Гарри Поттер и его наследие (СИ)

– Ты меня прости…
Рогатая голова поднимается, и изумрудные глаза умоляюще смотрят снизу вверх.
– Чшшш. Я ревнивый чертов дурак. Люблю тебя, – горячие губы покрывают быстрыми поцелуями изящные руки, – люблю, бесконечно, безумно тебя люблю.
– Давай заключим магический брак? – вдруг спросил Северус. – И я буду только твоим. Навсегда.
Демон замер от неожиданности. Снова поднял свои изумительные, полные безумной, страстной надежды, глаза.
  
– Ты серьезно?
– Не имею привычки шутить такими важными вещами. Так ты выйдешь за меня?
– Я… ты же не знаешь, кто я…
– Так скажи мне…
Демон уже собрался было с силами, но тут раздался звон сигнальных чар.
– Камин, который открыт для Дамблдора. Дошли до старикана слухи о твоем триумфальном возвращении из Италии с молодым любовником. Наверняка будет требовать подробности, – зло проговорил Эр. Он был почти готов сознаться. Ну почему чертов старый идиот не мог связаться с Северусом завтра? – Иди уж. Потом поговорим.
Нехотя Северус поднялся и пошел к камину.
Вернувшись буквально через пять минут, он с порога заявил:
– Мне нужно срочно уйти. Экстренное собрание ордена. Поттер пропал. Наверняка отрядят искать этого малолетнего идиота.
Демон замер. Нет, шанс признаться – реальнее некуда. Сейчас или никогда.
– В этом нет необходимости, – медленно проговорил он, поворачиваясь от камина и глядя Северусу прямо в глаза. – Гарри Поттера больше нет. А все то немногое, что от него осталось – перед тобой.
Пришло время Северусу окаменеть. Отмерев и усевшись в кресло, он перевел дух.
– Поттер… – наконец смог выдавить из себя он, – чертов ты маленький придурок! О, Мерлин! Мне не могло просто повезти. Обязательно в роли потрясающего, заботливого, умного партнера мне должен был достаться именно ты!
Мужчина закрыл лицо руками и обреченно застонал.
Демон боялся пошевелиться. Чего он ждал? Все было ясно с самого начала. Это же Снейп, мать его, Северус. Больно. Опять больно. Не подавать виду. Пусть уходит. В замок никто не попадет. Пусть мир катится к черту. Только бы не ползти за ним. Не хватать за руки, за полы мантии, не умолять. Сохранить остатки собственного достоинства. Упереться. Потом, когда Северус уйдет… Тогда – можно. Дать волю животному, тоскливому вою, который так и рвется из горла, можно рвать на себе волосы и крушить все вокруг. А потом лечь тут, у камина. Где он ласково перебирал смолянистые локоны, целовал тонкие пальцы. И… не подниматься с этой мягкой, белой шкуры. Если принюхаться, то можно еще уловить запах. Самый родной на свете. Умереть. Пусть уходит… Только не при нем… Пусть запомнит его с гордо поднятой головой.
Мужчина тем временем, видимо, принял решение.
– Я в орден.
И исчез порталом.
Демон рухнул на колени там, где и стоял. Обхватив голову руками, с удлинившимися когтями, он начал раскачиваться из стороны в сторону. И завыл. Высоко, протяжно. Тоскливо и безнадежно. Аэ ушел. Бросил его. А ведь обещал… Боль, боль, разрывающая внутренности. Как тогда, когда Аэ в первый раз отказался от него, оставил умирать. Может, уйти в Инферно? Но там нет такой шкуры, пахнущей Северусом. Нет бассейна, в котором Эр обнимал горячее, такое желанное, стройное тело. Спальни, где Северус позволил ему… любить себя. Когда он еще не знал, чья кровь течет в нем. Когда была еще надежда.
Обхватив себя руками за плечи, Эр улегся на бок. Теперь уже все равно. Свернувшись клубочком, он принюхивался к еле различимым ноткам запаха, оставшимся от Аэ. И вспоминал. Как стройное тело изгибалось, приникая к нему, как тонкие, но такие сладкие губы шептали, что только ему, Эру… все – только ему.
Минуты превращались в часы, а демон все лежал у угасающего камина. Мышцы свело, одежда давно измялась. Но не все ли равно, как умирать? Впав в странное оцепенение, он уплывал куда-то. Сознание мутилось, тело окаменело. Дыхание стало редким.
