Жизнь без права на респаун (СИ)

Но в один момент я ощутил, что Любители достигли своего предела. Нам стало нечего делать, казалось, весь сервер уже был готов к нашим каверзам. Тогда я провел настоящий совет, собрав как можно больше членов гильдии, и мы решились на финальный выход.
— Знаешь, какой итоговой ценностью обладала наша сокровищница перед Килгаррой? — Спросил я Артура. Впрочем, вопрос был риторическим. — Не больше сотни золотых.
Его глаза на секунду округлились — такого он точно не ждал.
— Каждый Любитель выбрал себе самое лучшее, что только имелось. Остальное мы продали через посредников и докупили оставшееся снаряжение и расходники на всех.
— Но этого все равно не хватило бы. Вы же убили Килгарру одним ударом, до того, как хоть кто-то успел вмешаться. Что это был за артефакт?
— Не артефакт, а, скорее, недоработка системы. Я почти целую неделю заходил в игру только для того, чтобы анализировать наши силы и проводить различные рассчеты, а то и полевые испытания. И в итоге собрал комбинацию, при которой урон одного моего заклинания выходил в космос. Буквально.
— Так это было было обычное заклинание? Постой… Призматическое Копье?
— А чем еще бить легендарного дракона с сопротивлением к почти всем магическим стихиям? Так что да, технически можно посчитать, что я один убил Килгарру. Но в этот удар мы вложились всей гильдией.
Незабываемое, наверное, зрелище. Мой боевой маг с говорящим именем Максимус Критикус, раскачанный по принципу "стеклянной пушки", призывает луч света, переливающийся всеми цветами радуги, и этот луч пробивает исполинского дракона насквозь, устремляясь куда-то в небеса.
— Я могу понять священников, друидов и других магов, но как в заклинание могли вложиться рыцари и бандиты? — Удивился Артур, но затем его лицо озарилось пониманием. — Ритуалы крови…
— Не совсем. Да, многих бойцов выпивали прямо так, но одних ритуалов крови не хватило бы. Пятеро из Любителей согласились стать Проклятыми. Они заняли места в пентаграмме, а жрецы использовали Экзорцизм. Выброс энергии синергировал с ритуалом крови, дав в несколько раз больше энергии моему заклинанию.
— Даже спрашивать не буду, как вы до этого додумались… Теперь понятно, почему разработчики после этого почти сразу обновили механику Проклятых.
— Дальнейшую историю ты и сам знаешь. Убив Килгарру, мы ушли оттуда Нестабильным Порталом, и стали окапываться в нашем замке. Пока вы собирали силы на наш штурм, я успел восстановиться, и с Сердцем Килгарры еще дал бы вам последний бой… Но в финале Любители дрались без меня. Спасибо тебе за это.
Поблагодарил я его искренне. Мы были во враждующих фракциях, я — глава Любителей, Артур — офицер в одной из гильдий, что пошли на нас войной. Но мы не переносили игровые отношения в реальные, в отличие от некоторых заигравшихся мажоров. Прямо перед осадой именно Артур связался со мной и сказал, что его союзники как-то вычислили мой адрес в реальности. Нетрудно было догадаться, что, останься я в игре, то из капсулы вылез бы уже не сам. Тогда мне пришлось бросить Любителей, собрать самое необходимое и выбежать из квартиры. С тех пор я и живу у Игоря, моего школьного друга. Он тоже числился в Любителях, но реальная жизнь и работа над Героями Кериона не отпускали его. Он не участвовал ни в убийстве Килгарры, ни в последнем бою Любителей, но, ответив на мой звонок тогда, сразу бросил все планы и рванул на помощь.
— Мы же братья, — нейтрально сказал Артур. — Пойдем, мы уже неприлично задержались.
Конечно, родители сначала упирались, стесняясь принять от меня такой подарок. Но мы с Артуром все же убедили их, и остаток выходного прошел как нельзя лучше. До вечера мы весело болтали, обмениваясь новостями и делясь планами, а весь следующий день занимались перепланировкой фермы, чтобы после восстановления почвы разбить участки более логично и продуктивно. С родителями же договорились, что следующую неделю они отдохнут от фермы и вместе с Артуром где-нибудь погуляют. Они всегда тяготели к Восточной Европе — памятники средневековой эпохи сохранились там лучше всего, и в детстве мы часто путешествовали по разным замкам, руинам городов и соляным шахтам. Наверное, оттуда у меня и любовь к фэнтези.
  
