Жизнь без права на респаун (СИ)

Щит растаял, и Геделид перехватил копье. Острие оружия засветилось холодным голубым светом, и маг сделал колющий удар. С наконечника сорвалась сосулька и улетела в направлении удара, врезавшись в дерево и превратившись в огромный ледяной кристалл.
— Прямое попадание таким снарядом если не убьет на месте, то как минимум обездвижит цель. Но много таких не выпустить, так что не трать понапрасну.
Он протянул обратно копье, и теперь интерфейс оказался сговорчивее.
Осколок Северного Льда 
Копье, морозная сталь 
Урон: 15-45 
Прочность: 600/600 
Заряды: 30/50 
Восполнение: 10 зарядов в полночь 
Эффекты: 
Морозная сталь 
Пассивный эффект 
При успешной атаке замораживает рану, снижая все эффекты мгновенного исцеления на 25-75% (в зависимости от серьезности раны). 
Ледяной заслон 
Стоимость: 5 зарядов 
Создает щит вокруг копья прочностью 800. Щит существует 7 секунд, или пока не будет уничтожен. 
Сосулька 
Стоимость: 15 зарядов 
Стреляет из острия копья ледяным снарядом, который при попадании взрывается ледяным кристаллом. Урон Сосульки при прямом попадании равен четырехкратному урону при стандартной атаке копьем. 
Какое-то время я ошалело глядел на копье, читая открывшиеся характеристики. Осколок Северного Льда поражал своей силой. При максимальной зарядке хватит всего на три выстрела Сосулькой, и еще на один Ледяной Заслон останется. Но заряды восстанавливаются автоматически, и через пять дней копье будет, как новенькое!
Не знаю, сильнее ли это копье Витража, что Кайлин забрал у эльфов. Я не видел особых свойств стеклянного меча, но он явно был не простым, очень не простым. Да и если так подумать, даже будь у Кайлина обычный меч против этого копья, случись нам сейчас драться, еще не факт, кто бы победил, слишком уж хорошо он себя показал.
С трудом оторвав глаза от копья, я взглянул на Геделида.
— Думаю, нам стоит обговорить новые условия. Я вижу, что ты богат, но такой артефакт не может быть тебе не ценен. Но в бою всякое бывает, что, если я, скажем, потеряю его? Или сломаю?
— Сломаешь? — Со смехом переспросил Геделид. — Сломать зачарованное оружие такого уровня не так просто. Даже если будешь лупить его до посинения, вряд ли царапину оставишь. Но если вдруг оно и сломается… — Геделид задумался. — Тогда лучше найди, где спрятаться. Сломанные артефакты выплескивают всю заложенную в них магию, приумножая ее, и происходит сильный взрыв. А насчет потери… Ну что ж, я не монстр. Вычту из твоей зарплаты, и будем в расчете.
Учитывая, что я получаю золотой в день, мне, похоже, придется все время испытания капсулы его охранять за просто так. Намек понял, лучше не терять. Ну а прочность 600 я вряд ли смогу свести в ноль. В разных мирах зачарование предметов по-разному меняет их прочность. Здесь, видимо, укрепляет их, и это, как по мне, чертовски удобно. Про разрушение копья можно пока не волноваться, но все же стоит его поберечь.
— А знаешь, что? — снова заговорил Геделид. — Если на нас все же нападут и ты покажешь, что на тебя можно положиться, я подумаю о том, чтобы оставить копье тебе. Все-таки свою жизнь я оцениваю выше любого артефакта.
Я хотел было ответить, но внезапно голос подала Гвен.
— Время позднее. Мне пора, — и, не дожидаясь ответа, стала заворачиваться в одно из вытащенных ранее Геделидом одеял. Свернувшись калачиком, она почти мгновенно уснула.
Выход игрока происходит очень плавно. Расслабившись, можно покинуть игру в любой момент, тогда пройдешь пару минут адаптации и — здравствуй, реальный мир. А вот аватар игрока, тело Странника, растворяется в воздухе только через двадцать минут, и эти двадцать минут он абсолютно беззащитен. Поэтому нужно выходить только в проверенном месте, где знаешь, что тебе ничто не угрожает.
