Последний медведь (ЛП)

— Правда, — сказал он. — Итак, если ты не возражаешь, я просто скажу, зачем сюда пришел.
— Пожалуйста, сделай это.
— Позволь мне пригласить тебя куда-нибудь поужинать.
У меня пересохло в горле. Вибрация внизу моего живота распространялась вверх и наружу, пока мое зрение не затуманилось. Если Тревор и почувствовал, что со мной что-то не так, он этого не показал. Он стоял передо мной, сохраняя нейтральное выражение лица. Я сделала медленный, глубокий вдох и улыбнулась ему.
— Я едва знаю тебя.
Он осмелел, перегнувшись через прилавок, Тревор взял меня за руку. Боже, его кожа была горячей на ощупь, обжигая меня. Мои чувства, казалось, подверглись короткому замыканию. Я хотела отвести взгляд. Он заметит перемену в моих глазах. Тревор отстранится от меня, когда краска отхлынет от его лица. И придумает какое-то неуклюжее оправдание тому, что забыл, что ему нужно быть в другом месте. Затем он попрощается с фальшивой улыбкой и уйдет.
Я выпрямила спину, расставив ноги немного шире, как будто готовилась к удару. Это не было бы физически, но я знала, что это произойдет. И дело было не в том, что мне было больно. Я действительно не знала этого парня. Он был красив необузданно, дико, что разогревало мою кровь. Но он был не тем, ради чего я была здесь.
— Что ж, — сказал Тревор.
Я сделала вдох, почти чтобы удержаться от того, чтобы произнести его речь за него.
— Это правда. Но я бы хотел узнать тебя получше, Уна. В этом весь смысл того, чтобы пригласить тебя куда-нибудь поужинать.
— Что?
Я прикусила губу, не собираясь говорить это вслух.
— Я имею в виду. Эм. Конечно.
Боже, я также не собиралась этого говорить. Но, стоя здесь, Тревор не дрогнул. Он не отстранился, когда почувствовал тепло моей кожи под своей. Если мои глаза и изменились, он либо не заметил, либо ему было все равно. Мое сердцебиение стало ровнее.
— Сегодня вечером, — сказал он. — Я заеду за тобой в восемь. Полагаю, Мелани продержит тебя здесь по крайней мере до семи. Просто дай мне свой адрес.
— Что? Нет. Думаю, будет лучше, если я где-нибудь с тобой встречусь.
Тревор наконец отпустил мою руку. Воздух казался холоднее без прикосновения его кожи к моей. Он выпрямился и быстро кивнул мне.
— Хорошо. Бар «ДеНиро», ты его не пропустишь. Он в двух кварталах вниз по улице. Я закажу нам столик.
Он оттолкнулся от прилавка, выпрямляясь во весь рост. Тревор был высоким, уверенным в себе, сильным. Я почувствовала, как моя собственная сила растет. Я чувствовала письмо моей матери в своем заднем кармане джинс. Тревор Скотт возглавлял одну из крупнейших шахтерских бригад на хребте. Кроме того, он, вероятно, знал многих людей и из других бригад. Это было начало. Может быть, я смогла бы найти способ затронуть тему того, почему я на самом деле была здесь.
— Звучит идеально, — сказала я, убирая волосы с глаз.
Колокольчик над дверью зазвенел, когда вошли два новых посетителя. Глаза Тревора заблестели, когда он оглянулся на меня и улыбнулся.
— Тогда увидимся, Уна, — сказал он, выпрямляясь и выходя за дверь.
В восемь пятнадцать у меня чуть не сдали нервы. Не из-за Тревора. Он был добрым, откровенным, почти милым. Просто, кроме Мелани, у меня не было большого количества контактов один на один с другими людьми с тех пор, как я уехала из Сенека-Лейк в Уайлд-Ридж. Посетители «У Малвани» не в счет. Они были там не для того, чтобы узнать меня получше или изучить поближе. Они приходили в магазин с определенной целью и обычно занимались своими делами после того, как заканчивали их. Но это? Поужинать наедине с Тревором Скоттом? Полтора миллиона вещей могут пойти не так.
Я стояла в тени возле главного входа. И не могла видеть Тревора ни в одной из кабинок через окно. Может быть, он передумал. Сделав глубокий вдох, я потянулась к медной ручке на двери и потянула ее на себя.
Дерзкая молодая блондинка стояла на входе. Ее улыбка стала ярче, когда она подняла глаза и увидела меня. Она была хорошенькой. Ясные голубые глаза и две идеальные ямочки на щеках.
