Край собачьих следов

– Уж очень надо! – она закрыла глаза ладонями. Рикки вышел из реки и закутался во второе полотенце.
– Хорошо все-таки поплавать, – он сел рядом и слегка толкнул ее плечом.
– Да, хорошо, – Эри прислонилась к нему. Луна снова вынырнула из-за облака, и река окрасилась в серебристый свет. Волшебство вернулось.
– Посиди тут немножко, я травы натаскаю, полежим, звездами полюбуемся, – предложил Рикки и отправился обустраивать ложе прямо на берегу.
Эри возражать не стала. Ей было так хорошо и спокойно, что она сама боялась вспугнуть это чувство, а потому ничего не говорила. Ночной воздух становился плотным, обволакивающим. И на мгновение показалось, что никуда не надо ехать, никто ни с кем не воюет, она не сидела в тюрьме, не стояла на эшафоте. И нет в этом мире горя и страданий, а все мертвые живы и находятся рядом.
– Анжела, Корд, – она нашла на небосклоне две звезды, и снова захотелось плакать. Но слез уже не было, на душе стало легко и свободно, как в комнате, из которой вынесли всю мебель. На плечи больше ничего не давило, казалось, что стоит ей встать и взмахнуть руками, как она понесется в фиолетовую высь. Редкое и необычное чувство, простое и загадочное, как лунная дорожка на воде.
– Вот, я все сделал, – тихо позвал Рикки. Эри неохотно встала и переместилась на кучу травы рядом с ним.
– Спасибо тебе, – прошептала она, укладываясь на спину.
– За что? – он вроде бы удивился.
– За это чувство, – она коснулась его руки, и он взял ее ладонь в свою.
Звездный купол нависал прямо над головой, казалось, они лежали напротив самого его центра.
– Это созвездие Воина, – Рикки вытянул указательный палец.
– Где?
– Видишь пять звезд, как пятигранник, – это его щит, а вон те четыре звезды, как крест, – это меч.
– А конь у него есть?
– Нет, коня нет. Но зато есть созвездие Дракона, которого он когда-нибудь победит.
– Когда-нибудь?
– Да, когда наш мир умрет, он превратится в точку, и все-все созвездия сойдутся на поле битвы. А потом из этой точки родится новый мир и новые созвездия.
– И все тогда будут счастливы?
– Непременно, – он повернул голову и ласково улыбнулся.
– Я бы хотела увидеть этот новый мир, – мечтательно сказала Эри.
– Говорят, у рованцев есть легенда, что человек обладает способностью создавать миры. Только он утратил ее в погоне за сомнительными радостями в вечной никому не нужной суете.
– А эльфы не могут создавать миры?
– Не знаю.
– А кто тебе об этом рассказал?
– Анжела.
– Анжела? – удивилась она.
– Да, удивительная была женщина.
– Некоторые в деревне считали, что она не в себе.
– Они просто не видели того, что видела она.
– Например?
– Например, тебя.
Рикки слегка пожал ей руку.
– Не-ет, меня все как раз прекрасно видели, – возразила Эри.
– Они видели кого угодно, только не тебя, поверь мне. Ведьму, эльфа, остроухого дьяволенка, но только не тебя.
– А ты меня видел? – она повернула голову и заглянула ему в глаза.
– Нет, не видел, – Рикки вздохнул. – Иначе не был бы таким дураком. Но меня все время тянуло к тебе. Как магией...
– Да, конечно, – Эри улыбнулась и с наигранным возмущением спросила: – Это ты так пытаешься сказать, что я все-таки ведьма?
– Ты всегда была такой неприступной, такой колючей, – ответил он. – И никогда ведь даже не пыталась опровергнуть те слухи.
– Считаешь, если бы я попыталась умаслить Диану, это бы что-то изменило?
– Вряд ли.
– Нет, изменило бы, – она перевернулась на бок. – Я перестала бы себя уважать.
– А ведь Диана была зла на тебя всерьез, – проговорил Рикки в задумчивости. – Не знаю, правда, почему.
– И я не знаю, – призналась Эри. – Но из всех шадерцев не она обидела меня сильнее всего.
Они снова замолчали. Он глубоко вздохнул.
– Прости меня, – тихо сказал Рикки. – Я тогда струсил. Не выдержал давления. Мне хотелось дружить с тобой, но я побоялся…
Эри подняла на него глаза и, выдохнув, призналась:
– Я устала, Рикки. Больше не хочу думать о прошлом.
– Иди ко мне.
Он обнял ее за плечи, и она положила голову ему на грудь.
 