  
— И то верно, — согласился Геделид. — Чем раньше ляжем, тем скорее завтра выйдем. Доброй ночи, Реджибард.
Я поначалу не стал ложиться. Геделид очень легкомысленно отнёсся к тому, что мы останемся без дозора. Гвен ушла, ее тело растворилось. Если бы я тоже вышел, он остался бы тут совершенно один… Однако дальше случилось то, чего я никак не мог ожидать.
Спустя двадцать минут тело Геделида точно так же растаяло в воздухе.
Он — игрок? Какого черта?! Раньше, ещё до Легенд Камелота, я и сам любил отыгрывать какую-то роль, имя Реджибард у меня как раз оттуда. Но это все было понарошку, не всерьез. Геделид же буквально жил своим образом, я ни разу даже не подумал, что он может быть игроком!
Значит, на тринадцатом уровне он уже мог разбрасываться золотом, умел создавать бездонные сумки — если верить ему на слово, — и обладал вещами, подобными Осколку. Интересно, это норма, или мне везёт на выдающихся игроков? Даже если опустить клад Пача, украденный у меня Кайлином, демономикон-то у меня остался. Хотя… Гвен же почти не отстаёт по уровню от Геделида, но ничем таким не блещет. Или не хочет светиться?
Ладно, паранойя меня никуда не приведет. А если завтра мы все же наткнемся на засаду, то я ещё не скоро узнаю, каково оно — быть выше десятого уровня. Хотя… Кайлин же упоминал, что на уровень игрока влияет и его снаряжение! Проверив статус, я присвистнул. С копьем в руках система насчитала мне аж 15 уровень! Приятно, хотя и немного обидно, получается, копье сейчас примерно вдвое круче меня самого. Хотя, наверное, не все так линейно, и тут учитывается не только базовая сила копья, а то, насколько эффективно я могу его использовать…
Немного размявшись, я принялся тренироваться. Согласно многочисленным экспертам по средневековью, копьё было одним из самых простых в изготовлении и освоении оружием, и при этом самым эффективным. Это скоро подтвердилось — тренируя колющие удары, я всего за пару часов поднял навык до третьего уровня, после чего прогресс ощутимо замедлился. Лег спать я уже в глубокой темноте, благо летняя ночь позволяла не замерзать при потухшем костре. Только тогда до меня дошла ироничная мысль, что это я остаюсь тут один, без охраны. Я — и два пустых спальника.
Следующий день выдался не таким спокойным, и почти с самого утра я понял, что не зря ночью тренировался. Дорога впереди виляла по лесной опушке, и Гвен с самого начала ушла в разведку, чтобы спустя несколько минут вернуться.
— Впереди дерево повалено на дорогу, — сказала она, останавливая нас.
— Это проблема? У нас нет с собой телеги, как-нибудь уж переберемся.
— Дерево намеренно повалено. Очень похоже на засаду.
Я непроизвольно крепче сжал топор — копьё пока что вернулось в сумку Геделида. Если получится отбиться от бандитов, копьё, возможно, станет моим, но, как говорится, лучшая битва — та, которой не было.
— А обойти это место можно?
— Да, есть круговая дорога через лес. Не такая удобная, но телега там пройдет.
— Значит, засада именно там. Разбойники свалили дерево, чтобы направлять людей с поклажей глубже в лес и там их грабить. Идем.
Я говорил это, глубоко уверенный в своей правоте. И Геделид с Гвен тоже мне поверили. И только чудом, приблизившись к поваленному дереву, я не провалился в тщательно замаскированную яму с острыми кольями внутри. Отпрыгнув назад, я хотел было отвести остальных назад, к развилке, но не успел.
— Добро пожаловать на нашей славной таможне! — Издевательским тоном произнес кто-то у нас за спиной. — Жаль, что вы не смогли оценить по достоинству наш ремонт дороги.
Путь назад нам перекрывал невысокий мужчина, во внешности которого все так и кричало: “Я разбойник, я убиваю людей!” Короткие волосы с огромной залысиной, кривая ухмылка, не покидающая лицо, невообразимо грязная одежда.