Разбитые острова

Их дракон вскинулся на дыбы. Между стеной и дверью мелькнула щелочка света, которая тут же превратилась в огромный светящийся квадрат; внутрь ворвался ветер, дракон выровнял полет, и они увидели чудовищную цель своего путешествия.
Артемизия что-то крикнула. Ее дракон вылетел из клетки наружу, Скорбные Осы – за ним.
Они штопором ввинчивались в небо – Артемизия на драконе впереди, за ней ночные гвардейцы на насекомых, ветер бил и трепал их со всех сторон. Бринд изо всех сил старался понять, что происходит вокруг: в облаках на разном расстоянии друг от друга ряды летучих созданий вступали в бой, а под ними черным шрамом на фоне неба висело то, что он поначалу ошибочно принял за землю, – Поликарос, небесный город. Он повернул голову и через плечо увидел, как из других клеток выпархивают еще гвардейцы на Осах и, в сопровождении людей, очень похожих на Артемизию, тоже на драконах, летят за ними. Ветер так ревел в ушах, что заглушал почти все звуки; он не слышал ни лязга мечей, ни стонов умирающих. Это была совсем новая, непривычная для них война.
Прямо над их головами драконы бились с другими существами, во многом похожими на них самих; где-то вдалеке рвались не то бомбы, не то снаряды – Бринд не знал, те ли это бомбы, что использовались при осаде Виллирена, или же что-то более страшное. Под брюхом его Осы тихо покоился фра Меркури.
Артемизия повернула своего дракона влево, и вся группа, описывая в воздухе изящную дугу, потянулась за ней, к Поликаросу. Город стремительно приближался, черный, полный замысловатых деталей. На остриях шпилей сверкали какие-то искры; на разной высоте щетинились колючками огромные постройки; вот платформы, на них уже можно было разглядеть крошечные фигуры, многие из которых стреляли, целясь в небо. На других высились гиганты – возможно, исполинские статуи, – которые тоже смотрели в небо, точно следя за ходом битвы.
Нападающие устремились к изнанке Поликароса, но самого подбрюшья все же не достигли. На одном из нижних уровней, где между строениями зияла порядочная дыра, они притормозили. Артемизия перешла с вертикального полета на горизонтальный, и Бринд дал соответствующую команду своей Осе. Еще один взгляд через плечо – убедиться, что никто не отстал, – и все нырнули в дыру, которая оказалась расположенным рядом с посадочной площадкой входом в Поликарос.
Пролетая над самой площадкой, Бринд позволил себе немного расслабиться, но тут же снова собрался перед встречей с тем, что принесло столько смертей в его мир.
Неправдоподобно высокие стены и дома вокруг уходили в темноту наверху. Кое-где в них светились узкие зеленые и фиолетовые щели – наверное, окна: на той скорости, с которой они неслись, Бринд не успевал ничего разглядеть. Хотя у них и был проводник – Артемизия, – внутри оказалось так темно, что сразу стало ясно: не зря они запоминали маршрут. Зависнув над землей на несколько секунд, они устремились дальше, петляя между домами; их строй изменился так, что Оса Бринда с фра Меркури под брюхом оказалась теперь в середине. Прикрытый со всех сторон ночными гвардейцами, Бринд больше не беспокоился о неожиданном нападении и мог всецело сосредоточиться на наблюдении.
Насколько он мог понять, они летели через жилые кварталы; навстречу им попадались гоминиды, однако не люди и не румели, а также другие, более крупные и толстые экзотические особи, которые издавали совершенно животные звуки. Все они были в панике. Появлялись среди них и группы существ в форме явно военного образца, но поздно – летучий отряд уже успевал скрыться из виду. Когда глаза Бринда привыкли к недостатку света, он стал различать на фоне черной крыши контуры домов – постройки были не ниже сорока этажей каждая.
Шум сзади привлек его внимание к возникшим откуда-то двуногим тварям, которые уже нагоняли их группу, но люди Артемизии тоже заметили их и взяли ситуацию под контроль: в одну минуту они отделились от отряда, повернули назад и, выхватив из ножен громадные мечи, поотрубали преследователям ноги. Бринд слышал их пронзительные крики, но они скоро растворились вдали. И тут же над его головой засвистели направленные в них метательные снаряды – копья и стрелы. Артемизия нащупала у себя на боку какой-то предмет, подняла его в воздух – он оказался небольшой стеклянной сферой – и сдавила так, что он лопнул; облако фосфоресцирующего света тут же окутало их со всех сторон, а все летучие предметы, нацеленные в них, ударялись о его внешнюю границу и бесполезно падали на землю.
 
