Гарри Поттер и его наследие (СИ)

Демон осторожно высвобождает свой инструмент из тесного плена умопомрачительного тела. И заменяет его сразу двумя пальцами. Смазки внутри достаточно. Секрет выделился, как и было положено.
Северусу было хорошо. Охватившая его жажда требовала только одного – распластаться под этим горячим, сильным телом, принять его, раствориться, перестать существовать отдельно. Магия рвалась из него, находя горячий отклик в Силе его мужа. Мужчина чувствовал, как огненные потоки их Сил сплетаются, как объединенная мощь проникает в него вместе с ласкающими пальцами. Но не с целью раздавить, разорвать. А принимая, признавая равным. Длинные «протуберанцы» демонической магии оплетали тело партнера, наполняя его неведомыми до этого ощущениями – могущества, нужности. Северус ощущал каждый жаркий выдох Эрри, как свой, слышал каждый удар его сердца, шорох каждого волоска. Чувствовал его жгучее, сводящее с ума желание Единения. Призывно раскрывшись еще больше, мужчина уже ничего не опасался – магия наполнила его до краев, грозя выплеснуться страшной, разрушительной волной, если сейчас же, немедленно, Эрри не овладеет им.
  
Демон ощущал давление Силы на партнера. Вытащив из него уже четыре растягивающих узкий вход пальца, он улегся на партнера сверху.
– Аэ, родной мой, не бойся ничего. Потерпи, малыш. Я буду очень нежен, радость моя.
Прижав слишком крупную, несмотря на всю подготовку, головку своего члена к нежному входу, демон легонько, нежно надавил на не успевшее сжаться маленькое колечко мышц. Он до крови закусил губу, чтобы отвлечься от сводящих с ума ощущений. Его Аэ, свет его существования… Сладко… Как сладко он стонет, как выгибается.
– Чшшш, потерпи, прости, родной…
Огромная головка почти вошла. Дальше будет чуть легче. Объединенная магия свернулась смерчем, берущим начало в их постели. Стены старого замка завибрировали. Где-то послышался звон разбившегося стекла.
Демон медленно, нежно вращая бедрами, проталкивался все глубже.
– Дыши, дыши глубже, родной, оооо, какой ты тесный. Горячий, шелковистый… Вседержитель, дай мне сил… Сев, сладкий… Еще чуть-чуть. И будет только хорошо, оооо, как хорошоооо. С ума меня сведешь…
Северус, прижатый к кровати горячим телом, только стонал. Больно, конечно, было. Но совсем не так, как могло бы. При таком-то размере. Магия странным образом компенсировала неудобства, посылая по телу сладкие волны удовольствия.
Эр начал тихонько покачивать бедрами, медленно проникая внутрь такого желанного, такого любимого тела. Это было… не сравнимо ни с чем… Горячий, тугой канал плотно, почти до боли охватывал его страждущий член. Хотелось ворваться, вбить в кровать, заявить свои права, смять это податливое, нежное тело, доверху наполненное сладкой, сводящей с ума, красной, горячей кровью. Нельзя… Потом, когда Северус привыкнет…
Вот. Он внутри. До конца. Дышать. Считать. Что угодно, но дать любимому привыкнуть, не поддаваться безумию.
– Все, уже все, родной. Сейчас станет легче, – шептал он в покрасневшее ушко тяжело дышащего Северуса, который, крепко зажмурившись, все так же комкал простыни. – Прости…
– Я… в порядке, – задушено произнес его партнер. – Думал… будет хуже.
Демон просовывает руку Северусу под бедра, откидывает уже не нужную подушку, и находит его член. Тот, как ни странно, все так же тверд. Сжав у основания, он слегка поглаживает его, нежно проводя по шелковистой налитой головке. Распределив выделившуюся смазку по всей ее поверхности, Эр начинает нежно, медленно ласкать член, перебирать шелковистые безволосые яички.
– Красивый, нежный мой… Люблю… люблю тебя, счастье мое. Ты радость жизни моей…
Северус чуть расслабляется, бушующая магия все так же кружит вокруг них, но они уже этого не замечают. Мужчина делает попытку двинуть бедрами, медленно стаскивая себя с огромного, налитого члена, давая понять, что можно продолжать.
Эр, издав страшный, победный рык, начинает двигаться сам и одновременно ласкать Северуса, который подается ему на встречу.
