Злодейский путь!.. Том 5 и Том 6 (СИ)

— Испытание пика Духовного щита. Это будет что-то неприятное.
— Если даже ты говоришь так, что нам следует проявить всю серьезность… — Шен обернулся к Алу. — Встретимся завтра утром, приходи к черному замку.
Алу потребовалась вся выдержка, чтобы кивнуть и заставить себя удалиться.
— Какой чай предпочитаешь? — уточнил Муан.
— А какие варианты? — Шен улыбнулся и пошел рядом с ним, направившись в резиденцию пика Славы.
Ал выглядел раздраженным, поднимаясь на крыльцо общежития пика Таящегося ветра, но Лир Тан обратился к нему без излишней церемонности.
— Я сказал старейшине Шену, что тебя не было три дня.
Ал остановился и хмуро глянул на него.
— Мне интересно, зачем тебе было это нужно. Обычно мы стараемся скрывать такие вещи, а не выставлять напоказ.
— Не твоего ума дело, — отозвался парень.
— Надеюсь, ты также сдержишь свое слово. Иди извинись перед Инь.
Ал скривился, словно выпил лимонного сока.
— Сейчас у меня нет настроения. Я выполню обещание, но не надо указывать мне, когда что делать.
Лир Тан наигранно хохотнул.
— И что они все в тебе находят? Ты же такой неприятный тип.
— Может, дело в моем обаянии? — с издевкой предположил Ал и отвернулся. — В любом случае, тот, кто на самом деле имеет значение, не замечает этого, — пробурчал он себе под нос.
  
Глава 119. Струны
 
Шен долго обдумывал предстоящий разговор с Ером. Нельзя было откладывать его еще дольше, требовалось проверить, не разрослась ли Глубинная тьма до невиданных размеров. У него вновь было достаточно сил, чтобы противостоять ей.
Он раз за разом прокручивал в уме подслушанный разговор, которого никогда не было «в реальности». Конечно, детали стерлись со временем, но Система смогла подсказать ему особенно яркие словесные обороты.
«Ты получишь свое тело, как мы и планировали».
«Жалко, что такой красивый план с железной девой полетел к черту, но я вдоволь наслажусь, придумывая новый».
«К демонам мальчишку! Пусть он и обладает силой главного героя, никаких других качеств для звания главным героем не имеет. Способов разобраться с ним — сотни».
«Я заслуживаю это. Именно из-за твоего желания мне приходится влачить существование бестелесной сущности».
Ер все знал с самого начала. Знал даже, почему попал в Глубинную тьму. Прикидывался глупцом, водил Шена за нос. Все это было лишь спектаклем. Зачем?
Шен остановился перед дверями, ведущими в зал Глубинной тьмы, и потер пальцем черную метку на правой ладони. Его голова пухла от необходимости разбираться со всей этой ситуацией, но от того, что он медлил, беспокойство в груди нарастало. Он недавно познал на своей шкуре, к чему приводит пассивность и бездействие: твоей жизнью начинают управлять более деятельные люди.
Нельзя больше откладывать.
— Я чувствую враждебную силу за этими дверями, — произнесла лисица, тихо подкравшаяся к заклинателю.
— Там Глубинная тьма, — не отрывая взгляда от дверей, пояснил Шен. — Не суйтесь к ней, я не знаю, что она способна сделать с духами.
— Но ты собираешься зайти туда!
— Видишь эту метку? — Шен протянул ей ладонь с четырнадцатиконечной черной звездой. — Это моя защита, поэтому я могу заходить туда.
— Где мне найти такую же? — тут же спросила лисица, склонив голову на бок.
Шен улыбнулся.
— Она единственная в своем роде. Это мое проклятье.
— Ты же сказал, что это защита, — запуталась лиса.
Шен задумчиво посмотрел на проклятую метку на своей руке.
— Да, защита. И проклятье тоже.
— Я не понимаю.
— Если бы я сам понимал… было бы проще принимать решения. — Он надолго задумался, уйдя в свои мысли. — Ладно, отойди пока отсюда, — встрепенулся он и поглядел на все еще стоящую рядом лисицу. — Мне нужно поговорить с тем, кто таится внутри.
Лисица с сомнением посмотрела на него, но все же произнесла:
— Хорошо. Я буду ждать в зале чаепитий.
Шен дождался, пока она уйдет, и приоткрыл тяжелые дверные створки. Тут же дыхание его перехватило и он почувствовал покалывание в ладони с печатью. Сделав глубокий вдох, Шен переступил порог залы Глубинной тьмы.
 