Группа на бешеной скорости обогнула еще несколько углов, за которыми открылся длинный прямой путь; на ходу все вокруг сливалось в две длинные размытые полосы; только самые дальние здания, к которым лежал их путь, были в фокусе. Если Бринд ничего не перепутал, то лететь им оставалось совсем чуть-чуть, не больше мили.
Жужжание осиных крыльев усыпляло, так что он едва не пропустил следующую атаку: три железных дракона взломали их силовое поле; один из них, похоже, получил при этом сильный удар током и рухнул вниз, утащив за собой остатки их защиты. Два других рассеяли их группу. По меньшей мере двое гвардейцев были выбиты из седла и упали на землю. Бринд устремил взгляд вниз в попытке запомнить место, надеясь, что, может быть, на обратном пути удастся их спасти.
Однако сейчас прекратить полет было не в его власти, оставалось только надеяться, что другие его люди в целости и сохранности продолжают свой путь вместе с ним. Но, бросив взгляд через плечо, он увидел, что лишился правого фланга. Трое его гвардейцев и двойник Артемизии исчезли, как не бывало.
Поредевший отряд тут же перестроился вокруг Бринда и его драгоценного груза. Вдруг где-то зазвонили в колокол. Замелькали огни. Странные тени заплясали на границе света и тьмы. Он не успел понять, что это было. Слишком быстро они неслись. Артемизия, как и обещала, все время держалась впереди, так что приходилось не отставать от провожатой.
 
Глава двадцать девятая
 
– Эх, жаль! – посетовал Малум. Его подручные только что вернулись из гавани, куда ходили, чтобы избавиться от тел – как он и обещал. По какой-то причине сдержать свое слово именно в этой ситуации казалось ему особенно важным. – Славный был парень этот румель, хоть и накрыл нас с поличным. Ну как, тебе понравилось убивать, мальчик?
– Нормально, – отозвался паренек. Но в глаза Малуму так и не поглядел, хотя тот очень старался поймать его взгляд. Парню было восемнадцать лет, он был нервозным, неуверенным в себе, и Малум чуял, что придется выбивать из него эту дурь, причем чем раньше, тем лучше. В свое время парнишка убежал из дому, зарабатывал на жизнь в заштатном бистро на окраине Пустошей, к банде Малума пристал совсем недавно, из страха перед пришельцами, угрожающими их образу жизни.
– Ничего, потом полегчает, – пообещал Малум и отечески приобнял его одной рукой за плечи. – Ты поступил правильно. Твой поступок поможет нашему делу. Ты сделал это ради города – никогда не забывай об этом. Ты – защитник. Тебе этого пока не видно, но ты – участник большой и сложной стратегической игры. Суть каждого отдельного шага может быть тебе не ясна, ведь они становятся понятными только в контексте всей игры. Ты помог нам совершить большой и важный шаг на пути к защите города. Я горжусь тобой. Эй, мы все гордимся, да, парни?
Все, кто был в комнате, вдруг разразились громкими воплями, и Малум пихнул мальчишку в их ряды, чтобы он напитался их энергией.
В общем и целом день прошел не зря, подводил про себя итоги Малум. Несмотря на некоторые сложности вначале, он сумел собрать вполне приличное количество бойцов – около четырех тысяч, этого должно хватить. Особое удовольствие доставляла ему мысль о том, что многие из этих людей могли бы драться на стороне командующего, однако выбрали его. Конечно, в этом сказалась их преданность Виллирену, а не лично ему, Малуму. Просто они хотели видеть свой город свободным от иномирной угрозы и ради этого не боялись пролить кровь.