Скуф. Маг на отдыхе 5 (СИ)

— АААА-ААА-АА!!!
Превращение началось!
Катаясь по пещере, Алёшин стремительно краснел, будто брошенный в кастрюлю рак. Поварские тапки слетели, носки разорвались в клочья, и на месте человечьих ног появились копыта. Треснули штаны, и наружу вырвался длинный хвост с ороговевшим стреловидным наконечником.
Радужка глаз пожелтела, а сам зрачок вертикально вытянулся. Увеличились в размерах клыки. Выросли звериные когти.
Итого метаморфоза длилась не дольше минуты, но для Алёшина время растянулось в бесконечность. Во-первых, больно. Во-вторых, самое значимое событие в жизни как-никак.
— У-у-у-ух, — адский повар кое-как поднялся на ноги.
Поднялся и первым делом отбил копытами о камень пещеры незамысловатую чечётку.
— Ах-ха-ха-ха-ха! — рассмеялся он. — Ну что⁈ Всё⁈ Я теперь демон⁈
— Скорее уж чёрт, — скрестила Чамара руки на груди.
— Э-э-э! — протянул Алёшин. — В кругах, к которым я близок, слово «чёрт» — очень обидное, — а затем осмотрел свой хвост. — Ну демон же!
— Младший, — ответила суккуба. — Очень-очень-очень младший. Внештатный заместитель стажёра или что-то около того. От бездумной рычащей твари тебя отделяет всего лишь одна ступенька развития, и то… я не совсем понимаю почему.
— А и хрен с ним! — махнул рукой Алёшин и пустился в пляс. — Главное, что я теперь свободен! Ах-ха-ха-ха-ха!
Сан Борисович схватил суккубу за руку, сдёрнул с трона и закружил в танце. Теперь, когда все основные потребности повара — а именно «не быть поваром» — были удовлетворены, можно было задуматься и о прекрасной половине демоничества.
— Ах-ха-ха-ха-ха! — Алёшин залихватски схватил суккубу за зад, за что тут же получил удар под дых и отлетел к дальней стене пещеры.
Собрал спиной несколько сталагмитов и затормозил затылком об камень. Проморгался, поднялся, отряхнулся и… снова заржал.
— Ты видела, а⁈ Видела⁈ Да я, блин, неубиваемый!
— Видела-видела, — вздохнула Чамара. — Теперь ты приготовишь для меня ужин?
— Легко! — ответил Алёшин, наощупь изучая свои новые клыки. — Где это твоё свидание будет проходить и когда?
— Да вот прямо здесь, — ответила суккуба. — И как можно скорее…
  
Глава 3
 
— … я маленькая была, — продолжила рассказывать Шестакова. — Много чего не помню, много чего не понимаю. Да и не разговаривали со мной обо всяком таком… ну… сами понимаете. Сколько мне лет-то было?
— Понимаю, — кивнул я.
За спиной продолжалось безудержное веселье, а мы с сестрой и шаманкой сидели за отдельным столиком, болтали и передавали по кругу кальянную трубку. Аймурат поклялся, что специально для нас забил какой-то волшебный безникотиновый табак. Дым от него был густой и вкусный; не берусь утверждать, но похоже на микс мяты, винограда и ещё чего-то фруктового. Хотя, возможно, это был привкус от чаши, свёрстанной из грейпфрута.
А говорили мы — опять, блин! — про Сколопендр.
Радовало лишь то, что в прошедшем времени и вскользь. Ксюха наконец-то расслабилась и теперь честно вываливала на нас с сестрой всю правду.
И если очень коротко, то правда была такова: отец шаманки изобрёл уникальную глушилку, а Сколопендры ради этого изобретения вырезали весь род Шестаковых и выкрали тетрадку с чертежами. Затем Ксюша повзрослела и выкрала её обратно. Затем сингапурцы снова её выкрали! И вот, наконец-то, изрядно помотылявшись по миру, злосчастная тетрадь снова оказалась в руках Шестаковой.
И да!
Репутация Иры Скуфидонской, как артефакторши, была спасена. Ни исправлять, ни перед кем-то оправдываться было не нужно.
— … помню, как отец говорил, что эту штуку нельзя использовать для благих целей.
— Ну-у-у-у, — затянула Ирка.
— Тише, — перебил её на упреждение. — Пусть договорит.
Насколько я понял, перед отцом Шестаковой встала классическая дилемма создателя атомной бомбы. Придумал хератовину себе на голову, мучился-мучился, а в конце ещё и поплатился за то, что долго мучился.
— Так что я искала эту тетрадь, чтобы уничтожить, — тут на глаза Ксюхи навернулись слёзы. — Но не смогла…
  