Зайдя, Шен почувствовал, будто тьма тут же окружила его. Писака сильно раздался в боках, постепенно подкрадываясь к дверям. Шен понял, что без подавления не обойтись, но памятуя, какой болезненный это процесс, он не хотел начинать с него.
Завидевший заклинателя писака поприветствовал первым. Если так можно назвать его фырканье:
— Ну что, твоя паранойя поутихла? Или явился за «ответами»?
Обиженным тоном Ера Шен совершенно не проникся.
— Явился за ответами, — холодно согласился он. — Предпочтешь сначала ответить на мой вопрос, а затем почувствовать на себе мощь печати, или сначала почувствовать на себе мощь печати, забиться в свою расщелину, а затем ответить на вопрос?
— Ты какой-то злобный! — возмущенно пискнул Ер.
— Думаешь, у меня недостаточно причин?
— Слушай, если у тебя там жизненные трудности, — это не моя вина, ясно? Нечего на мне злость срывать!
Шен пытался вести себя хладнокровно, но после этих слов все-таки задохнулся от возмущения.
— Ах, «жизненные трудности»? Так ты это называешь?? И это никак к тебе не относится?
Не чувствуя подвоха, черное облако согласно махнуло щупальцем.
В следующее мгновение Шен ощутил, что контролировать тьму печати стало сложнее. Да и имеет ли это смысл? Он так зол, что уже не страшится боли.
Шен выставил перед собой ладонь, и из нее вырвался поток энергии, заставивший темное марево в тот же миг попятиться прочь. Давление черной энергии, клубящейся вокруг Шена, стало отступать, Ер заверещал, но не мог сопротивляться этой силе. Он стремительно уменьшался в размерах, залезая обратно в свою расщелину.
Боль пронзила все меридианы Шена, и все же была терпимой. Шен закусил губу, продолжая выплескивать подавляющую энергию. И на сей раз, когда он решил, что достаточно, печать подчинилась — энергия исчезла, вновь упокоившись в его золотом ядре.
Хоть процедура и прошла куда лучше первого раза, Шен с трудом устоял на ногах и почувствовал, как дрожат колени. Под одеждой этого не было заметно, и оставалось лишь делать уверенный вид. Переведя дыхание, он скривил губы в надменной усмешке. Он никогда не был сторонником драк, но сейчас чувствовал удовлетворение от того, что выплеснул накопившийся гнев и вышел победителем. Хотя это трудно было назвать схваткой.
Выждав некоторое время, Ер подал голос из расщелины:
— Успокоился?
— Скажи мне только одну вещь, — попросил Шен.
Пара щупалец заинтригованно поднялись из расщелины.
— Кем был тот человек, подаривший тебе Систему? И насколько сильно он повлиял на сюжет новеллы?
— Это две вещи, — фыркнул Ер. — И даже если я тебе отвечу, ты мне поверишь? Как ты поймешь, что я говорю правду? Ты ко мне негативно настроен — это понятно, что бы я ни сказал — ты не поверишь, и мы вернемся к тому, с чего начали.
«Вот как ты заговорил? — подумал Шен. — Даже голос слегка изменился, когда ты перестал корчить из себя шута».
— Ты никуда из этой расщелины не денешься. Я — единственный, кто может сделать твое существование комфортней. Я знаю, ты ждешь, что явится твой сообщник — но этого не произойдет. Никто не придет и не подкинет тебе тело, в которое ты мог бы вселиться. Можешь и дальше строчить свои новеллы и верить в переселение — это все, что тебе осталось.
Щупальца замерли, в огромной зале стало тихо, как в могиле.
— О чем ты? — наконец произнес Ер.
— Думаю, ты прекрасно понял, о чем я.
Молчание.
— Ты встречался с ним? — выдавил писака.
— Он удостоил меня такой чести. Правда, расстались мы не на доброжелательной ноте.
Снова долгая пауза.
— И вот, что еще будет тебе интересно, — добавил Шен. — Он не придет не потому, что потерял интерес к вашей сделке. Он просто не сможет, потому что его уже нет в этом мире. Он погиб.