Гарри Поттер и его наследие (СИ)

Тот уже лежал на перемененной постели в новой пижаме – свежий и умытый.
– Зелье от головной боли, – он указал на флакончик с фиолетовым зельем, – потом выпьешь чаю. Через час – овсянка и зелье для укрепления тела. Потом – поспишь, а вечером зелье для стабилизации магического фона. Утром – зелье повышения тонуса. Рассчитываю, что завтра к обеду об интоксикации будет забыто. Надеюсь, навсегда.
  
Северус молча осушил предложенный флакон и взял предложенную чашку чая.
– Кстати, – снова подал голос демон, опять устраиваясь на пушистом ковре у постели, – мы так и не выяснили, что привело к отравлению. В организме накопилось огромное количество тяжелых веществ – свинец, мышьяк. Из зелий, помимо тех, что ты мне назвал, и Слез Морганы – есть еще, судя по ингредиентам, какая-то новая модификация сыворотки правды и зелья подчинения. Я готов выслушать твои предположения на этот счет. Как ты дошел до жизни такой, и кому мне в первую очередь оторвать голову?
Северус, задумавшись, провел подушечками пальцев по губам, на что демон утробно заурчал:
– Перестань меня провоцировать, Северус, потому что я и так на пределе, – опять этот низкий, вибрирующий голос – признак возбуждения.
Северус лишь иронично изогнул одну бровь и убрал руку.
– Думаю, что веритасерум и подчинение – дело рук директора. Он неплохой зельевар и мог модифицировать эти зелья таким образом, чтоб они маскировались его чаем или лимонными дольками. Насчет ядов – не уверен. Директору я нужен живым, а Лорд предпочитает менее тонкие способы расправы.
– Не верю, что такого маститого зельевара, как ты, можно напоить веритасерумом без его ведома. На тебя действует Империо?
– Слабее, чем на других. И наложить его под силу лишь директору и лорду. Ну, или тебе.
– Очень смешно, Северус. Всегда мечтал о жизни с тупой марионеткой. Я даже на рабах его никогда не использовал, ибо считаю, что искренне преданный в десять раз полезнее вынуждаемого.
– Я лишь полностью ответил на вопрос. Я могу сопротивляться Империо.
– Хорошо. Скажи, как ты себя чувствовал в последние недели?
– Как обычно, разве что спина болела больше обычного. А раздраженность – мое нормальное состояние.
– Было ли время, когда ты чувствовал себя по-другому?
Северус замолчал, вспоминая.
– Характер у меня всегда был замкнутый и язвительный. Людская глупость меня раздражала с детства. Но особенно нетерпимым я стал… В двадцать два. Когда стал двойным шпионом. Нервное напряжение…
– И зелья, помогающие тебя держать под контролем. Если Дамблдор поит тебя всякой гадостью столько лет, то я не понимаю, как ты до сих пор жив.
– Не пойман – не вор, – философски заключил Северус.
– А пойман – труп, – посулил демон. – Ладно, давай почитаю тебе «Вестник зельеварения»?
Следующий час они провели очень приятно. Эр читал статьи звезд мирового зельеварения и метко давал характеристики их умственным способностям, и манере излагать излишне сложно самые элементарные вещи.
– Так, мистер Эдвардсон, безусловно, муд… не самый умный человек, но нам пора кушать, принимать зелья и спать.
– Мерлин, когда это закончится? Я веду жизнь хомяка – ем и сплю.
– Не набегался еще в жизни? Такого намотал на себя, что два дня на лечение – это нам просто очень повезло, родной. Еще после снятия метки и блоков с магии посидишь взаперти – будут выбросы, и надо будет подобрать скрывающий артефакт. Нечего всех подряд информировать о том, что у тебя изменился объем магии. Ты для видящих ауру будешь светиться, как костер на фоне свечек. Сходим к гоблинам. Проверим тебе родословную и купим артефакты.
Лицо Северуса окаменело.
– Зачем тебе моя родословная? Я о тебе ничего не знаю, а ты будешь знать обо мне все?
– Ты сможешь сохранить это от меня в тайне. Просто родословная необходима для определения крови – возможных наследий. Я и так знаю, что у тебя за магия. Она моя. Меня интересует примесь, полученная от биологических родителей.
