Гарри Поттер и его наследие (СИ)

Эр старался не думать. Муфаса так привязался к этой красотке. В конце-концов,
если притащить в Хогвартс еще и фамильяра Темного Лорда, Альбуса точно хватит
удар. Немного посмаковав эту мысль, демон продолжил сборы. Директору еще рано
умирать. Пусть они с Марволо сначала исправят то, что натворили за то время, что
длится их противостояние.
Сигнальные чары сообщили, что Северус прибыл. А Связь уточнила, что в весьма
  
раздраженном состоянии.
– Что случилось, радость моя? Переел сладостей у Альбуса? Или коллеги слишком
бурно выражали восторг по поводу твоего внешнего вида? – поинтересовался демон
за ужином.
– Поттер. Ты умеешь молчать? Хотя у кого я спрашиваю? Ты такой же…
Дальше он ничего не успел сказать, так как Эрри выдернул его из-за стола и
поволок в лабораторию. Внимательно осмотрев мужа магическим зрением, он влил ему
в горло целый кубок ядовито-розового зелья.
– Попустило? – ехидно поинтересовался он у недоуменно моргающего мужа.
– Эр…
– Признал, наконец. Я тебе говорил, чтобы ты не пил и не ел ничего,
предварительно не проверив? Для чего тебе артефакт? И линзы, превращенные мной в
«проявители магии»?
– Я и не ел… – начал было Северус и замер, – только в руках держал…
Кольцо-проявитель нагрелось, и я не пил из чашки. Только ложкой сахар помешивал.
– Значит, ЭТО было нанесено на посуду. Мефисто их дери! Какой силы должно быть
зелье, чтобы через кожу дать такой эффект?!
Быстро проколов мужу палец серебряным ножом, Эр провел серию опытов.
– Ммм, я бы охарактеризовал это зелье, как нечто среднее между зельем подчинения
и повышения внушаемости. Речь шла о Гарри?
– Да, Альбус обеспокоен тем, что никак не удается застать мальчишку врасплох.
Молодец, мол, хорошим был бы аврором, как и его отец…
– Сходство с отцом, значит, «спусковой крючок» твоей ненависти. Похоже на
маггловский гипноз. Жаль, что мы так и не восстановили те затертые участки твоей
памяти. А директор – су… сволочь все-таки. Надеюсь, он тебя не снаряжал за
Поттером?
– Нет. За ним следит весь орден по очереди. Еще Уизли и Грейнджер просто в
трауре. Им сообщили, что Поттер учится за границей в закрытой школе. И связаться
с ним никак нельзя. Видимо, это и будет официальной версией.
– Не удивлен, – задумчиво проговорил демон, – Молли и Артур в курсе настоящего
положения дел?
– Не думаю. Что известно этим двоим, то известно всей рыжей семейке, а там и
всей Великобритании, – язвительно отозвался Северус. – Скучаешь по своим
тупоголовым дружкам? Младшая Уизли-то наверное убивается?
– Ревность? Есть что-то, о чем мне необходимо знать?
Северус иронично изогнул бровь.
– Скажем так. Некто седой и бородатый уверен, что в этом году седьмой курс
Гриффиндора пополнится еще одним студентом. Он из Бобатона переведется. Понятия
не имею, о ком он. А ты?
– Тоже, – усмехнулся демон, – потому как лично я не собираюсь больше жить в этом
дурдоме на колесиках. То ли дело в тиши подземелий, под теплым боком Ужаса и
Летучего Мыша… Кстати, – сменил вдруг тему демон. – Не так уж и неправы были
студенты, называя тебя вампиром и летучей мышью. Во-первых тебе, скорее всего,
будет доступна анимагия вампиров. Летучая мышь – одна из форм. Во-вторых, эти
ночные охотники презирают законы земного тяготения и спокойно могут ходить по
стенам и потолку. Так что ты…
Северус придал лицу то пренеприятное выражение, которое всегда предшествовало
оценке «тролль», с удовольствием выставляемой ненавистному Поттеру:
– Грубим преподавателю? Отработка, Поттер. Всю оставшуюся жизнь.
Эр тут же развернулся к мужу спиной и уперся руками в подлокотники большого
кресла, выставив на обозрение крепкие ягодицы, облитые черной кожей:
– Накажите меня, профессор, я больше так не буду… И меньше – тоже…
