Край собачьих следов

– Ты никогда не хотел завести семью, детей?
– Ну, рано или поздно придется, но пока молод и хорош собой, незачем сковывать себя узами и обязательствами.
– А зачем тогда, по-твоему, люди вообще женятся? – спросила Эри.
– Не знаю, – пожал плечами Вирт. – Наверное, так удобнее. Вместе ведь вообще все делать легче. Да и потом, жена готовит, всегда рядом, как говорится, не надо никуда ходить. Все есть в одном месте.
– И тебе это не нужно?
– Почему же, нужно, просто я еще не встретил свою девушку, – заявил он и сам же рассмеялся.
– Что же выходит, – продолжала расспрашивать Эри, – вы, мужчины, гуляете и наслаждаетесь жизнью, а мы, женщины, сидим дома, готовим еду и занимаемся с детьми?
– У вас такая природа.
– Наверное, – вздохнула Эри, задумавшись.
Сокол окинул ее взглядом.
– Ты хорошая девчонка, – сказал он. – Но я бы на твоем месте не слишком рассчитывал на людей. Вряд ли ты найдешь мужа в этой части Лансии. Кто знает, может, рованцы отпустят тебя к эльфам, и там все сложится.
Эри стало обидно, но она не нашла что возразить. Только теребила гриву лошади и смотрела на свои пальцы.
– Ладно, не бери в голову! – Вирт коснулся ее руки. – Не хотел тебя расстраивать.
– Ничего, все в порядке, – соврала она.
Но больше до самого обеда они не разговаривали.
***
Доминик почувствовал, что проголодался, и решил остановиться на небольшой полянке с ручейком.
– В чем дело? – спросила Антис, показываясь в окошке кареты.
– Сейчас поедим, – лениво бросил он и отправился в лес искать дрова.
Костер Лис соорудил быстро, но готовить ему не хотелось.
– Эй, – позвал он заключенную. – Я вас выпущу, а вы чего-нибудь сделаете на обед, договорились?
– Я? – удивилась Антис и хотела было объяснить этому наглецу, что она, в отличие от него, благородная и заниматься стряпней не приучена, но желание побыть на воздухе перевесило. – Ну, хорошо.
Доминик повернул ключ в замке и распахнул дверь. Приподняв подол платья, Антис спустилась на землю и, не удержавшись, влепила ему пощечину.
– Вы чего? – быстрым движением он схватил ее за запястье.
– Это тебе за Даррена, – бросила она и отвернулась.
– Еще раз так сделаешь, будешь сидеть голодной до самого замка, – жестко сказал Доминик, отпуская ее.
– Не хочу больше руки пачкать о твою немытую рожу, – проговорила Антис и, вскинув голову, зашагала с видом королевы к костру.
– Да кто ты сама такая? – вспылил Лис, – У меня, может, лицо и грязное, зато другие места чище будут.
Она прищурилась и посмотрела на него с презрением. Доминик не унимался:
– Девка, вскружила Тигренку голову, он совсем умом тронулся. На меня твои чары не подействуют, будь уверена.
Антис не стала отвечать, только продолжала жечь его взглядом.
– Ладно, – успокаиваясь, проговорил Доминик. – Ты будешь готовить? Продукты в мешке лежат.
– А не боишься отравиться? – едко заметила она.
– Ты хочешь обратно в карету? – пригрозил он.
Антис смерила его взглядом. Если он захочет, пожалуй, она не отобьется. Значит, выбора все равно нет.
– Будь по-твоему, – решила она, – только не смей больше так со мной разговаривать.
– Ха, она еще условия ставит! – усмехнулся Доминик и добавил с чувством: – Ну и дура же ты!
– Смейся, пока смеется, – ответила Антис, опускаясь рядом с мешком. – Недолго вам всем осталось.
На этот раз Лис возражать не стал, только молча наблюдал за ее неуклюжими попытками что-то приготовить.
– Ой! – пискнула Антис и поднесла порезанный палец ко рту.
– Ты чего? – Доминик присел возле нее.
– Ничего, – она отвернулась.
– Ты совсем не умеешь готовить? – спросил он, смягчившись.
– Опыта мало, – пояснила она уже без прежней гордыни.
– Понятно, тогда давай помогу, – Доминик забрал у нее нож и принялся резать овощи на деревянной дощечке. Получалось у него быстро и ловко, да так, что Антис невольно залюбовалась.
– Готово! – гордо сказал он и покидал все в котелок. – Иди пока руки помой.
