За вратами ада (СИ)

— И что это?
— Я не знаю, какие-то материалы, топливо, без которого мы не сможем изучать эту силу.
— Я могу сказать, что он мёртв, — заявила Сара.
— Откуда такая уверенность?
— Я знаю, о каких материалах он говорил. Так вот, рядом с ними нельзя находиться, они убивают всё живое, спрятаться можно только за толстой свинцовой стеной. Скорее всего, он полез в реактор и не погиб.
— А физик-ядерщик (Хоббс с трудом произносил это слово, видимо, запомнил по буквам) знал об опасности?
— Разумеется.
— Тогда он должен был подумать и о своей защите. В любом случае, с материалами или без, но он нам нужен. Нам нужны его знания.
— Знаете, что за оружие делают из этих материалов? — каким-то зловещим тоном сказала Сара. — В моём мире об этом помнят немногие, но мне отец подробно рассказывал. Это оружие Судного дня. Бомба, чья сила измеряется тысячами, а то и миллионами тонн взрывчатки. Его применяли только дважды, с тех пор наложили запрет, хотя многие страны накапливали такие бомбы сотнями и тысячами. Если бы они взорвались все одновременно, то от Земли осталась бы только пыль. А если даже Земля устоит, то жить на ней станет невозможно, пыль, поднятая взрывами, закроет солнце и на планете наступит зима на несколько лет. Если бы у меня был выбор, я бы предпочла, чтобы такое оружие никогда не изобрели.
— Сара, — Хоббс был восхищён. — Ещё недавно вы убеждали меня в том, что с точки зрения науки абсолютно бесполезны. А теперь поражаете меня знаниями.
— Мой отец был инженером, — сказала Сара. — Он рассказывал мне это вместо сказок на ночь. Да я и не знаю ничего особенного, только то, как эта штука действует и чем она опасна.
— И как же? Расскажите всё, что знаете.
— В одном месте выделяется энергия, много энергии. Как я уже сказала, на миллионы тонн взрывчатки. Сначала надувается огненный пузырь, свет от которого сжигает всё на мили вокруг, потом от центра расходится взрывная волна, способная перевернуть поезд, груженный каменными глыбами. В это же время оттуда исходят невидимые лучи, способные убить любого человека, даже если он уцелеет после взрыва. А пыль от этого взрыва поднимается в виде гриба, высотой в несколько миль, потом эта пыль выпадает на землю с дождём. То место, где прошёл такой дождь, становится непригодно для жизни на десятилетия. Человек оказавшись там, начинает болеть. Это называют лучевой болезнью, у него выпадают волосы, а потом и зубы, тело покрывается язвами, а сам он начинает блевать, пока не умрёт. А если ему и посчастливится выжить, то он станет инвалидом. И детей ему лучше не заводить, те, скорее всего, родятся уродами. Вы всё ещё хотите такое оружие?
Хоббса эта история впечатлила, настолько, что он снова налил себе виски и потянулся за сигарой.
— А что насчёт мирного применения?
— Если это дерьмо собрать вместе, в количестве, которого не хватит для взрыва, оно начинает нагреваться, и этот нагрев продолжается много лет. Через него пропускают воду, вода кипит, превращается в пар, а пар крутит турбину. Так вырабатывают электричество, много электричества, его хватает на всё. Представьте себе паровой двигатель, в который не нужно бросать уголь.
— Но это ведь прекрасно, совсем не обязательно сразу делать бомбу.
— Электростанции тоже опасны, если такая печь идёт вразнос и взрывается, безлюдными становятся огромные территории. Всё, что находится внутри, должно быть закрыто толстыми стенками, футов десять, не меньше, но даже это не всегда помогает. В нашем мире, с нашими технологиями и то случались аварии, представьте, что будет у вас.
— А что с кораблями?
— Большой корабль требует мощного двигателя, такой двигатель потребляет много угля или мазута. А если корабль подводный, ему нужен ещё и воздух для работы двигателя. Но можно встроить двигатель на ядерном топливе, плавучую электростанцию, которая будет работать внутри корабля.
— И это тоже очень опасно?
— Ещё как. Играя с этими силами, человек может устроить Конец Света даже без помощи Дьявола. И ваш физик-ядерщик не мог об этом не знать. Если начать исследования сейчас, лет через пятьдесят-шестьдесят ваш мир окажется на краю пропасти.