Вернулся в квартиру Игоря я только под утро — глупо думать о здоровом сне, если впереди тебя ждет неделя анабиоза. Перекусив, помывшись и приведя себя в порядок после деревни, я напрямки пошел к лаборатории. Я не боялся, что недоброжелатели найдут меня здесь — слишком уж престижный район, а видимых связей с Игорем у меня не было. Ночная прогулка выветрила начавшую зарождаться сонливость и позволила трезво взглянуть на вещи — и вот тут-то меня и проняло.
Как только я узнал об охоте на себя, я сразу же подумал о родителях. Что раньше, что сейчас родственники для влиятельных мажоров — не более, чем ресурс, и они всегда очень любили давить на своих жертв через родственников. Но я за родителей был спокоен — пока они владеют фермой, все государство будет стоять на их защите. Пока они владеют фермой… И как раз сейчас появляется некто, желающий выкупить у них ферму, а затем отравляющий почву. Не будь у меня денег на регенерацию, родителей могли бы и продавить, склонить к продаже фермы, и тогда враг бы мигом вышел и на меня.
До погружения оставалось еще чуть больше двух часов, и усталость уже брала свое, но на выручку мне вновь пришла Катя с почти безлимитным запасом кофе. Мы хорошо поболтали — точнее, я просто завалил ее вопросами об игре, ведь теперь у меня не было запрета на информацию, и мне нужно было узнать как можно больше. Катя, к счастью, и сама играла в Героев Кериона, и хорошо разбиралась в теме, так что без ответов я не остался. В итоге в этот раз я подходил к капсуле уже намного более уверенно, и в голове даже начала зарождаться определенная стратегия поведения на ближайшую сессию. Только перед самым погружением Катя вдруг пригласила меня на вечеринку в следующий мой выходной. Планов не было, Катя мне нравилась, так что причин отказываться я не видел. Хотя, подумав дольше одной секунды, я засомневался. Меня ведь почти не будет в реальности ближайшие полтора года, и начинать отношения сейчас — это как минимум аморально. Но Катя, конечно, и сама все понимала, и уже перед самой капсулой сказала мне:
— Только не рассчитывай на что-то между нами, не накручивай себя эту неделю. У меня есть жених, отношения в порядке. Просто хорошо проведем время, договорились?
  
Глава 4
 
В деревне Лесистой было почти нечего делать, но кое-что я все же нашел. Взяв собранные Кайлином травы, я принес их Баргофу в таверну. Однорукий трактирщик, к слову, был из разряда отправившихся на покой ветеранов, и об этом говорило не только увечье, но и внушительный 21 уровень. Немного разговорившись с ним, я выяснил, что он неплохо знает алхимию, и уговорил его научить меня хотя бы самым азам. Как я понял, с исцелением в Героях Кериона было туго. Пассивная регенерация, хоть и превышала реальную, но все же была ужасно медленной, а магическим исцелением владели только клирики и некоторые шаманы или друиды, а все эти классы по какой-то причине были очень редки как среди игроков, то есть Странников, так и среди Местных. Оставалась только алхимия. Однако и тут была загвоздка, о которой мне поведал уже Баргоф, когда я спросил его про зелья лечения. Зелья мгновенного исцеления существовали только в слухах, и для их изготовления, если оно вообще возможно, нужно быть мастером магической алхимии, то есть уметь заваривать в зельях заклинания, что бы это ни значило. К счастью, вполне доступной альтернативой были зелья регенерации. В большинстве своем они лишь немного ускоряли естественное заживление ран, но были и более сильные варианты. Самое эффективное зелье, по словам Баргофа, давало регенерацию сильнее, чем у тролля, и даже отращивало заново потерянные конечности. Но и добыть все необходимые ингредиенты даже для одного такого зелья — уже задача сродни подвигу.