Она кивнула и побежала к ручью. Лис с усмешкой посмотрел ей вслед и покачал головой. Интересно, подумалось ему, а Надин хорошо готовит?
 
***
Эри с удовольствием обгладывала куриную ножку. Вот уже целый день прошел, как она в обществе семерых конвоиров, и даже странно, но по-своему ей все это нравилось.
«Во-первых, – говорила себе она, – это лучше, чем в тюрьме. Во-вторых, в лесу лучше, чем в городе. А в-третьих…». Она не решалась даже про себя произнести, что было в-третьих…
– Слушай, Эри, – словно прочитал ее мысли Вирт, – скажи честно, тебе приятно, что вокруг столько смелых красавцев?
– Прекрати, Сокол, – одернул его Кристофер.
– Боишься, что я ей приглянулся, а ты нет? – он широко улыбнулся.
– Нравится надо мной смеяться? – спросила Эри, отрываясь от еды. – Уже забыл, что сам сегодня говорил?
– А что ты ей говорил? – полюбопытствовал Марк Буйвол.
– Давайте поедим спокойно, – предложил Орел, но никто его не слушал.
– Это касается только нас с ней, – ответил Вирт, подмигнув ей. – Правда?
Эри кивнула.
– Я тебе, Сокол, удивляюсь, – Марк хлопнул себя по коленкам. – Нигде не растеряешься!
– Давайте, правда, поедим спокойно, – подал голос Рикки.
– Вот-вот, – сразу поддержал его Орел.
– Ты, глянь, ревнует, – шепнул Сокол на ухо Ворону.
– Не говори глупостей, – Арок покачал головой. – Тебе вообще от этой привычки пора избавляться.
– Эй, не учи тут старших! – Вирт рассмеялся.
– Я вижу, у тебя сегодня прямо-таки отменное настроение, – заметил Орел.
– Чего и тебе желаю, – парировал Сокол.
– Эй, ребят, – заговорил Змей, – а вы вообще не думали когда-нибудь помириться?
– Помириться? – Вирт и Кристофер переглянулись так, словно это никогда раньше не приходило им в голову.
– Да, – продолжил мысль Филипп, – вы же друзьями были когда-то, помните?
– Именно потому, что были друзьями, – пояснил Арок, – они так упорно стремятся друг друга задеть. Знают ведь слабые места, куда и чем бить надо.
– А по-моему, – сказала Эри, – друзья и семья – это самое ценное, что может быть в жизни. Я не знаю, из-за чего вы поссорились, но продолжать – просто глупо. Я бы многое отдала, – говорила она, видя, что все замолчали и слушают, – за то, чтобы мои друзья были сейчас со мной. Еще недавно я их видела и вот так же с ними ссорилась, а теперь я одна. И знай тогда, что произойдет, не стала бы так с ними разговаривать. Неужели вы не боитесь, что однажды уже не сможете поговорить друг с другом? Не сможете даже прощения попросить и так и расстанетесь. Навсегда.
– Во-первых, нельзя говорить так уж сразу навсегда, – возразил Вирт.
– Вообще-то, она права, – поддержал Арок, переводя взгляд то на Сокола, то на Орла.
– О ком ты сейчас говорила? – спросил Рикки.
– О ком? – удивилась она. – О Даррене, об Антис, о Денни и Слэйде. Еще в Ланкасе у меня была подруга, с которой я тоже теперь вряд ли увижусь.
– Странно, – сказал Филипп, глядя на нее, – я смотрю на тебя и на самом деле не верю, что ты могла убить короля.
– Я этого и не делала, – ответила Эри, улыбнувшись.
– Так, хватит! – воскликнул Кристофер, и все вздрогнули. – Ты правильно напомнил, Змей, с кем мы имеем дело. А то смотрю, уже уши развесили. Еще слово, Эриал Найт, и больше милых обедов не будет. Свяжем по рукам и ногам, и рот заткнуть не забудем. Я понятно говорю?
– Вы ошибаетесь, – ответила Эри, – но будь по-вашему.
И она замолчала, принявшись чертить палочкой по земле. Рикки посмотрел на нее, и ему стало грустно. Хотя ее поведение вызывало в нем уважение. Эри не впервой было слышать наговоры и оскорбления, но все это она сносила так спокойно, что казалось, ее ограждает невидимый щит, о который обидные слова просто разбивались. Он так не умел.
– Ну вот, – вздохнул Сокол, – теперь будем молчать и умирать со скуки.