– Ты сильнее, чем думаешь, – сказал Рикки. – Ты вон сколько выдержала.
– Может быть, – не стала спорить Эри. – Только я больше не хочу быть сильной.
– Тогда отдыхай, – он потрепал ее по мокрым волосам.
Эри закрыла глаза и прислушалась к биению его сердца. На мгновение сознание прорезала мысль, а вдруг Рикки захочет поцеловать ее? А она к этому совершенно не готова.
Но Рикки не стал.
Успокоившись, она не заметила, как крепко заснула.
  
Глава тридцать восьмая – Ответы разума
 
– Эри! – Рикки осторожно потряс ее за плечо.
– Да? Что? – она разлепила веки и посмотрела на него с такой растерянностью, словно не понимая, как они очутились рядом.
– Уже солнце скоро встанет, а вместе с ним и ребята. Иди к ним, а то хватятся, искать будут.
– Угу, – Эри сонно кивнула и, покачиваясь, поднялась на ноги.
Рикки отвернулся, чтобы дать ей возможность одеться. На душе у него было скверно, как с похмелья, и зародилось стойкое чувство, что сейчас он неправ. Эри же слишком хотела спать, чтобы о чем-то думать. Рядом с ним она забыла обо всем на свете и так сразу не могла прийти в себя. Скинув полотенце, она натянула штаны и рубаху и засеменила босиком по мокрой от росы траве к спящим стражам.
Рикки закрыл глаза ладонями и задумался. Какие ребята? Почему он сказал идти к ним? Зачем? Надо было взять ее в охапку и увезти. Неважно куда, лишь бы больше не расставаться. А он слабак и трус. Она проснется и будет жалеть, что плакала на его плече и спала с ним в обнимку. Потому что в ее глазах он снова станет Рыцарем Служения, Охотником и врагом. Он сам отпустил ее на другой берег реки, и теперь от волшебной ночи останутся только воспоминания.
Покачав головой, Рикки поднялся на ноги и торопливо оделся. Собрав полотенца, он побрел на свое место у давно потухшего костра.
***
Когда Эри окончательно проснулась и пришла в себя, ей стало грустно. Ночная сказка с лунным светом, теплой водой и таким родным Рикки закончилась, растворилась как утренний туман. Он сидел напротив, ел, видимо, о чем-то думал. Тоже грустный.
– Как плечо, Рикки, не болит? – поинтересовался Филипп.
– Нет, все нормально.
– Хорошо.
«И все-таки, – думала Эри, – что вчера произошло? Как будто ничего, и в то же время…» Она вспомнила, как тепло и уютно ей с ним было, и по телу пробежала сладкая дрожь.
– Что это с ней? – шепотом спросил Вирт у Кристофера.
Орел только пожал плечами.
Не обращая на них внимания, Эри собирала по крупице воспоминания и искала ответы на новые вопросы. Почему ей сейчас так хорошо, словно она все еще спит? А между тем ведь это Рикки... Рикки, который обещал быть другом и предал, присоединился к остальным из Шадер. Это Рикки, который украл у нее самый первый поцелуй. Это Рикки…
Который защитил ее в Индорфе, отпустил тогда у трактира и во дворце. И еще он приходил в камеру перед казнью, и уже тогда им вместе было уютно. Но теперь у него на плече красовался горностай, и совсем скоро они прибудут в Ровану. И как бы он себя ни вел, он один из них, Рыцарь Служения. И пусть он не участвовал в ее задержании, он допрашивал после.
А может… Эри опустила глаза. В траве маленький жук тащил крошку хлеба к себе в норку. Может, Рикки просто смеется над ней? Нет… или да? Дети вырастают, а игры остаются. Теперь вот сидит напротив, ест и думает, какая она глупая, как легко ее можно обмануть.
Она подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Синие глаза Рикки светились как два фонарика, и было в них что-то мягкое и нежное. Люди не смотрят так на тех, над кем смеются. Кажется, ее щеки начали гореть. А потом он улыбнулся, и она улыбнулась в ответ.