Новый мировой порядок и оккультная матрица

В самом начале марта 2020 года было объявлено, что крупнейший американский производитель лабораторного оборудования Thermo Fisher Scientific Inc. купил нидерландскую компанию Oiagen NV за 11,5 млрд долларов. Компания Oiagen NV выпускает медицинские тесты, в том числе для диагностики рака и коронавируса. Сумма сделки с учетом долга Qiagen в размере 1,4 млрд долларов составила около 11,5 млрд долларов, как сообщили в пресс-релизе нидерландской компании. За каждую акцию Thermo Fisher Scientific согласилась заплатить 39 евро, что на 23 % превышало стоимость бумаг Qiagen на момент закрытия рынка 2 марта. По данным издания Bloomberg, покупка Qiagen стала одной крупнейшей для Thermo Fisher после того, как компания потратила 13,6 млрд долларов на развитие ДНК-тестирования в Life Technologies Corp, в 2014 г. Тесты на коронавирус, которые выпускает Qiagen, используются в больницах КНР и в Франции, с их помощью, со слов пресс-службы компании, заболевание можно диагностировать примерно в течение часа. Акции Qiagen выросли в цене на 20,5 % на торгах во Франкфурте 3 марта того же 2020 года, а за предшествующий год их стоимость выросла на 10,4 %. Заметьте, эта гигантская сделка произошла еще до того, как ВОЗ (Всемирная организация здравоохранения) объявила 11 марта Ковид-19 всемирной пандемией. Крупнейшими акционерами Thermo Fisher являются также гигантские хеджфонды Black Rock и Vanguard, которые владеют крупнейшими пакетами акций практически всех мировых фирм, а также перекрестно, акциями друг друга. Примечательно также, что в один день — начало эпидемии в Китае по официальной версии — 31 декабря 2019 года (о чем в тот момент еще не было известно за пределами Китая) 3 фонда, Темасек (Сингапурский суверенный фонд), Morgan Stanley и ENSIGN PEAK ADVISORS, INC., приобрели 1,5 миллиона акций Thermo Fisher и по 1,1 миллиона соответственно.
Вскоре после того, как Дональд Трамп 13 марта 2020 года объявил пандемию коронавируса чрезвычайной ситуацией в стране, Thermo Fisher был кратко упомянут на пресс-конференции, проведенной президентом, который рассказал о расширении производства компании.
«Я также хотел бы поблагодарить Thermo Fisher, — сказал Трамп. — Цель FDA (Агентство по надзору за оборотом лекарств и продовольственных товаров) состоит в том, чтобы, как мы надеемся, авторизовать их заявку в течение 24 часов — она пройдет очень быстро, что дополнительно принесет 1,4 миллиона тестов на следующей неделе и 5 миллионов в течение месяца». Еще 22 января 2020 года стоимость акций Thermo Fisher была на пике и составляла 340 $. Подчеркиваю, что в конце января, судя по риторике СМИ и мировых лидеров, Ковид-19 рассматривался, как локальная китайская эпидемия, в то время как крупные финансовые институты задолго до первого официального объявления о заболевании в Китае, уже активно инвестировали в фирмы, производящие ПЦР-тесты. Идем далее по списку крупнейших производителей тестов на коронавирус в США — LabCorp, Danacher, Roche Diagnostics, bioMerieux — и в нем мы наблюдаем ту же картину и тех же крупнейших институциональных держателей акций. Последняя покупка года в 341 000 акций была произведена в тот же сакральный день — 31 декабря 2019 года. Четвертым по списку производителем ПЦР-тестов Hologic 31 декабря 2019 года были приобретены 6 миллионов акций. По третьему в списке производителю Cepheid я не нашел данных за 2019 год, только за 2016 и 2017 гг., где встретились все те же знакомые «лица».
