Злодейский путь!.. Том 5 и Том 6 (СИ)
«Я соврал, когда сказал «всегда»! — мысленно проревел Муан, не отстраняясь и не отступая. — Я не знаю, почему для меня ты и тот Шен — словно два разных человека! Я не хотел ранить тебя этими словами, потому и сказал «всегда»! Но люблю я именно того, кого вижу перед собой сейчас!»
Шен не мог вздохнуть. Потому ли, что его губы были в плену, или из-за руки, которой, забывшись, Муан слишком сильно сжимал его горло. Его широко распахнутые глаза начали слезиться, но боль, терзающая его грудь, отчего-то стала меньше.
Наконец, он собрал силы во все еще чувствующих слабость руках и оттолкнул Муана прочь.
— Ты придурок!
Муан потрясенно и даже несколько испуганно посмотрел на Шена, словно сам не верил, что такое вытворил.
— Ты, ты… — не договорив, Шен приложил руку к шее и быстрым шагом вышел из кабинета и полетел прочь.
«Ты придурок, Муан! — мысленно взвыл он, не обращаясь к мечнику. — Ты придурок! Я ведь тебе поверил! Кого ты любишь, а? ААА! КАКОГО ЧЕРТА, МУАН?!»
Глава 129. Это была хорошая попытка (увы?)
После случившегося Муан ходил чернее тучи. Он никак не ожидал, что Шену удастся настолько вывести его из себя, что он потеряет самоконтроль. Старейшина пика Славы думал, что в последнее время поднаторел в самоконтроле. Однако мало того, что он обещал себе не целовать его, пока не получит взаимности, и не сдержался, так еще вытворил это настолько грубым образом! Этот «поцелуй» более походил на нападение хищного зверя. Муану хотелось провалиться под землю и застрять там навек.
И когда после всех его терзаний единственное, что сказал по поводу этого поцелуя Шен: «Вау, Муан, как ты догадался об этом способе делиться мыслеобразами?», старейшина пика Славы словил себя на мысли, что снова теряет над собой контроль.
Выбежав из кабинета, Шен почти сразу получил сообщение от Системы:
[Получено сюжетное задание «Последний день»! Принято сюжетное задание «Последний день»!]
Только через некоторое время Шен осознал значение ее слов, но отнесся к ним с философским спокойствием. В конце концов, было крайне маловероятно, чтобы он смирился и не попытался прояснить прошлое оригинала, от незнания которого столько раз попадал впросак. Так что получить дополнительные баллы за это только на руку. Но пока ему было несколько не до того, эмоции кипели в груди, а губы все еще пылали. Правда, он совсем не помнил ощущений от самого поцелуя: разум сосредоточился на словах Муана и образах, тело же задыхалось. Мозг просто не смог «обработать» еще и поцелуй.
«Придурочный Муан! Это было совсем не мило! Он не определился, хочет придушить меня или поцеловать? Идиот! Нужно выбирать что-то одно за раз!»
Шен пошел бродить по дворцу зимнего короля. В последнее время ему редко удавалось побыть наедине с самим собой и подумать, постоянно что-то отвлекало. А ему уже жизненно необходимо было просто пройтись и спокойно над всем поразмыслить.
Это место немного напоминало черный замок, тоже каменные стены и пол, тоже мрачные коридоры, но более узкие. Шену стало интересно, как обставлены комнаты. Пусть мебель здесь значительно отличалась по стилю от той, что использовалась в черном замке, он решил взять на заметку несколько дизайнерских идей, ведь давно собирался обставить у себя еще несколько комнат.
Постепенно буря чувств совсем улеглась, и Шен вздохнул с облегчением. После чего решил, что Муан так просто не отделается. Это же надо было такое ляпнуть! Один из немногих людей, в расположении которых именно к себе, а не к оригиналу, Шен не сомневался. И тут такое! Да он чуть было не потерял всю волю к жизни!
«Дурацкий Муан! Не хотел меня ранить?! Я чуть с ума не сошел, знаешь ли!»
В последующее время, пока Шен окончательно не угомонился, к Муану в его мыслях постоянно приплетались эпитеты: придурочный, дурацкий, безмозглый, глупый и т. д. Даже когда он уже не злился, он все еще продолжал бурчать себе под нос ругательства.
