Секреты в тумане
«Палачи ничего не закрывают после обыска», – раздался в моей голове голос вернувшегося Ночного Кошмара. «Значит, этот сейф почему-то пропустили, что странно. О взломе попроси своего декана, он точно справится и никому не скажет. Могу я тоже кое-о-чем тебя попросить?»
«Конечно», – сразу согласилась я. Несмотря ни на что, темным гончим я доверяла, насколько это возможно.
«Если внутри окажется подтверждение махинаций Артура Ферроу или что-то из коллекционируемых им сведений о других людях, расскажи мне».
«Могу даже совсем отдать», – легко согласилась я. Лезть в политику я не собиралась ни при каких условиях, так что ничего, собранного моим отцом, мне не было нужно. Разве что почитаю сначала сама, чтобы знать, от кого стоит ждать подвоха. Темные гончие в любом случае распорядятся этими сведениями лучше, чем я. Ночной Кошмар тихо хихикнула.
«Правильная мысль, информация – это сила. Чем больше ты знаешь о тех, кто тебя окружает, тем больше у тебя шансов избежать ловушек. Прятать голову в песок и закрывать глаза – не лучшая тактика».
Связь с Ночным Кошмаром оборвалась, а я добавила в свой список пятый пункт – попросить декана Лероя вскрыть сейф в кабинете. Вот уж к кому я бы ни за что не догадалась обратиться!
*
К вечеру воскресенья у меня были готовы ответы к двум из трех экзаменов и два паука, которые бегали по всем поверхностям наперегонки. Калеб, смена которого в последний день недели была всего до полуночи – даже заядлым игрокам и выпивохам в понедельник вставать на работу – увидев второго «питомца», с горящими от восторга глазами стал носиться за ним по дому, пытаясь поймать. Пауки проявляли чудеса изворотливости и в руки оборотню не давались, заставляя того радоваться еще сильнее. Калебу однако я механическое чудовище пока не отдала – мне еще предстояло показать паука мастерам и доделать артефактную составляющую. Друг не расстроился, передал мне ягодные пироги, собранные заботливой женой владельца игорного дома, ухватился за написанные для него билеты и устроился в гостиной учить. Возвращаться в общежитие оборотень сегодня не собирался, чему я втайне порадовалась. После убийства в «Пьяном лобстере» беспокойство за друга утихало, только когда он был у меня перед глазами.
– А что за сейф? – неожиданно поинтересовался Калеб, разглядывая затесавшийся среди бумаг мой список дел.
– Да тот, в кабинете, – отмахнулась я, а друг непонимающе посмотрел на меня.
– Фай, ты не перезанималась? – оборотень смотрел на меня как на душевнобольную. – Мы все стены простучали, там нет ничего!
– Как это нет? – я же только вчера на этот сейф смотрела! – Мы с тобой его чем только не пытались открыть!
– Фай, там ничего не было. Кабинет пуст, – в голосе друга прорезалось беспокойство, а я сама на секунду усомнилась – а был ли сейф?
– Пойдем посмотрим? – предложила я. Неожиданная забывчивость оборотня мне не понравилась. Я воспоминания ему не стирала, Ночному Кошмару это ни к чему, а других менталистов ни я, ни она не знали. Тогда почему я про сейф помню, а Калеб – нет?
Мы поднялись наверх, и я отодвинула деревяную панель, за которой скрывалась пронизанная магической защитой стальная дверца.
– Хм, – Калеб даже пальцем потыкал, убеждаясь, что это не иллюзия, и пятерней взъерошил и так лохматые волосы на затылке. – Точно, сейф. И мы действительно целый день пытались его вскрыть. Не понимаю, как я мог о нем забыть?
Зато я, кажется, начала догадываться, в чем причина невнимательности и Калеба, и палачей.
– Скажи, мы за пределами комнаты этот тайник когда-нибудь обсуждали?
– Вроде, нет, – задумался оборотень.
– И мне так кажется, – согласилась я, хотя воспоминания уже не казались надежными. – Давай спустимся и проверим, будешь ли ты помнить о нем?
Подготовка к экзаменам была отложена до лучших времен. Мы вернулись в гостиную, и как только Калеб устроился на своем месте, я спросила: – Ты помнишь, зачем мы ходили в кабинет?