На первый взгляд могло бы показаться, что финансовые рынки и инвесторы просто реагировали на развивающиеся тренды, что называется, держа нос по ветру. На самом же деле, ни одна из подобных компаний не пойдет на финансовые риски, не видя отчетливых тенденций на долгосрочное развитие санитарного кризиса либо не получив гарантий от государства, что подобные инвестиции будут оправданными, что мы и наблюдали в течение последних 2,5 лет. Мы уже могли наблюдать прецеденты за прошедшие несколько десятков лет, когда мировое сообщество пугали то эпидемией свиного гриппа, то атипичной пневмонией, то эболой или MERS (Ближневосточный респираторный синдром). В некоторых из этих случаев при массированной поддержке ведущих СМИ были сделаны серьезные попытки инвестиций в вакцины, но, как правило, финансово они себя не оправдали. По крайней мере, так выглядела кампания продвижения вакцины против свиного гриппа в 60-е годы, что выявило слабый интерес населения, даже несмотря на подключение к ней голливудских знаменитостей. К тому же в некоторых ведущих мировых СМИ позволялись передачи, разоблачающие махинации фармацевтических компаний. Примером тому служит знаменитое журналистское расследование Майка Уолласа в передаче «60 минут» 1976 года, где сообщалось о том, что тысячи американцев пострадали от проблем из-за вакцины против свиного гриппа, которую продвигало правительство США. Сейчас подобные передачи на центральных каналах телевидения в развитых, да и каких-либо других странах просто невообразимы. В случае с последующими крупными медийными попытками побудить население покупать те или иные препараты против реальных или воображаемых угроз увенчивались только частичным успехом. Это свидетельствует о том, что фармацевтические компании и стоящие за ними финансовые институты совершали попытки грандиозного обогащения, как всегда, играя на массовых страхах, поддерживаемых СМИ, но без твердых гарантий мировых правительств на силовое и законодательное обеспечение. 2020 год стал первым в новейшей истории годом, когда финансовые интересы сошлись с планами социальной инженерии общества, выработанных элитами, когда через надгосударственные органы, прежде всего ВОЗ, МВФ (Международный валютный фонд), ООН, GAVI (вакцинный альянс, созданный при поддержке Билла Гейтса), а также большинство национальных правительств был достигнут консенсус о координации действий.
 
Первое сообщение о неизвестном вирусе в Китае произошло на тот момент, когда на мировых фондовых биржах акции транснациональных корпораций имели наивысшую цену из-за того, что миллионы граждан, инвестировав в ценные бумаги, создали ситуацию перекупленности активов, что стало сигнализировать о развороте восходящего тренда и коррекции в обратную сторону. Крупные инвесторы выжидали три недели перед продажей акций. Поводом служила уже не инсайдерская информация, а сообщения о распространяющейся инфекции. Формально сделка происходила уже после объявления о заболевании «новым коронавирусом», и следовательно, власти не смогут юридически квалифицировать данные сделки «инсайдерскими». После обвала цен крупные инвесторы закрыли сделки на продажу, получив всю разницу между капитализацией ценных бумаг. Так происходило с акциями множества компаний на финансовом рынке, даже тех, которые не имели отношения непосредственно к извлечению прибыли от самой эпидемической ситуации. Например, акции Apple 29.12.2019 года находились на пике — 297,43 долларов США. Примерно через два месяца, когда в Китае уже появились первые сообщения о вспышках неизвестной ранее болезни, началось обрушение цен, и к 23 марта 2020 года цена акции Apple дошла до минимума — 224,37 долларов США. Капитализация Apple 20.02.2020 года составляла 1,4 трлн, долларов США, а 23 марта на минимальном экстремуме она упала до 0,98 трлн, долларов США. Огромная разница между капитализацией компании 420 млрд долларов США перешла к институциональным инвесторам — крупным международным брокерам и банкам, которые открыли сделки на продажу в начале разворота тренда, зафиксировав прибыль и выкупив активы, когда нисходящая тенденция закончилась. Такие же трюки были проделаны с акциями и других крупных компаний, и не стоит повторять, что институциональные инвесторы у них всех почти всегда одни и те же — Black Rock,Vanguard и еще около десятка «обычных подозреваемых», за которыми скрываются одни и те же имена богатейших людей планеты. COVID-19 возник во время «перекупленности» ценных бумаг на мировых биржах в точке их ценовых экстремумов. Сообщения о распространении инфекции послужили предлогом для разворота восходящих трендов. Мелкие частные инвесторы, купившие акции за их максимальную цену, закрыли сделки с отрицательной вариационной маржой в результате падения цен. Гигантская разница в капитализациях ценных бумаг досталась исключительно крупным инвесторам.