Когда она влюбляется (ЛП)

Признаюсь, убить его прямо сейчас было бы не очень красиво, но это не значит, что у меня нет соблазна.
Он сует кулак под нос и бросает на меня наглый взгляд. — Значит, ты все-таки стал Расом. Признаться, я думал, что у тебя, как у Раса Казалези, будут более важные дела, чем посещение родственников за границей.
Я ухмыляюсь. Он не может сохранять вежливость рядом со мной больше минуты.
  
Хорошо. Давайте прекратим это дерьмо.
— А чем ты занимаешься в Мессеро? Таскаешь вещи с кузова грузовика? Пристаешь к маленьким магазинчикам за деньги на защиту? Каково это, Нунцио, делать все то же самое, за что ты раньше порицал мою семью?
Отвращение промелькнуло на его лице, но затем он скрыл его холодной ухмылкой.
— Я сделаю все, чтобы моя семья жила здесь лучше, чем в Неаполе. Я знаю, что тебе, наверное, трудно это понять. Ты никогда ни о ком не заботился так, как о себе. Я удивлен, что дон Де Росси доверился тебе. Если бы он знал тебя так, как знаю я, он бы понял, что это лишь вопрос времени, когда ты надуешь его ради собственной выгоды.
Его слова заставили меня вздрогнуть от возмущения. Он не прав. Может, я и был эгоистом, когда Нунцио знал меня, но я изменился. Тогда я был просто гребаным ребенком, которому казалось, что он уже всех разочаровал, так какой смысл стараться? Но теперь я уже не тот ребенок.
Я пообещал себе, что никогда не разочарую Дема, и я не разочаровал.
— Люди меняются, Нунцио.
В другом конце комнаты я замечаю вспышку желтого цвета.
Это Джемма. Я наблюдаю за ней, когда она подходит к Рафаэле. Она протягивает ему руку, и он прижимается к ней губами. Я совершаю ошибку, наблюдая за их взаимодействием слишком долго, и Нунцио замечает это.
Он усмехается.
— Cazzo. Видел бы ты свое лицо сейчас. Тонкость никогда не была твоей сильной стороной. Это невеста Мессеро, Джемма Гарцоло, верно? Ты остановился у них во время своего визита. Позволь мне предположить, что ты провел несколько дней, наблюдая, как она расхаживает по дому, и теперь хочешь ее.
Я сохраняю ровное выражение лица, несмотря на то, что в моем нутре материализуется тяжелый груз. Если бы Дамиано знал, что я уже сделал с Джеммой...
Нунцио ухмыляется.
— Но ты не можешь получить ее. Как история повторяется. Скажи мне… — Он наклоняется к моему уху. — Ты когда-нибудь получал хоть одну вещь, которую действительно хотел? Или все они ускользают от тебя, как это случилось с Сарой?
Ярость, охватившая меня, настолько сильна, что я едва осознаю, что делаю. Я хватаю его за шиворот и стремительно заталкиваю в ближайшую дверь, которая, как оказалось, ведет в небольшой пустой салон.
Он цепляется за мою руку, пытаясь убрать мои пальцы со своей шеи, но моя хватка словно сделана из камня.
Его лицо краснеет.
Когда его веки начинают опускаться, искаженный голос в моей голове вдруг становится ясным.
 Отпусти его. 
Я вырываюсь и бросаю его на пол.
Он сжимает горло и хрипит, пытаясь отдышаться.
Черт. Боль, которую он причинил мне, все еще сильна, как и моя потребность заставить его заплатить, но сейчас не то место и не то время.
Он получит по заслугам.
Я делаю шаг назад, как раз в тот момент, когда в щель двери заглядывает женщина.
Она громко задыхается и вбегает в комнату.
Мое сердце подпрыгивает в горле, когда я вижу, кто это.
Сара.
— Нунцио!
Она проносится мимо меня и падает на колени перед мужчиной, чьи полные ненависти глаза горят в мою сторону.
Прошлое нахлынуло на меня, воспоминания захлестнули с головой.
Я встретил ее через несколько месяцев после того, как Нунцио пытался убить меня на детской площадке. Она сидела одна в кафе по соседству, и когда я проходил мимо нее, она улыбнулась. У нее была красивая улыбка. Добрые глаза цвета неба. Я неловко поздоровался и, набравшись смелости, спросил, могу ли я купить ей еще один эспрессо. Она согласилась.
