Скуф. Маг на отдыхе 5 (СИ)

Небо полыхало заревом пожарища. Ветер нёс запах гари и отзвуки отчаянных воплей. Где-то совсем неподалёку — прямо за охваченным пламенем перелеском — жители деревни Голденрейн отчаянно защищали свои земли от нашествия свинопсов. Ну а здесь, рядом с Камнем Возрождения, собрались вместе три смелых героя.
Суровый орк Молчун, ассасин-тенеходец Костян и лучница-эльфийка по прозвищу Мятная Кисонька.
— Стёпа, скажи на милость, что с тобой не так?
— А что такое?
— Почему ты — ушастая баба?
— Мне так нравится, — Мятная Кисонька не мигая уставилась в собственное декольте. — Когда я смотрю на экран, мне хочется видеть что-то приятное. Тут, скорее, у меня к вам вопросы. Неужели вам настолько нравится отыгрывать маскулинность, что вы готовы часами пялиться на задницу орка?
— Эй…
— Короче! — рявкнул ассасин. — Давайте думать…
Рядом возродилась компания героев. Они молча пробежали мимо, чтобы снова броситься в неравную схватку со свинопсами и рубить-рубить-рубить экспу. Подслушать разговор эти залётные ребята никак не могли, потому что общение министров происходило в закрытом гильдейском чате.
При выборе названия для гильдии, нынешний глава, ассасин Костян, попытался поставить себя на место современного подростка. Как минимум, он тщательно изучил другие названия и нашёл в них определённые закономерности. Итого: сегодня в почёте у молодёжи была игра слов, скабрёзность и откровенная — как они сами это называли — всратость.
После глубокого анализа Гринёв умудрился соблюсти все эти негласные каноны и назвал свою гильдию «Лариса Напердолина». И теперь вряд ли хоть кто-то в мире мог догадаться о том, что за «Ларису Напердолину» одновременно играют Министр Обороны Российской Империи, ректор Института Одарённых и сам Глава тайников.
— Итак… Что будем делать?
— По всей видимости, пора переходить к плану «Б», — пророкотал Молчун.
— А у нас есть план «Б»? — удивилась Мятная Кисонька и похлопала непропорционально большими глазами.
— У нас нет, — развёл орк мускулистыми зелёными руками. — А вот у Скуфа, наверняка, есть. Наверняка, он уже что-то придумал, и нам надо срочно с ним связаться.
— А где он?
— Ну явно не в «Матросской Тишине», — ответил Молчун. — Предполагаю, что сидит где-то в стенах Кремля. Либо в Тайницкой Башне, либо в одной из безымянных.
— Так близко к Величеству?
— А почему бы и нет? Он же сам против законного Императора ничего не попрёт, у него обет такой. А Петя вроде как законный…
На какое-то время чат замолчал.
Пробегавший мимо гном вдруг притормозил и начал приседать рядом с Мятной Кисонькой, явно пытаясь выслужить расположение прелестницы. Эльфийка решила подыграть ему и врубила анимацию танца. Однако история большой цифровой любви закончилась, так и не начавшись. Товарищи Кисоньки не разделили её игривых настроений и по-шустрому зарубили гнома.
Благо, сервер за такое не наказывал.
— Идеи? — прервал тишину Молчун. — Предложения? Пожелания? Кто-то из наших может наладить хоть какой-то канал связи со Скуфом?
— А ведь может! — вдруг запрыгал на месте ассасин. — Может-может! Ну точно же! Есть у меня один кадр, который умеет сквозь стены ходить! Должно получиться!
* * *
Вот даже не знаю…
То ли сетовать на плохую память, а то ли радоваться, что моя жизнь настолько интересна и насыщена, что я даже такие памятные вещи умудряюсь забывать. Не помню я, короче говоря. И ведь оно даже не вертится где-то на кромке восприятия; ни намёка, ни ассоциации, ни-че-го.
Пробел.
Что ж…
Думаем. Пока что у меня есть два плана. Один недопиленный, другой опасный. Недопиленный — как-то связаться со своими, не покидая застенок. И главный вопрос здесь: как? Не имею ни малейшего понятия. Если подтянуться к окну, поймать голубя и надиктовать ему сообщение, от этого он почтовым явно не станет, верно?
Н-да…
А опасный план заключается в том, чтобы просто потихонечку отсюда выбраться. Без жертв и с минимумом разрушений добраться до Удалёнки и держать осаду до тех пор, пока не выяснится то, что нужно выяснить.