 
— То есть, вы нам не поможете?
— Помогу, но только потому, что нужно спасать человека. Любого. Будь он даже сто раз физик-ядерщик. Но в и итоге, когда ваша промышленность сможет создавать такие материалы, вы будете иметь уже готовые чертежи бомбы и станции, что ускорит процесс создания на десятилетия. А ещё ускорит и конец вашего мира. Помните об этом.
— Мы запомним, мисс Брен, — сухо сказал Хоббс.
— А я вообще думаю, что весь наш разговор несколько преждевременный, — заявил Джей. — Когда Провал в следующий раз окажется на том месте? Думаю, мы состариться успеем.
— Вообще-то, я хотел, чтобы вы отправились завтра, — сказал Хоббс.
— ???
— Потому что послезавтра большой выброс.
— И что? — хором спросили Джей и Бутч.
— Смотрите, — Хоббс хлопнул по столу атласом мира и начал листать, пока не нашёл нужную страницу. — Смотрите сюда. Вот здесь ваш выход. А вот здесь, — он провёл пальцем дугу по карте, — находится он. Или находился. Вы можете пройти к берегу, найти небольшое судно и на нём вдоль берега добраться туда.
— Мистер Хоббс… — начал Джей, но тот его перебил.
— Ещё три дня назад я бы ни за что не просил вас об этом. Я знаю, что это самоубийство. Но теперь с вами будет ещё один человек. Харли ведь говорил, что он полковник морской пехоты.
— Напомню вам, — всё же вмешался Джей, — что морская пехота — это отнюдь не моряки. Это именно пехота, пусть и посаженная на корабли. Полковник умеет воевать, этого у него не отнять, но не водить корабли. К тому же у него не всё в порядке с головой.
— Человек в чине полковника не может не разбираться в технике.
— Поймите, мы не отказываемся спасать учёного, но эта затея обречена на провал.
— А почему нам не поплыть так? — спросил Бутч, проводя прямую линию между двумя точками.
— Ты умеешь плавать через океан? — спросил Джей. — Знаешь морские течения, расположение рифов и мелей, сможешь вычислить курс?
— Лично я думаю, что ничего невозможного нет, — вмешалась Сара. — Полковник, скорее всего, сможет управлять судном, думаю, мы даже доберёмся туда. Лично для меня страшнее всего будет проходить через ваше… Пятно.
— А меня ещё называют сумасшедшим, — устало сказал Джей.
Но больше он не возмущался.
— А если так, то предлагаю вам собираться, — сказал Хоббс.
— Давайте обсудим вопрос награды, — напомнил Бутч.
— Что вы хотите?
— По пять тысяч на каждого, — тут же выдал Бутч, — и ещё плата за то, что мы принесём с собой.
— Я думаю, это реально, — Хоббс нахмурился, но возражать не стал. — Я поговорюс начальством и постараюсь их убедить. Это всё?
— Ещё я хочу, чтобы, пока я нахожусь там, мою семью перевезли в город Вернель, поселили в хорошем доме и предоставили им доступ к моему банковскому счёту.
— А они согласятся?
— Я напишу им письмо, они всё поймут.
— Хорошо, кто-то ещё что-то хочет?
— С нами пойдёт Майлз, — поставил своё условие Джей. — В походе через Пятно он незаменим.
— Ещё и ему пять тысяч? — Хоббс хотел было возмутиться.
— Да, мне ведь придётся ему всё рассказать, а он не похож на самоубийцу.
— Идёт. Что ещё?
— Пусть мне законом разрешат ходить с голой задницей, — улыбнулась Сара.
Хоббс усмехнулся, но ничего не ответил.
— И ещё о сроках, — сказал он. — У вас впереди больше двух месяцев, лучше вам уложиться. Учёные, будь они неладны, говорят о возможных изменениях времени смещения окна, они есть, время гуляет туда-сюда на пару дней, так что лучше рассчитывайте с запасом.
— А если мы не успеем?
— Тогда… — Хоббс помедлил, но всё же дал совет на такой неприятный случай. — Надеюсь, что вы успеете, но если всё же задержитесь… вот здесь, — его палец ткнул на восточное побережье Южной Америки, — здесь будет точка выхода. Точнее сказать не могу, определяют с точностью до сотни миль.