 Так все и началось. 
Я влюбился сильно и быстро. Она тоже, или, по крайней мере, я так думал. В конце концов, я рассказал ей о Нунцио и о том, что он со мной сделал. Это было пятно на моей жизни, болезненное прошлое, которое заставляло меня чувствовать себя слабым и стыдиться.
Она выслушала. Сочувствовала.
А через несколько месяцев она ушла от меня к нему.
Я моргаю, изучая женщину, в которую она превратилась. Она постарела, но, насколько я могу судить, осталась такой же красивой. Густая подводка для глаз обрамляет ее светло-голубые глаза, а волнистые темные волосы - я когда-то любил эти волосы - каскадом спадают по спине.
Что за жизнь она устроила с Нунцио? Я отказываюсь верить, что такой человек, как он, может быть достойным человеком для окружающих.
— Что случилось? — спрашивает она в панике, потянувшись к его руке. Он отдергивает ее и начинает ковылять обратно.
— Я в порядке, Сара.
Она снова тянется к нему, и он рычит на нее: — Я сказал, что я в порядке.
На ее лице расцветает обида.
Раньше, когда я видел ее боль, я приходил в ярость, но сейчас, когда я смотрю на нее, я ничего не чувствую.
Абсолютно ничего.
Она поворачивает голову и смотрит на меня. — Кто это?
Прошло десять лет с тех пор, как она видела меня в последний раз. Теперь я выгляжу по-другому.
Теперь я другой.
— Никто, — рычит Нунцио, вытирая с себя пыль, но она продолжает смотреть на меня.
Наконец, в ее глазах мелькает узнавание. — Кассио?
Я не отвечаю. Нам больше нечего сказать друг другу, поэтому я отворачиваюсь и выхожу через дверь.
Я все еще пытаюсь взять себя в руки, когда Джемма находит меня у бара. Я уже собираюсь заказать напиток, в котором отчаянно нуждаюсь.
— Эй, куда ты пропал? — Она кладет руку мне на рукав. — Нам нужно поговорить.
— Я знаю. — Я подзываю бармена и заказываю пиво. — Я встречался со старым другом.
— О? Я не знал, что ты знаком с кем-то из команды Мессеро.
— Я не знал, что он работает на Мессеро. Это был... сюрприз.
Она кивает.
— Мне нужно найти Клео и убедиться, что она что-нибудь съест перед тем, как мы пойдем в клуб. Иначе через пятнадцать минут она будет в стельку пьяна.
Краем глаза я вижу, как Нунцио и Сара выходят из комнаты, где я их оставил. Нунцио прижимает ладонь к шее, чтобы скрыть оставленные мной следы.
Его взгляд встречается с моим, яростный и мстительный. В следующий раз, когда мы встретимся, я не уверен, что что-то помешает нам так или иначе покончить с этим.
— Кто это? — спрашивает Джемма.
Бармен протягивает мне пиво, и я подношу его к губам. Нунцио и Сара пробираются сквозь толпу, пока не исчезают. — Никто.
— Что случилось?
Она смотрит на меня с таким чертовски милым и обеспокоенным видом, что мне ужасно хочется наклониться и поцеловать ее.
— Ты когда-нибудь получал хоть одну вещь, которую действительно хотел?
Нет. Потому что после Сары я перестал желать чего-либо для себя. Я не хотел рисковать тем, что у меня есть что-то, что мне дорого, только для того, чтобы кто-то отнял это у меня. Опять же.
Я нашел свое предназначение, служа Дамиано и будучи его правой рукой, но неужели это все, чего я хочу от жизни?
Джемма сжимает брови в ожидании моего ответа.
В конце концов, мы с ней не такие уж разные. Она была предана своей семье, пренебрегая собственными желаниями ради них.
А я... Ну, я посвятил себя Дамиано и его миссии. Мне даже удалось убедить себя, что я обрел счастье в этом.
Но я обманывал себя.
Я не счастлив.
В последний раз, когда я сильно влюбился в женщину, я потерял ее.
И я думаю, что это случится снова.
Потому что я не могу получить Джемму, не разнеся все вдребезги и не пойдя против воли моего дона.
  
 ГЛАВА 22 
 ДЖ 
 ЕММА 
Мы садися ужинать. Что-то не так с Расом сегодня, но я не могу понять, что именно. Он молчит с тех пор, как я нашла его у бара, нахмурив брови в задумчивости.