– Неужели, Поттер, вы думаете, что вид вашей… пятой точки мне хоть
сколько-нибудь интересен? Особенно, когда ничего не рассмотреть толком.
Демон мурлыкнул, прогнулся в пояснице и заставил исчезнуть всю одежду. Волосы
рассыпались по спине.
– Готов искупить свою вину, сэр. И понести наказание, – смуглая ладонь чуть
оттянула аппетитную половинку в сторону, приоткрывая темный вход.
Северус зарычал. Чертов мальчишка. Брюки уже трещат.
– О, наконец-то вы поняли, что такое послушание, – произнес Северус шелковым
голосом, обычно не предвещавшим нарушителям школьных правил ничего хорошего, –
что бы мне с вами такого сделать, – тонкая кисть мужчины, слегка помяла упругую
ягодицу, – разве что так…
С этими словами мужчина намотал на руку длиннющие волосы своего мужа и припал
губами к его шее. Кусать было нельзя, хоть и очень хотелось. Вторая рука быстро
справилась с застежкой на брюках и направила готовый вот-вот взорваться член
мужчины к вожделенному отверстию. Демон стонал и прогибался все сильнее.
Казалось, что у него не позвоночник, а гибкий прут. Северус, не отпуская
роскошной гривы, толкнулся внутрь. Канал уже увлажнился, готовый принять Нгар.
Горячо. Всегда чертовски горячо и в меру узко… Невозможно, упоительно хорошо…
– Эрри… Ооо, мой хороший, счастье мое…
– Сильнее, Сев. Умоляю… Оооо, чертов Нгар… Как же хорошооо… Еще, еще, Сеееев, не
останавливайся…
Движения становились все яростнее. Удивительно владеющий своим телом демон все
больше сжимал в себе вожделенную плоть своего мужа, сводя его с ума. Вот вторая
изящная ладонь Северуса нашла огромный истекающий смазкой член Эра и начала его
ласкать в такт движениям. Демон жалобно застонал и выгнулся еще сильнее, уложив
затылок на затянутое черной мантией плечо. Северус чуть прикусил смуглую шею и,
сильно вбившись на всю длину, излился с громким стоном, Эр тут же последовал за
ним, щедро орошая несчастное, ни в чем не повинное кресло.
Отдышавшись, Эрри прохрипел:
– Чувствую, я не буду вылезать с отработок, профессор. Повторим? Что-то я не до
конца осознал свою вину…
– Тебя, чудовище, проще выпороть, чем удовлетворить. Испортили кресло…
– Ерунда, – возразил Эр, – не мы для вещей, а вещи – для нас, – но взмахом руки,
все же, уничтожил свидетельство их несдержанности.
Северус улыбнулся в шею своему персональному наваждению:
– Меня ноги не держат, Эрри.
– Тогда – в спальню. Лежать-то ты еще в состоянии?
За что схлопотал звонкий шлепок по заднице. День определенно заканчивался лучше,
чем начинался. К черту директора. К черту педсовет и орден. Ведь у Эрри такая
нежная кожа…
………
Тридцатого августа Эр сопровождал Северуса в Хогвартс. Он обещал, что поможет
переоборудовать личную лабораторию декана Слизерина в школе. Да и еще кое-какие
задумки у него были. Комнаты, где им предстояло жить, его совершенно не
устраивали. Эльфы перенесли весь огромный гардероб когда-то совершенно не
интересовавшегося своим внешним видом мужчины в его апартаменты, и тут
выяснилось, что девать-то его, по сути, некуда.
Эрри взял недовольно нахмурившегося Северуса за обе руки и спросил:
– Вот только честно, Сев. Тебе нравится этот склеп?
– Я не задавался этим вопросом. Дом, в котором я вырос – гораздо хуже.
– Позволь мне… несколько видоизменить это… жилище. Сделаем что-то похожее на
наши комнаты в Замке, – зеленые глаза наполнились предвкушением и надеждой.
– У меня масса дел в школьной кладовой и лаборатории, – протянул Северус.
– Я помогу тебе там, обещаю. Сразу после того, как наведу здесь порядок.
– Ну, светлее или больше эта конура вряд ли станет… – усмехнулся мужчина, – но в
  
остальном… Поступай, как знаешь.
Демон весело хлопнул в ладоши, и крепко обнял мужа.
– И окна можно добавить?