Разбитые острова

– И то хорошо. Другого шанса удержать их у нас все равно нет.
Блават взбежала по лестнице к себе. Рандур и Эйр ждали, стоя у окна и наблюдая за бандитами внизу, а солдаты продолжали баррикадировать проходы.
Пару минут спустя что-то просвистело мимо них и грохнуло прямо над толпой головорезов, словно петарда.
Глядя сверху, трудно было сказать наверняка, что произошло, но движение толпы явно замедлилось. Человек на помосте бродил теперь из конца в конец, мучительно медленно переставляя ноги, и выглядело это даже забавно. Понимал ли он сам, что его замедлили? Рандур не знал ответа.
– Вот так, – выдохнула у него за плечом Блават, запыхавшись от бега. – Дело сделано.
– Спасибо, – сказала ей Эйр. – А оно на всех подействовало?
– Нет, только на тех, кто во дворе.
– Значит, неприятности еще предстоят, – проворчал Рандур. – Что ж, теперь у нас хотя бы есть еще время – лучшего оружия нам и не нужно. Думаю, нам надо продолжать баррикадировать входы и ставить ловушки везде, где можно, до самой крыши. Наверху есть еда. Мы сможем выдержать большую осаду. Главное, не дать им добраться до нас, и тогда победа, можно сказать, у нас в кармане.
– Согласна, – кивнула Эйр. – Мы их пересидим. И дождемся возвращения командующего. Но… – тут она перешла на шепот, – как же Рика?
– Она высоко. Мы подумаем о ней, когда – и если – придется.
 
Глава тридцать первая
 
На обратном пути их атаковали еще несколько раз. Завывали сирены. Поднимались по тревоге войска. Солдаты в доспехах преграждали улицу, так что приходилось поднимать повыше Ос, чтобы пролететь над ними. Артемизия достала и раздавила еще один причудливый кристалл; его защитных сил хватило, чтобы оградить их от мелких взрывов, а брошенные в них снаряды отскакивали назад, к тем, кто их послал, внося сумятицу в ряды вражеских солдат.
Спустившись ниже, они продолжали нестись над сетью дорог.
Хотя править Осой одной рукой было неудобно, Бринд все же обнажил меч и сделал своим людям знак последовать его примеру. Теперь они выстроились в колонну по пятеро, для большего устрашения; чужие воины бросались на них со всех сторон, но у них не было шансов – Бринд мечом рубил и колол их направо и налево, а потом еще бросал Осу на таран. Убедившись, что насекомое под ним прекрасно чувствует себя в рукопашной, он отдал приказ гвардейцам последовать его примеру.
Теперь стоило ему заметить вблизи вражеских солдат, как он наезжал на них своим воздушным скакуном, ведя его на высоте плеча взрослого человека: так сбитые с ног враги падали на землю, а не взлетали в воздух. У многих от удара начинала идти ртом кровь.
Заметив останки металлического дракона, Бринд понял, что они достигли места, где на землю упали трое его солдат; он снизился и закружил над землей, высматривая их, но было уже поздно.
Артемизия знаком скомандовала продолжать путь. И снова они понеслись над дорогами, возвращаясь по своим следам; мимо пролетали люди, дома, военные заставы, со всех сторон свистели снаряды, но они мчались, не сбавляя скорости, так, чтобы никто и ничто не могло их остановить.
Вдруг впереди возникло белое сияние.
Они неслись прямо к нему.
Вот дерьмо. Замелькали стены, темные и светлые участки на них чередовались с такой скоростью, что казалось, они подмигивают. Что это было?
Бринд пригнулся к Осе как можно ниже и мысленно отдал ей приказ лететь еще быстрее, туда, где виднелся свет.
Белизна нахлынула со всех сторон. Открылось небо. Ветер хлестнул в лицо. На секунду он даже забыл, что надо дышать, и буквально заставил себя набрать побольше воздуха. Площадка вдруг ушла из-под него, его Оса начала падать под головокружительным углом, однако вскоре выровнялась. Они по-прежнему не сбавляли скорости; Бринд все так же боялся оглянуться. Что-то рвалось и грохотало за его спиной; заставив себя обернуться, он увидел рядом не больше полудюжины солдат. Поликарос мигал, то исчезая, то снова становясь видимым.
Все случилось внезапно. Только что гигантский летучий остров был здесь и вдруг сложился, словно его внешние границы обрушились в его же центр, и все вместе перестало существовать. Огромная, заслоняющая горизонт масса материи исчезла, точно поглотив сама себя. И тут ослепительная вспышка сверкнула и пронеслась к горизонту, огненной линией расчертив небо, затем прогудел низкий, словно гром, взрыв. Бринд зажмурился и стал ждать тишины.
 