Впрочем, Шама довольно быстро усмирила эмоции и продолжила:
— Рука не поднялась. Это же, получается, всё, что осталось от моей семьи. Наследство моё, — а затем хмыкнула. — Приданное…
Тут позади начался какой-то кипиш. Крики, свист, хлопки, улюлюканья. Я обернулся посмотреть и понял, что это файершоу началось. Вот только не понял — танцовщицы сменились или просто сгоняли за всеми этими горящими штуковинами?
Не суть…
Главное, что огонь был обычным; не магическим. В противном случае, Дольче могла бы не удержаться и пойти хвастать своим скиллом. А прилюдные демонстрации демонической силы нам явно ни к чему.
— Ну слушай, — слово взяла Ира. — Ты зря говоришь, что эту штуку нельзя для благих целей использовать. Ведь если у нас есть глушилка, то мы на её основе можем сделать такую охранную систему, которую она заглушить не сможет. Верно я рассуждаю?
— Ну… наверное?
— Да мы с тобой индустрию продвинем! — у Ирки аж глаза загорелись.
— Мы? — уточнила шаманка.
— Мы! А почему бы и нет? Я — артефактор, ты — техномаг! Таких дел наворотим, что…
Тут Ирка осекалась, потому что к нашему столику подошла целая делегация. Тамерлан с братьями и тот самый господин в белых лакированных туфлях, что мне изначально не понравился. Как оказалось, не зря:
— Она⁈ — спросил пузан, указывая на Иру.
— Дядя Булат…
— Она, я спрашиваю⁈
— Кхм-кхм, — прокашлялся я. — А в чём, собственно говоря, дело? И почему вы тычете пальцем в мою сестру?
* * *
Ситуация явно накалилась. С одной стороны, если бы не родня Тамерлана, то неизвестно, чем мог закончиться эпизод со Сколопендрами. Скорее всего, я был бы сейчас международным преступником, прорвавшимся в Орду с боем.
И с транспортом клан Батхуяг нам помог, и в бою плечом к плечу встал, и приветил радушно. Накормили, напоили, разместили. Не одного, как говорится, барана в нашу честь зарезали и из кожи вон лезли, чтобы угодить.
С другой стороны, меня такое поведение «дяди Булата» не устраивает совершенно. Пусть эта истеричка только попробует что-то ляпнуть в адрес Иры — не стерплю. Мы хоть и гости, а вытирать об себя ноги не позволим.
— Тамерлан, как так⁈ — орал пузатый. — Ты что, позабыл о своих обязательствах⁈
— Дядя, я был ребёнком, и за меня всё решили, так что…
— Решили, потому что так надо! Ты что, Тамерлан, старшим перечить собираешься⁈ Ты что, от корней отрываешься⁈
О-хо-хо-хо-хо…
Ирка сейчас готова была сквозь землю провалиться; аж покраснела вся. Неловко ей — не то слово. И по-хорошему, мне бы сейчас врезать дяде Булату, чтобы тот закрыл свой рот. Но! Для такого поступка нужен веский повод.
Повод, которого мне пока что не дали. Вроде как разговор вокруг Иры вертится, однако про неё ни слова. Исключительно насчёт Тамерлана.
— Так, — я встал из-за стола и тут же.
— Погоди, Василий Иванович, — улыбаясь, меня за плечо обнял Аймурат; что характерно, без тени угрозы. — Погоди, пожалуйста, — а Тамерлан и его дядя тем временем продолжили выяснять отношения на повышенных тонах.
Итак…
Вся ситуация прекрасно читалась между строк. То, что Тамерлан живёт с моей сестрой — это я уже понял и даже частично принял. Было время поразмышлять. Не знаю, на какой именно стадии принятия неизбежного я сейчас нахожусь, но…
Блин.
Ира выросла. Факт. И рано или поздно обязательно задумается о семье. Отношусь я к ней всё-таки по-отечески, и бьюсь об заклад — в мире нет ни одного отца, который не муссировал бы те мысли, которые успел помуссировать я. Какие именно? Да понятно, блин, какие! Но сейчас не об этом.
Сейчас о новых вводных.
Насколько я понял, этот пузатый говнюк давным-давно договорился породниться через Тамерлана с другой влиятельной семьёй. Не берусь называть традицию варварской, потому что у нас тоже такое сплошь и рядом. Немного не в той форме, но всё же.