– Конечно, помню, – усмехнулся друг и помахал листочком с моим списком. – Сейф искали. Я же говорил, ты просто перезанималась. Нельзя так погружаться в учебу!
Я постучала пальцами по подлокотнику кресла. Так я и думала.
– А ведь мы его нашли.
– Фай, – в глазах оборотня читалось отчетливое желание покрутить пальцем у виска. – Мы только что оттуда. Я мог забыть, что было в позапрошлом месяце, но мы с тобой ходили в кабинет минуту назад!
– Вот именно, – согласилась я. – Пойдем снова посмотрим? Пожалуйста, в последний раз. Потом я все объясню, – пообещала я, хотя у меня не было уверенности, что объяснения друг тоже не забудет.
Наверх мы поднялись в молчании – я надеялась поймать момент, когда Калеб вспомнит о сейфе. Оказалось, пока я не уберу фальш-панель и не покажу мерцающую от наложенных чар дверцу, воспоминания не возвращаются.
– Твоих рук дело? – с надеждой поинтересовался оборотень, когда понял, что уже дважды умудрился забыть о найденном нами тайнике, и, если первый раз еще можно было списать на дырявую студенческую память, второй явно указывал на постороннее вмешательство. Я покачала головой.
– Напиши, что видел сейф и что забываешь о нем за пределами комнаты, – попросила я, указав другу на стол. – Иначе, боюсь, ты так и не поверишь мне до конца, когда я снова буду об этом рассказывать.
Калеб послушно сделал запись, отметив заодно дату и время. Я спрятала записку в карман. В гостиной я вновь задала тот же вопрос: – Ты помнишь, зачем мы ходили в кабинет?
– Искали привидевшийся тебе сейф, – друг закинул ногу на ногу и потянулся за билетами.
– Тогда почему мы делали это дважды? – оборотень задумался, а я потянула ему записку. Калеб вчитался в текст, нахмурился, посмотрел на меня. Подумал, прочитал еще раз, сверил время с большими напольными часами.
– Если ты решила тренировать на мне свой дар, отложи до окончания сессии, пожалуйста. Будет обидно забыть только что выученные билеты, если ты случайно ошибешься, – совершенно спокойно, будто я каждый день только и делаю, что стираю ему память, попросил друг.
– Это не я, – я тоже оглянулась на часы, запоминая время. Посмотрим, забудет ли Калеб о тайнике, если я расскажу о нем за пределами комнаты, и если да, то через сколько. – Несколько месяцев назад мы с тобой закончили выносить мебель с третьего этажа и принялись искать тайники. Один такой мы нашли – в кабинете за стенными панелями оказался очень старый сейф с мудреной магической защитой, которую мы, несмотря на все усилия, так и не смогли обойти. Мы устали и решили попытать удачу в другой раз, возможно, найти специалиста по взлому, и покинули кабинет. А дальше, насколько я понимаю, ты перестал о сейфе помнить, а я перестала о нем вспоминать.
– Разве это не одно и то же? – поинтересовался друг. Я снова мотнула головой.
– Тебя удивила моя запись о том, что нужно вскрыть сейф. Стоит тебе покинуть комнату, и ты забываешь о существовании тайника. Меня же твой вопрос не удивил – я не забыла о том, что нас ждет закрытый сейф, но ты можешь поверить, чтобы за столько месяцев я ни разу не напомнила, что мы собирались его вскрыть? На меня защита тайника тоже действует, хоть и намного слабее. Я помню о существовании сейфа, но за пределами кабинета мне приходится сосредоточиться, чтобы не забыть о своем к нему интересе.
– То есть там в защите что-то ваше, ментальное? – уловил мою мысль Калеб. Я украдкой выдохнула – до последнего боялась, что чары тайника повлияют и на доверие между нами, и я не смогу убедить друга, что сейф все-таки существует.
– Никогда о подобном не слышала, но очень похоже, – согласилась я. – Сейф можно увидеть и потрогать, но по мере удаления от него ты забываешь о его существовании. Даже не блок, а очень аккуратное размытие памяти, которое исчезает, как только ты вновь оказываешься рядом с тайником.
– А ты помнишь, потому что ментальный маг, и твою защиту чары сейфа не пробивают? – задумчиво протянул оборотень.