 
— Мисс Райан? — спросила она.
Уайлд-Ридж действительно был маленьким городком. Конечно, она уже знала, кто я такая.
— Да.
Прохладный воздух от потолочных вентиляторов коснулся моей обнаженной кожи. Я надела бледно-лавандовое шелковое платье на тонких бретельках и поверх него белый кардиган. Хотя я была на низких каблуках, я была почти на полметра выше девушки. К ее чести, она никак не отреагировала, когда вытянула шею, чтобы встретиться со мной взглядом.
— Мистер Скотт ждет вас за своим столиком. Я провожу вас.
Я перекинула через плечо тонкий ремешок сумочки и последовала за ней. Откинув волосы назад, высоко подняла подбородок, привлекая пристальные взгляды посетителей, сидевших в кабинках вдоль стены. Теперь это была реакция, к которой я больше привыкла. Я заставила себя не смотреть ни на кого из них в ответ.
Тревор сидел в уединенной кабинке в задней части ресторана. Здесь было так темно, помещение освещалось только тусклыми лампочками вдоль потолка и по одной свече на каждом столе. Но даже в относительной темноте глаза Тревора сияли. Он сел прямее, когда увидел меня, его взгляд был почти хищным. О, да, к этому я тоже привыкла. Я начала сомневаться в выборе своего наряда. Хотя платье было скромным, материал облегал меня, как вторая кожа. Я подавила желание потуже натянуть кардиган на грудь.
Девушка сказала что-то приятное, когда я скользнула в кабинку напротив Тревора. Она положила передо мной меню и карту вин.
— Могу я принести вам что-нибудь из напитков? — спросила она.
— О, боюсь, просто воды со льдом, — сказала я. — Еще шесть месяцев до моего двадцать первого дня рождения.
Это вызвало реакцию у Тревора. Его глаза расширились.
— Тебе двадцать? Ты кажешься старше.
Я откинулась на спинку диванчика и сложила руки на коленях, когда официантка вернулась с моей водой. Она быстро ушла, чтобы мы могли просмотреть меню.
— Это из-за моего размера. Люди просто предполагают.
— Что они предполагают о тебе, Уна?
Перед Тревором стояла пивная бутылка с длинным горлышком. Он сделал глоток, и мой взгляд переместился на его губы. Они были полными и влажными, когда он залпом выпил свой напиток. Я наблюдала, как напряглись мускулы на его шее, когда он сглотнул. Каждый сантиметр его тела был сплошными мышцами. Я не могла отрицать, что меня к нему влекло. Кого бы не влекло к такому мужчине? Дело было не только в его чертах лица, хотя они были красивы на уровне модели нижнего белья. Тревор Скотт обладал необузданным магнетизмом и сексуальной привлекательностью, которые казались почти дикими. Он был настоящим мужчиной, и я не могла не представить, как бы он выглядел без рубашки, работая в шахтах.
Он был человеком другого типа, чем те, среди кого я выросла. Мой отец всю свою жизнь был бизнесменом и политиком. Прежде чем все усложнилось, он отправлял меня во все лучшие частные школы. Я гораздо больше привыкла к мужчинам в деловых костюмах, чем к рабочим в рубашках и фланели. Ничто из этого не принесло мне никакой пользы. За все свои двадцать лет я была ровно на трех свиданиях. Я сильно моргнула, отгоняя воспоминание.
— Уна?
Он заглянул мне в лицо, наклонив голову. Я совсем забыла, что он задал мне вопрос.
— Ой. Я просто происхожу из семьи с большим багажом и ожиданиями. Вот и все.
— Так вот почему ты проделала весь этот путь до Уайлд-Риджа? Я имею в виду, я не знаю, откуда ты, но ты, вероятно, выбрала самое отдаленное место, которое смогла найти.
Я колебалась. Во мне было желание просто признаться и рассказать Тревору, кто я такая и что привело меня сюда. Однако инстинкт заставил меня быть осторожной. По причинам, которые я никогда не смогу узнать, мои родители сочли необходимым скрывать правду о моем рождении в течение двадцати лет. Но от чего? В чем бы ни заключался секрет, теперь мне оставалось полагаться только на себя. Ханна и Кормак совершенно ясно дали это понять. Я даже не сказала им, где я. Я попыталась придумать что-нибудь правдоподобное, чтобы рассказать Тревору, что не было бы откровенной ложью, а также было бы достаточно правдиво, чтобы получить информацию, которая мне могла понадобиться.