Когда она влюбляется (ЛП)

Струйка жидкости вытекает из меня прямо на его ногу. Мои щеки становятся горячими. — Я собираюсь устроить беспорядок.
Он берет мои запястья и сжимает их одной рукой за моей спиной. Я выгибаю спину, выставляя перед ним свои груди.
Он высовывает язык и вылизывает кружок вокруг одного соска.
— Да, ты такая. Я хочу утонуть в твоих соках, Персик. Когда я подумаю, что ты достаточно набралась, тогда я тебя трахну.
  
Он берет в рот другой сосок и проводит по нему зубами.
Я задыхаюсь от этого ощущения. Мои бедра начинают двигаться сами по себе, моя мокрая киска трется о его ногу взад и вперед.
Его хватка на моих запястьях не ослабевает. — Вот так. Хорошая девочка. Продолжай.
От его похвалы я взлетаю вверх. Мои волосы падают мне на лицо. Я не знаю, кто я. Я не Джемма. Я распутная, жадная тварь, готовая сделать все, что скажет мне этот мужчина.
Я гонюсь за кайфом, чувствуя, что он совсем недосягаем. Моя грудь подпрыгивает, когда я толкаюсь о его бедро, и капли пота стекают по позвоночнику. Ноги болят от напряжения, но я не останавливаюсь.
Взгляд Раса не отрывается от меня.
— Боже, как бы я хотел, чтобы здесь было зеркало, чтобы ты могла увидеть себя, — говорит он. — Как же ты, блядь, этого хочешь. Пусть эта мокрая пизда потечет по мне.
Моя киска сжимается. Боже, я так близко.
— Ты чертовски совершенна, Персик. Ты так хорошо справляешься.
Волна жара прокатывается по мне.
— Правда? — Я задыхаюсь, нуждаясь в его похвале.
— Конечно, это так. Посмотри на себя, ты так стараешься. Ты делаешь беспорядок, детка. Она просачивается сквозь ткань. Я не могу дождаться, когда введу свой член в эту киску. Ты ведь так хорошо его примешь, правда?
— О Боже, — стону я, почти в точке невозврата.
И тут все прекращается. Рас снимает меня с себя, лишая этого изысканного удовольствия.
Это агония. Я всхлипываю. — Что ты...
Он прижимается поцелуем к моим губам и хватает меня за загривок.
— Смотри, — рычит он, заставляя меня посмотреть вниз.
На его бедре большая, мокрая, молочная лужа.
Я должна была бы смутиться. Но все, о чем я могу думать, - это о том, как сильно я хочу, чтобы этот толстый член был внутри меня.
В его взгляде мелькнуло возбуждение. — Черт, у меня нет презерватива.
Я едва успеваю подумать об этом, прежде чем сказать: — Я разберусь с этим позже.
Мы никак не можем остановиться.
Похоже, он придерживается того же мнения, потому что лишь коротко кивает мне, а затем, наконец, снимает штаны, хватает меня за задницу и помогает мне устроиться на кровати.
Он целует меня, оттягивая нижнюю губу. — Вставь мой член в себя. Раз уж ты так хорошо справилась, я позволю тебе задавать темп.
Я обхватываю ладонью его твердый член и прижимаю его к своему вытекающему входу. Может быть, мне следовало бы сейчас нервничать, но я думаю только о том, чтобы получить тот оргазм, который он у меня только что украл.
Возможно, именно этого он и хотел, поняла я. Чтобы я так возбудилась, чтобы все переживания о возможной боли отошли на второй план.
Я опускаюсь на него. Дюйм за дюймом он исчезает во мне, пока не возникает сопротивление. Я останавливаюсь, глубоко дыша, привыкая к его размерам. Он крепко держит меня за бедра. Он весь напряжен.
Наши глаза встречаются. Он почти не дышит. Я думаю, что ему требуется весь его контроль, чтобы оставаться неподвижным.
— Я просто должна это сделать, не так ли?
Он целует меня. Облизывает мою нижнюю губу. — Ты справишься.
Я хватаю его за плечи и одним махом насаживаю себя на него.
Рас шипит, а я задыхаюсь. Боль резкая, но длится всего мгновение. Я втягиваю воздух, мои мышцы дрожат, а сердце колотится в груди.
— Персик, ты в порядке?
— Хорошо, — выдавливаю я, прижимаясь лицом к его шее.
Его руки поглаживают мою поясницу. — Постарайся расслабиться. Ты зажимаешься вокруг меня.
