Скуф. Маг на отдыхе 5 (СИ)

— А где все? — спросил я у Смертиной, которая в гордом одиночестве сидела в беседке и залипала в телефон.
— Таня с Алексеем Михайловичем опять пошли на свой кактус глазеть, — ответила Рита. — Шама в гараже над барбухайкой колдует, Оля с Катей тренируются, а Ромашка не знаю где. Наверное, с Хельсиным где-то обнимается.
— Понятно. Позови всех, пожалуйста. Шашлык уже почти готов.
— Хорошо, Василий Иванович, — кивнула Рита и нацепила на голову костяную корону.
Тут же лицо Смертиной резко побледнело и заострилось. Глаза почернели, а волосы вопреки законам физики поднялись дыбом и начали «плавать», будто дело происходит под водой.
— УЖИНАТЬ! — инфернальным голосом рявкнула Повелительница Смерти.
Тут же стянула с себя корону и стала «обычной».
— Готово, — улыбнулась Рита и снова взялась за телефон.
Девушка, получается, крикнула в сознание всем своим соратницам. Ну а я сходил обратно в баню за министрами, Морозом и Величеством, и мы-таки собрались за столом.
Долго рассиживаться не стали.
Быстро поужинали, расселись по машинам и двинули в сторону полигона.
— Ну что там с Петей? — спросил я у Величества по дороге.
— Да, — отмахнулся Николаевич. — Нормально. Деятельный стал, что мне аж страшно. От образования и туризма я его уже отодвинул от греха подальше. Теперь вот минкульт плачется, говорит, забери его от меня, пожалуйста. Что ни день, говорит, то инициатива. Выставки какие-то, концерты, вечера народного фольклора…
— Кстати про минкульта, — заикнулся я.
— Помню-помню! Кабачковый спас, — кивнул Величество. — В следующем году проведём официально.
— Спасибо.
Что ж…
Да, после того как всё закончилось и все подробности всплыли, отец дал Петру Петровичу шанс на искупление.
Ну… сын же всё-таки.
Тем более, что у парнишки диагностировали слабую волю, но относительно добрую душу. Замазался он, конечно, знатно, но всё лишь по доверчивости и подростковому скудоумию. Запутали, обманули, сыграли соло на гордыне. Мало ли таких царских отпрысков за всю историю было?
Не мало.
Да и сам Величество, если уж копнуть поглубже, угодил в ту же ловушку.
Это ведь Нобели убили первую императрицу и подсунули ему вторую. Это ведь Нобели устроили всё так, что Петя вырос на чужбине. Это ведь Нобели через Петиного дружка подобрались к Императору Российской Империи на расстояние вытянутой руки, и именно Нобели начали травить Николаича, когда пришло время.
Ладно…
Главное, что все основные негодяи теперь кормят червей. Лишившись своего главы, концерн Нобелей сразу же растерял часть былого влияния. Полноценную войну им, увы, не объявишь. Они же как цыгане — без земли и родины, сразу и везде.
Но выздоровевший Пётр Николаевич уже начал рассылать по городам и странам ноты протеста, чтобы добить ублюдков окончательно. И ведь дожмёт, я уверен.
Но!
Без меня. Дело это уже не моё, а моё отныне — жена, путешествия и скуфонавтика.
И кстати! У Державина на почве всех этих стрессов прояснилось в голове, и он-таки придумал, как проникать внутрь трещины без моей помощи. Привлёк Иринку, и вот — сегодня первый тестовый выход группы «Альта» в иные миры. Секретный, но очень торжественный. Торжественный, но очень секретный.
— Вот и приехали, — я взглянул в окошко.
Посреди некогда чистого поля вырос здоровенный ангар, а рядом с ним несколько технических помещений и чуть ли не целая деревня из аккуратных двухэтажных домиков. Научный городок — ни больше и ни меньше.
Наш кортеж остановился на парковке рядом с ангаром, и понеслась.
Шум, гам, суета.
Боюсь даже предположить, сколько сотрудников задействовано в этом проекте, но от них прямо-таки не протолкнуться.
Итак.
Мерно светила трещина. Люди в белых халатах наконец-то отстали от группы «Альта» и вместе со своими приборчиками ушли в соседнее помещение. А мы, получается, стояли у альтушек прямо за спиной и ждали.
Мы — это я, Державин, Гринёв, Молчанов, Морозов, Лёха Чего, Елизавета Григорьевна и, конечно же, сам его Величество.
— Всем отойти на безопасное расстояние! — проорали динамики. — Открыть двери!
  
Створки ангара за нашей спиной расползлись в стороны, и прямо в спину ударил закат. Красивущий, сука, розовый. Солнце уже почти село, и его лучи били чуть ли не вдоль земли.
— Готовность пять секунд! Четыре! Три! Две! Одна!
Кто-то где-то опустил нужный рубильник, и трещина — вз-з-ззз! — засветилась во стократ ярче. Тут же поднялся ветер. Аномалия начала всасывать. У альтушек затрепыхались стянутые в хвосты волосы, а мимо нас полетели осенние листья.
— Аномалия стабильна! — возвестил голос из динамика.
В лучах закатного солнышка, группа «Альта» сделала первый шаг навстречу аномалии. Затем второй. Затем третий. Девушки не падали; как и обещали институтские, силу всасывания искусственно подогнали под их вес.
И кажется, всё действительно было под контролем.
— Красавчик! — похлопал я Стёпку по плечу.
— Ага, — ответил тот, едва сдерживая слёзы.
Внезапно Державин всхлипнул, утёр мокрые глаза кулаком и надломленным голосом тихо сказал:
— Ровный… бег…
— Чего? — не понял я.
— Ровный, — повторил Стёпа, уже не скрывая слёз. — Бег.
— Не понимаю.
— Мое-е-е-ей судьбы-ы-ы! — затянул Державин. — Ночь! Печаль! И блеск души!
— Лунный свет! — подхватила Лиза, крепко прижавшись ко мне. — И майский дождь!
— В небеса-а-а-а-а-аа-а-ах! — включился Его Величество.
— НА ЗАРЕ-ЕЕЕ-ЕЕЕЕЕ!!!
От этого слаженного а-капелло группа «Альта» просто не могла не обернуться. Девушки улыбнулись и помахали нам рукой.
— ГОЛОСА ЗОВУ-УУУУ-УУТ! МЕНЯЯ-ЯЯЯ-АААА-АААА!!!
КОНЕЦ