«Нельзя, – сам себе попытался сказать Эр, – нельзя расклеиваться. Воин я или кусок драконьего дерьма, годный лишь на удобрения? Мне надо бороться. Аэ всегда был своенравным. Тем лучше. С покорной марионеткой – скучно. Или я – или вообще никто. Не отдам его никому. Пока жив, буду оберегать. Никаким блондинам он не достанется, или я не Хаэрри-кровавый, как называли меня когда-то. Превратился в диванную подушку за века, в течение которых Аэ вел себя хорошо. Стоило ему взбрыкнуть, как я умирать собрался. Как баба, которую любовник бросил. Черта с два!»
Уговаривая сам себя таким образом, демон понемногу сменил позу эмбриона на более свободную. Потом, разогнав застоявшуюся кровь по телу, медленно сел. Слабость. Во всем теле. Крылом не взмахнуть. Даже хвост еле шевелится. Апатия.
«Я не тряпка. И ноги об меня никто не вытрет. Чертов мир. Угораздило Аэ родиться именно на этом плане, в этой ж… Так, подняться. В душ, оттуда – в тренировочный зал. Махание мечами всегда меня бодрило. А если еще и кишки кому-нибудь выпустить… Нет, нельзя. А то раз было уже такое. Не остановиться потом. Хотя Малфой… Нет, хватит, Эр. Поднимайся, давай. Ты сильный. В крайнем случае, можно заточить Аэ в замке в Инферно… Там жарко, он будет ходить полуголый… Мммм, и выбраться не сможет. И Малфой его там не достанет. Эх, мечты-мечты. Свободу воли ограничивать нельзя».
Демон с видимым трудом поднялся. Дойти до купальни. Наполнить горячей водой бассейн. Отогреться, вернуть телу подвижность. В воду – стимулирующее зелье. Аэ его изобрел. После ссор с ним оно всегда помогало. Что же, привычка впадать в прострацию при малейшем намеке на равнодушие партнера никуда не делась за последние три века. Хоть что-то неизменно.
«Отлично Эр, почти живой. Северус побегает и придет – в его правилах ставить жирную точку. Послушаем, какой козел был Джей По. Чертова поттеровская кровь. Лучше бы я родился от того же Люца. Хоть бы убивать его было жалко в случае чего. Интересно, что Северус скажет Дамблдору? Правду, или… Ладно, поживем-увидим. Выбираться из этого корыта. Так. Вытереться. Костюм для тренировок. Отлично. И когда успел исхудать? Эх, от тоски, как барышня сохну. Черт бы побрал гормоны демонические».
Зайдя в зал, демон взял два своих меча и начал разминку. Тело слушалось неохотно. Как будто говорило «На кой хер тебе это, хозяин? Все равно никто не оценит». Но Эр гнал от себя тоскливые мысли. Выпад, выпад, раскрутка, мельница, связка рубящих ударов с разными замахами. Тело понемногу отходило. Через полтора часа демон почти пришел в норму. Направление мыслей тоже поменялось. В просветлевшей голове строились десятки многоходовых комбинаций по завоеванию Северуса. Подбиралось огромное количество доводов, которые, опираясь на знание слабых сторон Аэ, должны были возыметь действие.
«Мда, – цинично подумал демон, – даже если вас съели, у вас по-прежнему остается два выхода – штатный и аварийный».
Протанцевав с мечами еще не менее двух часов, пока тело не обрело прежнюю пластичность, демон даже ощутил голод. Это было очень хорошим знаком. «Ешь – значит, жить будешь», – сказала ему как-то небезызвестная Тесс.
Снова совершив водные процедуры, демон облачился в кожаные брюки. Футболка со вздохом была отброшена – зачем? Раньше она надевалась для Северуса. Подавив в себе новую волну горечи, демон отправился в столовую. Перекусить, выпить кофе. Поспать пока не удастся. Тем более уже почти утро.
Допивая третью чашку крепчайшего эспрессо, демон ощутил, как вспыхнул камин в комнате для переговоров. Сердце пропустило удар. Северус вернулся. Вернулся в такой час, в который не наносят официальных визитов. Четыре утра. В такое время только возвращаются домой после тяжелой ночи.
  
– Эр, – позвал родной голос, – Поттер, выходи. Не хочу использовать настроенный на тебя портал – оказаться в центре бассейна в одежде, если вдруг тебе приспичило помыться, не входит в мои планы.
– Я в столовой, – откликнулся демон хрипло.
Слышимость была отличной. Сам настраивал чары во время болезни Северуса, чтобы успеть помочь в случае чего.