Когда он наконец открыл глаза, то поднял свою Осу как можно выше и начал описывать дугу, чтобы выяснить, кто еще выжил: Артемизия, один из ее людей, четырнадцать ночных гвардейцев и он сам.
Поликароса не осталось и следа. Пространство, занятое им прежде, казалось теперь огромной зияющей дырой, в которой кружились разрозненные существа и предметы, утратившие, однако, всякое значение и силу. Один за другим они бесцельно начали опускаться на землю.
Артемизия повела свой отряд прочь, туда, где им не грозила опасность.
Они забаррикадировались в помещении на верхнем этаже, откуда виден был крепостной двор. Пока обе луны плыли над городом, они наблюдали за вялыми движениями тех, кто находился внизу, и гадали, сколько им потребуется времени, чтобы освободиться. Замедленные люди все еще производили шум, но уже не такой громкий и устрашающий, как раньше; он, скорее, походил на отдаленный успокаивающий рокот волн. Эйр и Рандур решили перекусить и достали хлеба с холодным мясом из кухни. С ними сели двое солдат – больше для компании, чем для защиты. Блават тоже не заставила себя ждать. Рандур исподтишка наблюдал за этой скрытной женщиной, которая сыграла важную роль в обороне города от окунов – событии, казавшемся теперь таким далеким, словно оно отошло в область легенд и преданий. Ему мнилось, что она нервничает: женщина крошила свой хлеб и глотала его маленькими кусочками. Поев, она сразу же ушла.
– Она так много времени проводит одна, – заговорила Эйр, – что ей, наверное, не по себе здесь, наверху, без своих реликвий.
– Пусть несет их сюда, – предложил Рандур. – Я не откажусь от чего-нибудь посмертоноснее, когда придет время. Как ты думаешь, сколько нам еще ждать? И что потом предпримут бандиты?
– Когда-нибудь им надоест. Это ведь не организованная военная атака. Вряд ли они подумали о собственных нуждах, что отлично умеет делать наш командующий. Где они будут спать, что есть? Скоро они оголодают и замерзнут и начнут потихоньку разбредаться кто куда.
– Надеюсь, ты права, – покачал головой Рандур и положил в рот еще кусок хлеба.
Им удалось немного поспать, как ни в чем не бывало свернувшись калачиком в том же помещении. Пока они отдыхали, солдаты по очереди отбили несколько атак тех бандитов, на кого по какой-то причине не подействовала магия; но их было не много, и они были изрядно напуганы тем, что происходило с их товарищами. Магии оказалось достаточно, чтобы прогнать самых робких. Подкрепление, которое подоспело к крепости для участия в восстании, заглянув сквозь пробоину в воротах во внутренний двор, тоже остановилось, потрясенное открывшейся там картиной.
Светало; первые, еще неяркие солнечные лучи окрасили мир в цвета крови. Рандура разбудил шум: это освободились из ловушки замедленного времени бандиты. Их крики нарастали. Люди метались по двору, точно их покусали пчелы. Казалось, они пытаются сообразить, где они и что делают. Вряд ли в ближайшее время от них следовало ожидать той же агрессии, что и раньше.
– Наверное, они надеялись к утру уже быть внутри крепости, – предположил Рандур.
– Что-то они не так активны, как вчера, – заметила Эйр. – Может, устали?
Один из солдат вошел и доложил, что ночью ничего не произошло и следующий уровень цитадели взят не был.
– Что ж, остается только ждать, – заключил Рандур.
– Куда ты пойдешь? – спросила Джеза у Корена, который стоял перед ней с чемоданом в руке и мешком реликвий за плечами.