Скуф. Маг на отдыхе 5 (СИ)

Во всяком случае Ваня оценил:
— Нихрена себе, — выдохнул он, когда я оказался на его берегу и прыгнул в машину. — Василий Иванович, а как… а как вы так…
— Спасибо, — улыбнулся я. — Ты адрес узнал?
— Да-да, узнал.
Хельсин передал мне телефон со включённой игрой. Одного лишь взгляда на чат хватило для того, чтобы понять масштаб проведённой работы. Да-да-да, министры без дела не сидели. Гильдейская переписка в «Вуглускрах» к этому моменту уже превратилась в оперативную сводку.
Информация от оставшихся на свободе и при этом верных сотрудников Гринёва шла нескончаемым потоком: такой-то род присягнул на верность Петру Петровичу, такой-то род против него восстал, там-то замечены колонны бронетехники, там-то идут обыски, а там-то бои…
«Наши люди на границе говорят, что имел место быть прорыв со стороны Орды» — упало в чат свежее сообщение: «Жертв среди погранцов и мирных нет. Ответственность за происшествие взял на себя клан Батхуяг».
Ох ты ж!
Родственнички на подмогу едут! Да у нас тут, по ходу, весёлая компания собирается. Действо обещает быть масштабным и… вот ведь… я-то думал, что в моё отсутствие всё будет тихо-мирно, ан-нет. Всё то, что имеет обыкновение нестись по кочкам, уже вовсю понеслось по кочкам.
Альтушки, Ира с Тамерланом, Лиза, Чего, Морозов и ещё куча приятных мне людей присоединились к чату. Отлично! Мы на связи. Все и сразу.
«ВНИМАНИЕ! — написал я. — На всякий случай собирайтесь в Удалёнке и готовьтесь к осаде. Скоро буду. Скуф».
— Ну всё! — я убрал телефон в карман. — Гони, Ваня, гони!
* * *
Милославский по понятным причинам более не мог занимать должность командира лейб-гвардии. Впрочем, теперь он много чего не мог. Питаться твёрдой пищей, например. Стоять на ногах, пользоваться пальцами и выстраивать сложные языковые конструкции. Менталисты Канцелярии не оставили на месте его сознания камня на камне, а бывшие подчинённые потрудились над телом.
Преемник Милославского таинственным образом пропал после визита в покои Петра Петровича. Говорят, он доставлял Величеству какую-то важную секретную информацию и… и всё! Сейчас опасно строить всякие такие догадки, потому что можно и самому «таинственным образом» пропасть.
Ну а третьим по счёту за сегодня генерал-адъютантом стал граф Чичканов.
Повышение само по себе стало радостным событием в жизни графа, ну а первое задание в качестве командира лейб-гвардии вообще привело его чуть ли не в религиозный экстаз.
Ему выпала честь вести войска на Удалёнку!
Точнее, даже не войска, а… так называемый «специальный корпус». Это были особенные люди. Чем-то неуловимо похожие на тех, что вербовала в свои ряды недавно почившая «Сколопендра». Вот только если триады брали к себе одарённых людей из низшего сословия и зэков, то в «Спецкорпусе» каждый второй был из знатного рода.
Так что проводить параллель всё-таки будет лишним.
Эти маги были… м-м-м… особенными, но немного по-другому.
Кто-то родился отморозком, а кто-то сознательно шёл к этому титулу всю жизнь. Кто-то волею случая утратил человечность на войне, кто-то сам развязал свою личную войну, а кто-то узнал свой диагноз в кабинете с мягкими стенами.
Итого спецкорпус стоял на трёх китах:
Первый — это сила.
Второй — целый комплекс психических отклонений. Психопатия, садизм, склонность к агрессии, страсть к убийству и наплевательское отношение к чужой жизни.
Ну и, наконец, третий и самый важный кит — это вшитый под кожу артефакт. Он одновременно усиливал магические способности бойца спецкорпуса, подавлял его волю перед командиром и в случае неповиновения мог взорваться к чёртовой матери.
Этих людей аккуратно и тщательно собирали по приказу Петра Петровича. Организовывали переводы из части в часть, подстраивали поводы и обстоятельства.
Готовили на крайний случай. И вот, случай наконец-таки подвернулся.