Сильные, глубокие толчки каждый раз задевают простату. Северус страстно, мучительно стонет, извивается. Поднявшись на четвереньки, он опускает голову на кровать, позволяя демону делать все, что тот хочет.
Эр теряет, стремительно теряет контроль. Долго сдерживаемое, обузданное напряжение, закусывает удила. Толчки становятся длиннее, глубже, яростней. Рука, ласкающая член партнера, движется все быстрее.
– Аэ, радость, жизнь моя, мой родной, мой нежный, прекрасный мальчик! – стонет он, каждый раз входя все глубже, все безумней. Магические потоки все быстрее вращаются, все сильнее лупят по защитному куполу замка, грозя разрушить его и вырваться в большой мир.
Страшно, оглушительно зарычав, демон падает на партнера, вжимает его в кровать и вонзает длиннющие клыки в нежное горло.
Северус кричит от пронзившего его сумасшедшего наслаждения. Мир рушится вокруг, перестает существовать, сожженный безумной вспышкой удовольствия, ослепительного, невозможного счастья, охватившего его. Там, где его касалось тело возлюбленного, кожа горела, тело плавилось, покрываясь испариной. Просто невозможно было ощущать полнее, острее, быть ближе. Кровь кипела, магия в ней бурлила неудержимым потоком.
Эр сошел с ума, он входил и входил в распластанное, покорное, сводящее с ума тело его любимого. «Он мой, мой навсегда», – билось в голове. Сумасшедшее трение нежных стенок, кровь, хлещущая в горло сладким нектаром. Это все слишком. Слишком сильно, слишком хорошо, слишком сладко. Ослепительная, сумасшедшая вспышка, член взрывается глубоко внутри, судорога острейшего наслаждения пронизывает, скручивает. Эр стискивает уже кончившего Северуса в объятьях так, что хрустят ребра.
Магический взрыв, если бы его не поглотил замок, было бы видно, наверное, из космоса. Огромная, оглушительная волна магии ударила в купол и, взорвавшись тысячами тонких нитей, оплела все многострадальное древнее строение, впитываясь в многовековые камни.
Но мужья этого уже не слышали. Те же нити сплели их, связали тысячами невидимых простым людям связей.
Демон, перед тем как отключиться, только и успел, что опуститься рядом, а не прямо сверху на Северуса, и сжать его в собственнических объятиях.
И мир померк для них обоих.
 Глава 29 
* – пусть ненавидят, лишь бы боялись
Северус медленно приходил в себя. Тело охватила такая слабость, что не было никакой возможности сменить положение, даже пальцем было лень шевельнуть. Хотелось только спать. Пить. И есть. И не обязательно в таком порядке. Медленно осознавая положение своего тела в пространстве, он выяснил (не без некоторого труда для затуманенного мозга) что он в постели, и Эрри рядом. Что это его рука перебирает волосы и поглаживает спину. Как хорошо…
Но повернуться, все же, надо. Раз уж Эр в сознании. А он, как барышня… Но это и не мудрено от ТАКОГО. Это был не секс. Даже не любовь. Это было как рождение сверхновой.
– Я знаю, что ты очнулся, не притворяйся, – зазвучал около уха родной, насмешливый голос, – теперь ты понимаешь, что я не зря тебя предупреждал? А хуже всего то, что это только начало.
– Почему «хуже всего»? Есть вещи и похуже, чем предаваться с тобой любви. Пусть даже после этого я не могу пошевелиться. Ты бы перевернул меня, что ли?
Тихое фырканье, и вот уже сильные руки разворачивают Северуса лицом к улыбающемуся… А кто это, кстати?
– А где? – изумленно спрашивает Северус
– Признаки? Убрал, хвала небесам. В постели крылья мне ни к чему. Как и все остальное.
– Волосы не убирай!
  
– И не получится. Как и твой герб на спине. У тебя, кстати, на пояснице тоже появился мой знак.
– У МЕНЯ НА ЗАДНИЦЕ ГЕРБ ПОТТЕРА??!!!!
– Во-первых, не на заднице, а на пояснице. А во-вторых не Поттера, а Абигора. Знак клана воинов – топор перекрещенный с копьем, на фоне щита. И сверху девиз Oderint dum metuant*
– Как символично. Точно мой девиз в Хогвартсе.
– Ага. Я тоже так подумал. Поедим, пока не началось?