Разбитые острова

– Узнаете?
– Похоже на наброски гротеска. – Она вернула ему листок. Несмотря на все ее показное безразличие, видно было, как она испугалась. Судя по всему, эта девушка относилась к тем, кто совершенно не умеет врать.
– Его нашли вчера на большом ирене возле порта Ностальжи, кто-то подстроил все так, чтобы всем казалось, будто чудовище забралось туда само и там погибло. Было много крови. А в лапах оно держало мертвого ребенка.
– Оно не могло, гм, этого сделать… – начала Джеза.
– Потому что само было мертвым с самого начала, так? – подсказал Фулкром.
Джеза кивнула.
– Так этот гротеск ваш?
И снова кивок.
– Полагаю, вы его кому-то продали, – продолжал излагать события Фулкром. Судя по тому, как шла беседа, это дело вряд ли станет самым сложным в его карьере.
– Да, верно, но я не могу назвать вам имени покупателя, потому что… потому что я не должна разглашать имена своих клиентов, без конфиденциальности в магическом бизнесе никуда. Мы никогда не говорим о клиентах с посторонними.
– Но вы должны отдавать себе отчет в последствиях вашего умолчания, – предупредил Фулкром, отмечая про себя, что девушка, судя по всему, запугана. – Вряд ли дело ограничится одним инцидентом. За ним могут последовать и другие, причем куда более серьезные, так что командующий поручил мне выяснить, кто это сделал.
– Я ничем не могу вам помочь! – проговорила Джеза дрогнувшим от страха голосом.
– Послушайте. Сотни людей напуганы до полусмерти. В городе могут начаться волнения. Обеспокоенные родители засыпают командующего протестами – они считают, что их дети в опасности.
– Да никакой опасности тут нет – это все подделка! – вырвалось у Джезы.
– А вот это уже не важно – люди на взводе, их используют как слепое орудие. Все, что нам нужно, – это имя, только имя, больше ничего. Никто не узнает, что вы назвали его нам, а вы окажете услугу целому городу.
– Обещайте, что след не поведет ко мне, – попросила она шепотом, и слезы навернулись ей на глаза.
– Слово инквизиции, – уверенно отвечал Фулкром. – А также командующего.
– И что вы уйдете. Я назову вам имя, а вы уйдете. И больше не будете ни о чем меня спрашивать.
Фулкром кивнул.
– Ладно. – Джеза наклонилась к ним и прошептала: – Его зовут Малум. Больше я ничего не знаю.
И она тут же торопливо попрощалась и захлопнула перед ними дверь.
Фулкром и Лан пошли назад, к лошадям.
– Что ж, это было несложно, – сказала Лан.
– Она его боится, этого Малума, – задумчиво произнес Фулкром. – А ведь она дерзкая девчонка, и если она сама создала того монстра, то ее не так легко напугать. Придется разузнать, что он за тип, этот Малум, и что затевает.
Тяжело дыша, Джеза вбежала в кухню и упала на стул, где сидела, прислушиваясь к знакомым шумам фабрики. Глухо урчали машины – реликвии, выдающие магическую энергию; вот раздался гортанный клекот кого-то из созданий. Стараясь отрешиться от всего этого, она спрятала лицо в ладонях и сделала несколько глубоких вдохов.
По лестнице спустился Корен, на щеке у него засохли мелкие брызги крови.
– Слушай, зачем они приходили?
– Я кое-что сделала, и, кажется, напрасно.
– Ты что-то натворила и это привело к нашим дверям инквизицию? Что же такого ты наделала?
– Продала одного из мертвых гротесков.
– Мертвых?
– Тому парню, который хочет таких же страшилищ, как те, что мы делаем для командующего.
– Но это же неплохо. Черт, значит, нам не придется думать о том, что с ними делать.
– Знаю, только он пугал им людей – бросил его на ирене, крови налил и все такое. Похоже, он хотел устроить с его помощью реальные неприятности. Обещай, что никому не скажешь, ладно? – Она чувствовала, что в ее глазах стоят слезы.
Корен подошел ближе, обнял ее одной рукой за плечи и притянул к себе:
– Не бойся. Твой секрет в надежных руках.