– Моя мать из рода Принц, а отец – маггл, – нехотя признался Северус. Вспоминать о семье не хотелось.
– Отлично. Маггл должен был сделать тебя физически сильным. Полукровки всегда выносливее. Посмотри на меня. Я от отца-человека и отца-демона.
– У тебя два отца?! Даже в магическом мире это практически невозможно. – Шок явно отображался на бледном лице.
– Не забывай, что один из них – демон. Я лишь на одну десятую унаследовал кровь и гены человека. Но и десятая доля человеческой крови и магии позволяет мне то, чего я был бы лишен, будучи демоном – меня невозможно изгнать обрядом экзорцизма, каким бы сильным ни был заклинатель. Мир людей – практически мой дом. Наравне с Инферно. К тому же, именно кровь смертного позволяет мне так сильно любить тебя. Редко кто из демонов на это способен.
Северус отвел глаза. Уже не в первый раз зеленоглазый говорит ему о своих чувствах, как о чем-то давно известном и решенном. Почему так хочется верить? Позволить себе просто… наслаждаться обществом этого притягательного существа. Нет… пока он что-то скрывает – иначе почему бы ему не сказать, в какой именно магической семье родилось это чудо? Кто из мужчин решился зачать от демона? Это наверняка древний могущественный род – темное существо не выбрало бы себе обыкновенного полукровку.
– Скажи мне, Хар-Эрри, где твои родственники? Почему никто не интересуется, где ты? Как они отнесутся к тому, что ты избрал себе партнером человека гораздо тебя старше, да еще и с таким прошлым? Как ты все это видишь? У тебя, наверное, есть друзья. Или были – до наследия?
– Можешь звать меня Эр. Что же до всего остального… я никогда тебе не лгал. Ни в этой жизни, ни в прошлых. Не стану и сейчас. Я очень богат, но семьи у меня нет. Да если бы и была, то ты для меня – единственный, кто важен. Были друзья, но теперь они для меня – чужие люди. Такие же, как и все. Что до моего видения будущего… Я надеюсь, что со временем ты примешь меня. Больше мне ничего не нужно. Абсолютно самостоятелен и свободен. Привязан только к тебе. Буду защищать тебя до последнего удара сердца. Даже против твоей воли.
Северус допил чай и внимательно разглядывал своего собеседника.
– Мы враги? С той десятой частью, оставшейся от человека?
Демон невесело усмехнулся.
– Надеешься понять, кто я? Я тебе не враг. И, скорее всего, никогда по-настоящему не был. Причина, по которой я не раскрываю своего человеческого имени – попытка избавить тебя от стереотипа. Я хочу, чтобы ты узнал меня настоящего. С чистого листа.
– Но ты знаешь, кто я?
– В общих чертах и в некоем роде.
– Сколько тебе лет?
– Три тысячи сто пятьдесят девять.
– Ты понял о чем я.
– До наследия? Глупо спрашивать, если сам знаешь. Мое Альтер-эго было очень молодо. Обычный возраст принятия наследия – 17 лет. Иногда, но редко – 21. Какой вариант тебе больше по душе? – глаза демона сузились. – Думаешь, я не понимаю, что ты делаешь? Я же сказал, что ты узнаешь все со временем.
– Тогда зачем отвечаешь? – Голос Северуса был слаб, но полон интереса.
– Я не хочу скрывать от тебя ничего. Единственная причина, по которой я это делаю – твоя предвзятость и бескомпромиссность. Так что оставим этот разговор. Мне не пережить разлуки с тобой, поэтому я предпочитаю не рисковать.
– Ты считаешь, что я смогу обречь тебя на смерть после всего того, что ты сделал для меня?! – голос мужчины аж сорвался от возмущения.
– Я считаю, что ты способен придумать проблему на ровном месте, убедить себя, что она неразрешима, и в очередной раз сломать себе жизнь. Я этого не допущу. Я уже умирал без тебя. И каждый раз это было больно. Больнее, чем ты можешь себе представить.
  
– Скажи, – вдруг сменил тему разговора Северус, – я всегда похож внешне на себя из прошлой жизни?
Демон мечтательно улыбнулся.
– И нет, и да. Характер почти не меняется. Внешность… ты всегда был худощав и темноволос. Глаза бывали и другие – темно-синие, темно-серые. Но черные, как сейчас, мне особенно дороги. Такие, как в первую жизнь. Они бывают чаще всего.