, подавляя рвотный позыв. Чем были заняты остальные, я даже боялась посмотреть. Постаралась проскочить незамеченной мимо портьер, отделяющих столики, находящиеся вдоль стен, друг от друга.
Уже видела дверь для персонала, как меня схватила чья-то рука за запястье.
– Далеко бежишь? – услышала хриплый голос. Вся кровь отхлынула от лица. И я медленно повернулась к мужчине.
– Меня на кухню послал Андрей Игоревич, – похлопала невинно глазками, стараясь подавить страх. – Хочет, чтобы я сама принесла заказ.
– Вместо того чтобы трахать тебя во все дыры, он решил поиграть с тобой в официантку? – сощурил глаза Паук.
– Пожелание клиента – для меня закон, – улыбнулась я, стараясь казаться как можно более добродушной. – У каждого свои фетиши, – тут же прикусила язык, поздно осознав, что ляпнула.
– Фетиш, говоришь? – мужчина прошелся по мне тяжелым взглядом, и у меня в животе похолодело. – Не слишком ли ты разговорчивая для девушки, специализирующейся на фетишах?
– Таков мой недостаток. Люблю болтать, – хихикнула я, пытаясь сойти за глупую светловолосую девочку.
– Не еби мне мозги, – внезапно резко прижал меня к себе мужчина, и сердце от страха в пятки ухнуло. – Сбежала от него, значит. Сразу показалась мне с придурью.
– Я? – судорожно сделала вдох, боясь даже пошевелиться.
Его лицо оказалось непозволительно близко. Так, что я чувствовала дыхание на своей коже. И каждый волосок на теле встал дыбом. Черные глаза скользили по лицу, вызывая безотчетный страх. Он и правда походил на паука, затащившего меня в свое логово и приготовившегося расправиться со мной.
– Кто же шутит с такими людьми, да еще и за такие деньги, – шипел он, словно змей.
– Я и не…
– Сказал же, жди у выхода! – услышала я за спиной голос Волкова и отчего-то испытала облегчение.
Паук пробежался взглядом по моему лицу, а затем, усмехнувшись, выпустил из своей хватки.
– Ну, беги, – проговорил так, будто дал мне форы и в скором времени нагонит, закончив то, что начал.
Я мгновенно отошла в сторону, инстинктивно спрятавшись за бывшего.
– Увидимся, Волк, – низко проговорил Паук.
– До встречи, – кратко сказал ему бывший и, схватив меня за локоть, потащил к выходу.
По плотно сжатым челюстям и играющим желвакам я поняла, что он все еще вне себя. Но после паучьих лап я была рада вкусить злости Волкова.
Остальные гости никак не реагировали на нас, погруженные в собственные игры. Андрей же вывел меня к выходу и только там отпустил плечо.
– Мне нужно забрать вещи, – осмелилась я возразить, понимая, что он сейчас уведет меня отсюда. – Там телефон, ключи от номера, карта…
– Блядь! – мужчина достал из кармана смартфон, набирая кого-то. – Серж, мне нужна одежда и вещи купленной Снегурки, – выплюнул он в трубку и, не дожидаясь ответа, скинул вызов, только теперь посмотрев на меня.
      В глазах беспроглядная бездна, обещающая мне настоящие муки ада.
Он молча испепелял меня взором, а на лице читалось неприкрытое презрение. И еще десять минут назад мне было абсолютно плевать на его мнение, но теперь я ощущала себя провинившейся школьницей. И хотелось провалиться сквозь землю.
Мимо проходили люди, окидывая меня заинтересованными взглядами.