Новые границы (СИ)

— Ага, если б вся твоя охрана тут была — другое дело, — добавила Света. — А то ты один. У отца много друзей в губернской управе. Вдруг он на помощь кого-то позовёт?
Я посмотрел на Свету, потом на Леру. Возможно, они были правы. Сейчас мной руководила злость, и я мог наделать ошибок. Стоило всё хорошо обдумать и составить чёткий план, а не действовать наобум. В конце концов, у Михаил есть определённое влияние в Нижнем, за него может вступиться местная аристократия, да и у особого отдела возникнут вопросы. Самозащита — это одно, намеренно убийство — другое.
— Хорошо, — согласился я. — Хотите, чтобы я с вами домой поехал? Не вопрос, поеду с вами. Мы на поезд ещё не опоздали?
— Ура! — воскликнула Света и потянула меня за рука. — Тогда пошли быстрее. У нас десять минут.
Я взглянул на циферблат огромных часов на здании вокзала. Действительно, времени мало осталось. Мы быстрым шагом направились к дверям.
— Фу, ну и зрелище. А нельзя было поаккуратнее? — морщилась Света, глядя на куски тел, валяющиеся по всей площади.
— Извини, сестрёнка, я защищал наши жизни, а не организовывал выставку изящных искусств.
— Да уж, магия у тебя — просто жесть! Ты такой сильный стал!
— Ещё бы. Хочешь жить — умей вертеться.
Охрана вокзала и полицейские подозрительно косились на нас, когда мы шли по просторному и почему-то опустевшему помещению к поездам. Но вряд ли кто-то здесь мог доставить нам проблемы. Насколько мне было известно, у обычных полицейских имелись инструкции не связываться с владеющими. В случаях, если надо задержать аристократа, обращались в особый отдел. А особому отделу надо ещё доехать.
— У меня третий вагон, у вас — пятый, — сказал я, когда мы подходили к поезду, который длинной синей змеёй тянулся вдоль перрона. — Быстрее бегите, пока не опоздали.
— А я думала, вместе поедем, — сказала Света.
— Соседние места были распроданы, так что не обессудь. Но мы всегда можем встретиться в вагоне-ресторане.
— А можно к тебе прийти? — спросила Лера.
— Если хочешь, — кивнул я. — Поезд скоро отправится, поторапливаемся. Ах, да, чуть не забыл. Ваши паспорта. А то не пустят.
Я вручил девушкам их документы, которые предусмотрительно прихватил с собой (их привезли из Омска вместе с вещами), а сам подошёл к высокому проводнику в фуражке, стоявшим рядом с открытой дверью третьего вагона, и показал свой паспорт. Мужчина учтиво поздоровался с лёгким поклоном, отметил что-то в своём списке и отвёл меня в мои «апартаменты». В купе было два места, но поскольку я выкупил оба, то мне предстояло ехать в гордом одиночестве, если, конечно, девчонки не захотят составить мне компанию.
Не успел я закинуть на верхнюю полку свой рюкзак, как поезд тронулся. За окном поплыли вначале виды промышленных предприятий и дома, потом — поля и леса. Я немного успокоился, эмоции улеглись. Если задуматься, поездка прошла не так уж и плохо. Света и Лера снова со мной, а Михаил получил отворот-поворот. Кто знает, быть может, папаша всё-таки угомонится после сегодняшнего? Или, наоборот, разозлится ещё сильнее?
Как бы то ни было, я всё больше склонялся к тому, чтобы убить его. Невозможно спокойно жить, зная, что твой враг в любой момент может напасть. И ладно бы только меня это касалось. Но под удар попадут мои близкие. Михаил в достаточной мере показал свой злобный и непримиримый нрав, чтобы я имел веские основания опасаться его. Решение убрать папашу исходило из элементарных соображений безопасности.
Мы с девушками встретились в вагоне-ресторане, и до самой ночи болтали обо всём подряд. Больше всех, как обычно, говорила Света. Вчера мы толком пообщаться не успели, сегодня утром — тоже. Зато теперь сестра оторвалась по полной.