Прогуливаясь по дворцу фейри, Шену неким случайным образом удалось выйти в зимний сад. От увиденного он несколько опешил. После слов зимнего короля о том, что в зимнем саду беспорядок, который необходимо убрать, Шен решил, что речь идет о той дыре в полу, которую нужно заделать. Но реальность далеко превзошла ожидания. Весь зимний сад был увит побегами дикой розы, стебли тянулись по земле и по воздуху, цеплялись за другие растения и терновник и расходились в разные стороны подобно шатру, купол которого держал центральный куст, чьи стебли были переплетены столь плотно, что он более походил на дерево. Судя по расположению, основной куст разросся как раз возле той дыры, что проделали они с Алом, и полностью скрыл ее под своими корнями. По всей длине, особенно концентрируясь возле главного куста, на ветвях раскрылись алые розовые бутоны, на которых нежились феи со странным эйфорическим выражением лица.
Шен осмотрелся в поисках Ала. Его настроение становилось несколько приподнятым, когда он думал о встрече с ним. Теперь, когда он тоже получил статус главного героя, у него словно камень с плеч свалился. Теперь Шен ощущал себя и Ала соратниками, эдакими главными героями на пути превратностей сюжета. Это ощущение грело его сердце, и улыбка каждый раз озаряла лицо, когда он думал об этом.
— Учитель! — парень заметил его первым.
Шен обернулся на голос, а Ал подлетел к нему и обнял, спрятав лицо на его груди.
— Я так переживал за вас, учитель!!
Шен, продолжая улыбаться, потрепал его по светлой макушке.
«Хорошо, что он вновь обращается ко мне подобающе, — отметил Шен. — Не хотелось бы отчитывать его и напоминать о субординации. Да и…»
Шен предпочел не думать о той фразе главного героя. Ее эмоциональная тональность была странной, но черт возьми, он же страдал от боли и пытался убедить его бежать. Хотя Алу все равно не стоило произносить ее таким образом. Звучало очень… Кто-то мог превратно ее понять.
Ал отстранился и внимательно посмотрел на Шена. Его взгляд скользнул по багряному наряду, бледной коже и алым губам. Сейчас учитель напоминал одну из тех роз, что окружали их.
— Вы не должны были подвергать свою жизнь опасности из-за меня, учитель!
— Неужели ты думаешь, что с твоим учителем так просто справиться? — наигранно недовольным тоном произнес Шен. — Я очень живучий, чтобы ты знал, и справлялся с куда более сложными ситуациями. Подумаешь, какой-то холодок. Ха-ха. А ты бы точно коньки отбросил!
— Что, простите?
— Тебе нужно больше верить в своего учителя!
— Я беспокоился! Я думал, вы… Думал, из-за меня…
Шен заметил, что Ал собирается раскиснуть, поэтому быстро сменил тему:
— Как твоя рана?
— Остался лишь тонкий шрам, ничего страшно, — Ал опустил голову.
— А что… — Шен обвел взглядом его фигуру и увидел нечто странное на руках. Он наклонился и схватил обе его руки, перевернув ладонями вверх. — Что это такое?!
Руки главного героя были разодраны в мясо и кровь. Это были не просто царапины, на ладонях живого места не было, раны были глубокими.
Шен быстро смекнул, как он мог получить их.
— Ты обрываешь эту лозу голыми руками?! Почему не надел перчатки?! Почему не использовал инструменты!? Этот чертов король фейри не дал их тебе?!
— Нет, я… — подняв, Ал тут же вновь опустил голову. — Я заслужил наказание.
— Ты заслужил хорошую взбучку! В случившемся не было твоей вины, за что ты себя наказывал?!
— Это я виноват, — упрямо повторил Ал.
— Нет, это не так.
— Нет, это так.
— Нет, это не так!
— Даже если вы так говорите…
— Не смей спорить с учителем! — возмутился Шен. — Идем! Нужно немедленно промыть и обработать эти раны.
Шен ухватил его за предплечье и потянул прочь, но затем заметил в стороне колодец. Тогда он пошел туда и, набрав воды, принялся аккуратно промывать раны на руках Ала. В некоторых местах там даже все еще торчали сломанные шипы.