  
Отложив книги, я встал с кровати и начал расхаживать по камере туда-сюда. Благо, что квадратура у неё была, как у иной студии в новостройках.
И тут…
— Кхр-р-р-р, — внезапно что-то хрустнуло за спиной. Обернувшись, я увидел максимально странную картину. Сначала побелка на дальней стене аккуратно скаталась в рулон и оголила красную кирпичную кладку. А затем и сами кирпичи начали раздвигаться в стороны, будто детальки конструктора.
Несколько секунд и передо мной возник проход в соседнюю камеру, а на пороге…
— Василий Иванович, здравствуйте.
…на пороге образовался никто иной, как Ваня Хельсин. Совсем не изменившийся с нашей последней встречи, разве что волосы постриг чуть короче и без этой своей дурацкой шляпы. Ну и в плане магии парнишка явно что поднаторел.
Не в силе преуспел, но в мастерстве.
Помнится, в особняке Иванова-Нобеля он наворотил таких разрушений, что простым ремонтом там было не отделаться. А здесь же — вона как аккуратненько кирпичи раздвинул. Можно сказать, что филигранную работу проделал.
— Я от Константина Васильевича, — не стал расшаркиваться тайник.
— Отлично! — улыбнулся я. — Как там дела на воле? Всё нормально? Все живые?
— Константин Васильевич пребывает в полном здравии, однако именно сейчас находится под арестом. Впрочем, как и остальные министры.
— Понятненько, — кивнул я. — Итак? Ты пришёл, чтобы меня вытащить?
— Не могу знать, Василий Иванович, — Хельсин прошёл в мою камеру и внимательно осмотрелся. — Если вы хотите, чтобы я вас вытащил, значит, я вас вытащу. Мне дали чёткую инструкцию слушаться вас во всём.
— Ага…
Господа министры взяли на себя ответственность ровно для того, чтобы аккуратно переложить её на меня. Ну что ж, не впервой.
По крайней мере, что-то начинает вырисовываться. Как минимум, я больше не отрезан от мира.
— Телефон при себе? — спросил я.
— Конечно.
— Связь с Гринёвым есть?
— Есть.
— Ещё лучше! Значит так, вот тебе задание: попроси Костю… то есть Константина Васильевича, чтобы он узнал имя генерал-адъютанта лейб-гвардии, который находился в чине во время покушения на первую супругу Петра Николаевича.
— Сделаю, — кивнул Ваня, а затем перевёл взгляд на кровать. — Вы позволите?
— Садись-садись.
Тайник плюхнулся на шконку, достал из кармана смартфон и — внезапно — взялся за него горизонтально, как если бы собирался смотреть фильм или во что-нибудь играть. Не буду врать, я не удержался, чтобы не подсмотреть.
Через плечо я пронаблюдал, как ползунок загрузки пробежал по экрану слева направо, и Ваня перенёсся в игру.
Ну точно же!
«Вуглускры Онлайн»! А я ведь совсем забыл, что Костя придумал этот канал связи на случай подобных экстренных ситуаций!
Что характерно, персонажем Вани Хельсина в игре был человекообразный волк. То ли оборотень, а то ли просто раса такая антропоморфная, хрен его знает. В местном ЛОРе чёрт ногу сломит, так что я даже не пытался разобраться.
И вот ведь… не забыл, получается. Тоскует по Ромашке.
Ну ничего-ничего…
Если всё у нас сейчас срастётся, я лично буду настаивать на том, чтобы Хельсина приставили к награде и таки окончательно простили все прежние косяки. И случится у них тогда с Юлькой история большой любви. Настоящая. Прошедшая серьёзные испытания; всё, как и полагается.
Но обо всём этом позже!
Стоя за спиной у Вани, я наблюдал, как его оборотень пробежал через несколько локаций и притормозил рядом со странной компанией других персонажей. И вот ведь… могу поставить руку на отсечение, что сисястая эльфийка — это Державин.
— Ну что там?
— Минутку, Василий Иванович, — Хельсин начал яростно строчить сообщение.
Текст ушёл в чат, персонажи застыли, как вкопанные, и началось томительное ожидание. Некая «Мятная Кисонька» написала: «хз», затем попрыгала на месте, достала из-за спины лук размером с грёбаное коромысло и побежала стрелять в монстров.