Она жаловалась, что почти два месяца их с Лерой держали взаперти, никуда не выпускали, даже в сад. Не разрешали пользоваться ни компьютером, ни телефоном. За ними следили три охранницы и какая-то злая гувернантка, которая постоянно требовала что-то зубрить, не давая расслабиться. Приходилось весь день книжки читать, причём в основном учебники. В этом отношении Лере было полегче — её хотя бы учиться не заставляли. Пару раз появлялся Ерофей (именно этот гад их и выкрал — я верно догадался), проверял, как дела. Во время своего последнего визита он заявил, будто я погиб в тёмной области. Хотя Света этому не поверила и пыталась убедить Леру, которую новость ужасно огорчила, что это — ложь.
 
Не забыла и сестра расспросить о моих делах. Пришлось рассказать в общих чертах о событиях на границе, точнее уже за границей, куда продвинулись наши войска, и о том, что теперь у императора цель — выйти к Енисею и построить там новый оборонительный рубеж. Моему повышению Света тоже очень обрадовалась.
В вагоне-ресторане было не многолюдно. Вечером зашёл пожилой мужчина, затем появились две семейные пары, уселись за столик неподалёку. Кажется, аристократов в поезде ехало мало. И мы с девушками просидели почти до самой ночи, никому не мешая и общаясь под монотонный стук колёс.
— А где мы будем теперь жить? — вспомнила Света, когда разговор подходил к концу. — Так же в Омске или у тебя дома? Ты же нам взял билеты до Первосибирска. Мы туда едем?
— Верно. Вначале едем в Первосибирска, а потом все вместе — в Омск. Отныне будем жить там.
— А почему? Отец же нас опять найдёт. Может быть, в другое место?
— Во-первых, я два месяца буду в отпуске, а пока вы со мной, вам бояться нечего. А потом, возможно, и проблема исчезнут. Если понимаешь, о чём я. Постараюсь не тянуть с этим.
— Всё равно ничего не понимаю. Почему Омск-то? А что в Первосибирске не так?
Я вздохнул. Не хотел этой темы касаться, но, кажется, придётся объяснять.
— Потому что, Света, в Первосибирске нам… точнее сказать, мне жить опасно. Есть основания думать, что в моё отсутствие тёмных там появляется меньше.
— Это как? Почему? — Света даже не думала прекращать, не добившись всей правды.
— Во время моего прошлого отпуска возникла проблема. Бездны открылись в моих владениях, и тёмные полезли оттуда огромными стаями. Я тогда не стал тебе говорить. А как уехал, всё успокоилось. Они меня ищут. Я для них — враг номер один. Но далеко от границы они, скорее всего, открыть проход не могут. Поэтому я решил переселиться в Омск. Куплю дом или квартиру, там и будем жить. Впрочем, вы можете жить, где хотите. Это мне нельзя рядом с границей торчать, а вам — без разницы.
— Э, нет, я точно с тобой буду, — сказала Света. — Даже не думай. От меня так легко отделаешься. Меня, между прочим, ещё опекать надо целый год.
— И я тоже с тобой, — скромно проговорила Лера.
— Вот и хорошо, — я даже не сомневался, что эти две барышни захотят остаться со мной.
— А почему тёмные тебя ищут? — не унималась сестра.
Пришлось отвечать на сотню вопросов, поскольку Света не успокоилась, пока не разузнала всё в подробностях. А потом ещё и поругала меня за то, что я сразу ничего не сказал, когда проблема только появилась.
Мы разошлись по своим вагонам в двенадцатом часу. Но только я собрался ложиться спать, как постучалась Лера. Она вошла, уселась рядом и прижалась ко мне. Сказала, что скучала и очень волновалась за меня. Очевидно, она собиралась остаться здесь на всю ночь.
— Я тоже беспокоился за вас, — сказал я. — Рад, что мои тревоги оказались напрасны. Содержали вас не в таких уж и плохих условиях.
— Да, я боялась худшего. Но мне всё равно было очень плохо без тебя, особенно когда нам сказали, будто ты погиб, — тихо проговорила Лера, положив мне голову на плечо. — И ещё нас не подпускали к компьютеру. Заняться было совершенно нечем.
— Это проблема, согласен, — улыбнулся я, вспомнив, как сильно моя супруга любит поиграть в компьютерные игры.
— Когда твой отец пришёл, я тоже испугалась. Он был таким злым. Грозился, что убьёт нас, если ты попытаешься нас освободить. Страшный он человек.
— Не, не страшный. Импульсивный, глуповатый, любит скорчить свирепую рожу, но не страшный.