Я замедляю дыхание и концентрируюсь на том, чтобы размять мышцы.
Проходят секунды. Боль почти прошла, вспыхивая лишь по краям, и я неуверенно покачиваю бедрами.
Рас стонет. — Черт.
Он делает неглубокий толчок, встречая мое следующее движение. Я задыхаюсь и нахожу подходящий для себя ритм, насаживаясь на него все увереннее и увереннее.
Я так полна, но это хорошо. Чертовски хорошо.
Рас целует меня, а затем отстраняется, глядя вниз между нами.
— Черт, — бормочет он, глядя, как его член исчезает в моей тугой дырочке. — Это моя девочка, черт возьми.
Он берет меня за задницу, и у меня хватает ума обхватить его ногами, когда он встает. Движение настолько плавное, что кажется, будто я ничего не вешу.
Мы пересекаем комнату. Он прижимает меня спиной к окну от пола до потолка и врезается в меня, на этот раз не сдерживаясь. Я оглядываюсь через плечо и чувствую, как страх смешивается с неистовым наслаждением.
Стекло тонировано так, что никто не видит внутри, но я точно вижу снаружи.
Город расстилается подо мной. Мы на шестьдесят втором этаже.
Зубы Раса сжимаются у меня на горле. Судя по тому, как нарушается его ритм, я думаю, что он уже близок к этому.
Затем он меняет хватку на моих бедрах, попадает в новую точку, и внутри меня вспыхивает пламя.
— Я близко, — говорю я. — Я так близко.
Мои глаза закрываются, и я устремляюсь в небытие.
— Вот и все, — ворчит он, прижимаясь к моей шее. — Боже, детка, вот и все. У тебя все так чертовски хорошо получается. Кончай на мой член.
Все разбивается вдребезги.
Моя киска сжимает Рас снова и снова, каждый спазм заставляет мои пальцы выгибаться, а ноги подрагивать. Я схожу с ума от удовольствия, вцепившись в него, мои ногти вырезают полумесяцы на его мускулистой спине.
Он продолжает делать еще несколько толчков, а затем стонет, изливается в меня и прижимает к себе еще крепче, чем раньше.
Я прижимаюсь лбом к его плечу. Я не знаю, где кончается он и начинаюсь я.
— Черт, — прохрипел он. — Это чудо, что я еще стою на ногах.
Я запускаю пальцы в его волосы и целую его плечо. Слов нет.
В конце концов, он отстраняется и целует меня.
Отводит меня в душ.
Очищает меня.
Укладывает меня в постель.
Все это расплывается в нежной, томной дымке.
Последнее, что я помню перед тем, как потерять сознание, - это как он прижимает меня к своей груди, и его сердце стучит ба-дум, ба-дум, ба-дум по моей щеке.
 ГЛАВА 25 
 ДЖЕММ 
 А 
Когда я просыпаюсь на следующее утро, кровать пуста.
Из гостиной доносятся голоса. Это Рас и Клео, но я не могу разобрать, о чем они говорят.
Я сажусь в постели, замечая легкую боль между ног, и только после этого вспоминаю вчерашний вечер.
Мы с Расом занимались сексом.
И боже, если это было не все, чего я хотела.
Я провожу ладонью по щеке и обхватываю горло, вспоминая, как он меня обнимал.
 Я не жалею об этом. Ни секунды. 
Что бы теперь ни случилось, это того стоило.
Я осторожно перекидываю ноги через край кровати, и мой взгляд падает на прикроватную тумбочку.
На ней лежит коробка. План Б. Должно быть, Рас встал пораньше, чтобы купить его сегодня утром.
На секунду я позволяю себе задуматься, что будет, если я не приму его. Если бы я забеременела от ребенка Раса. В том, что я позволяю своему разуму блуждать в этом разрушительном направлении, есть какое-то извращенное удовольствие, как если бы вы ехали по шоссе и представляли, что произойдет, если вы свернете на встречную полосу.
Это был бы один из способов отменить свадьбу.
 Что бы тогда сделали Рафаэле и Папа? 
Скорее всего, они попытались бы убить Раса.
И, возможно, убьют ребенка.
  
Я вытаскиваю таблетку из упаковки и проглатываю ее насухо.
Натягиваю вчерашнее вечернее платье, выхожу из спальни и застаю Раса и Клео на кухне, пьющих эспрессо.
Его лесные глаза поднимаются на меня.