– Я не думала, что все так кончится, хотела только заработать для нас еще денег. Но теперь, мне кажется, мы больше не должны иметь с ним дел.
Фулкром и Лан поравнялись с таверной на окраине Старого квартала, пользовавшейся сомнительной репутацией. Это было обветшалое сооружение с облупившейся вывеской, ставень на одном окне висел набекрень, одну стену полностью покрывали граффити, и все же место показалось Фулкрому достаточно оживленным и подходящим для начала расспросов. Войдя, Фулкром с Лан сразу направились к бару.
 
– Пригляди, чтобы никто к нам не привязался, – шепнул он ей, и она понимающе кивнула.
– У меня нож в сапоге, – сказала Лан негромко и оглянулась.
У стойки Фулкрому не сразу, но все же удалось привлечь внимание бармена, высокого тощего человека с седеющими волосами и длинными усами.
– Уделите нам одну минуту, – попросил Фулкром. – Мы новички в этом городе, а нам надо кое-что разузнать.
– Время – деньги, – заявил бармен, вытирая ладони о передник.
Фулкром извлек из кармана пару монет и положил их на стойку:
– Этого хватит?
– Вот это по-нашему! Что ж, добро пожаловать в Виллирен, – сказал бармен, пряча деньги в карман.
– Вообще-то, мы ищем одного человека, старого знакомого.
– Как зовут?
– Малум, – без обиняков отвечал Фулкром.
Лицо бармена сразу помрачнело. Он набрал полную грудь воздуха и выдохнул, явно обдумывая ответ.
– Вы правда его друзья?
– Да, до войны мы немало дел провернули вместе. – Фулкром решил использовать страх бармена против него самого. – А тебе он, похоже, не очень-то нравится? Смотри, как бы я не намекнул ему при встрече, что бармен в таком-то заведении держит на него зуб… вряд ли он сильно обрадуется.
– Нет-нет, не надо ему ничего говорить, пожалуйста. Просто вы не там ищете. В-вам надо на ту сторону Старого квартала, где все красивые дома, за ними.
– Назови таверну, – потребовал Фулкром.
– Попробуйте клуб «Партизан». Только ничего не говорите ему про это место.
– Хорошо. – Фулкром улыбнулся. – Не буду. Спасибо, что уделили нам время.
И Фулкром с Лан, не спеша пройдя сквозь толпу посетителей, вышли на улицу.
– Похоже, этого Малума тут боятся буквально все, – заметил Фулкром. – Тогда непонятно одно: зачем влиятельному человеку, одно имя которого повергает в трепет кого угодно, затевать всю эту закулисную возню на ирене? Что он надеется выиграть таким образом?
– Может, чтобы добиться большей власти? Сначала запугать людей неведомым врагом, а потом делать с ними, что хочет. Разве не то же самое мы постоянно наблюдали в Виллджамуре?
– Запугай и властвуй, – со вздохом произнес Фулкром. – Похоже, так оно есть не только в Виллджамуре, но везде.
Перенеся свои изыскания в Старый квартал, они вскоре обнаружили вход в клуб «Партизан», однако дверь туда оказалась на замке и открылась лишь много позже. Этот район города был куда оживленнее других, да и дома здесь меньше пострадали от военных действий. В нескольких кварталах от них из-за крыш виднелись огромные Ониксовы Крыла. По соседству с клубом работали таверны, магазины и даже один театр.
Дожидаясь, пока откроется клуб, они решили отдохнуть и выпить чаю в большом бистро с полами темного дерева и высокими стрельчатыми окнами. До Фулкрома донесся разговор о происшествии на ирене, и они с Лан стали незаметно прислушиваться в надежде уловить имя Малума, но оно так и не прозвучало. Речь шла по большей части о вполне прозаических делах: проблемах на работе, ссорах с любовниками или любовницами, о разных сплетнях – одним словом, ничего интересного. Зато приятно было посидеть в тепле, за чашкой хорошего чая.
Когда они опять вышли на промозглую улицу, Лан показала на плакат, гвоздями приколоченный к доске объявлений:
– Глянь.
Он посмотрел на заголовок. «Вторжение пришельцев», – вещали жирные черные буквы, с которых из-за дождя уже потекла краска.
– Похоже на приглашение на собрание или что-то вроде.