Перед корпусом поставили задачу: подготовить почву для инсценировки несчастного случая в СНТ «Пересвет», он же Удалёнка. Спецкорпус должен сделать так, чтобы в посёлке не осталось никого живого, а дальше уже будут думать другие люди. Прорыв аномальной трещины, взрыв природного газа, да хоть падение метеорита — вообще без разницы.
  
Пётр Петрович настаивал на срочности миссии, и спорить нельзя.
— По машинам, ублюдки! — рявкнул Чичканов.
Под командованием нового генерал-адъютанта нового Величества, отморозки подняли своё знамя…
* * *
Как же весело-то, а⁈
Местами прямо вот аж дух захватывает!
И я уверен, что такие покатушки с Ваней больше никогда не повторятся. И дело даже не в том, что они очень дорого встанут для города — коммунальщики замучаются дорожное полотно перестилать. Дело в том, что вести себя так в других условиях просто-напросто нельзя. Такой бардак творят проездом, а мы вообще-то дома…
— Василий Иванович, держитесь! — крикнул Хельсин, и перед нами возник очередной трамплин.
Маг асфальта, етиху мать! Целые куски выдирает под собственные нужды! Вот и сейчас: вместо того, чтобы со всей скорости влететь в заграждение из спецтранспорта, мы просто-напросто перелетели через него.
Ну а моя функция во всём этом веселье заключалась в том, чтобы поймать машину в самый последний момент и сделать приземление мягким. В противном случае у нас не то, что подвеска раздолбалась бы… у нас бы вся машина об асфальт до руля стесалась.
Погоня началась почти сразу же, стоило нам выехать с Болотного острова.
Иногда от мигалок машин преследования рябило в глазах, но… нет… я всё помню. Несмотря на ту бойню, что я учудил с англичанами, трогать своих я по-прежнему не собирался. Если кто-то пострадал, влетев в Ванины заграждения или угодив в одну из воронок, которые я оставлял позади — то тут уж, как говорится, се ля ви.
Но сырцой по преследователям я не бил, не-не-не.
Дважды на пути нам встречались колонны бронетехники. Одна спешила куда-то мимо — как бы только не в сторону Удалёнки — а вот внимание второй мы явно привлекли. Привлекли, но тут же скрылись из вида: Ваня «сгладил» ступеньки, спускающиеся в переход метро, и мы весьма эффектно проделали часть пути по подземке…
Короче!
Прыжки, нырки под землю, залихватский дрифт, крутые повороты, шашечки по встречной, и всё это под чарующие звуки ню металла — музыкальные вкусы прежних владельцев автомобиля пришлись мне по душе.
Давненько я так не отдыхал.
Н-да…
Но как бы ни было весело, к делу!
Петляя по Москве, как заяц с куском очищенного имбиря в заднице, мы потихонечку продвигались к цели. Виталий Владимирович Стеклов обитал на краю Москвы в одном из элитных ЖК для аристократов.
Связи с ним до сих пор не было; телефон барона оказался выключен. Наверняка, старый вояка уже сориентировался в ситуации и теперь ждал меня.
То есть не именно «меня», но явно догадывался о прибытии кого-то по свою душу.
А возможно, и адресно, Василия Ивановича Скуфидонского.
Раз уж у них с Величеством был уговор о воспитании наследницы, то должен был быть и план на тот случай, если всё пойдёт через задницу. И тогда кого же, кроме меня, пошлют?
Ну да ладно, размышлять можно долго.
Едем дальше!
Главное, чтобы Петя со своим другом не добрались до Стеклова раньше нас. Потому как чует моё сердце, что эти крысы уже в курсе всего…
* * *
Виталий Владимирович начал готовиться к визиту гостей с того самого момента, как в утренней тиши жахнула Царь-Пушка.
Себе в предстоящем замесе барон отводил довольно скромную роль. Он просто не хотел сдаваться живым.
Та девушка, которую он воспитал как собственную дочь и любил больше всего на свете, сейчас в безопасности. Его Величество Пётр Николаевич подробно разъяснил ему, что такое Столп Империи и на что он может быть способен.
Так что если бы текущие события начались чуть раньше — до того, как Таня уехала на обучение — то долгом Виталия Владимировича было бы хранить наследницу престола вплоть до тех самых пор, пока её не возьмёт под крыло Скуфидонский.