Гарри Поттер и его наследие (СИ)

– Отстань от него, Рат, – не менее возбужденно крикнул белокурый, отбрасывая за плечи тугие кудряшки. – Это я придумал! – и плюхнулся с другой стороны, утыкаясь носом Северусу в плечо.
– Иди к шайтану, Скорп, – парировал темноволосый и показал брату язык.
– Сам к папуле сходи.
– Тихо, – еле слышно приказал Северус, и оба демона тут же замолчали, впрочем, корчить друг другу рожи они при этом не перестали. – Увидеть у меня вряд ли получится. Я почти ослеп.
  
– Ага! – снова заорал Ай-Рат. – Мы принесли тебе суперзелье!
– Ты снова будешь прожигать Мастера взглядом!
– Пленять глупых девиц на ежегодном Балу Ста Королей!
– Наговоришь комплиментов маме Цисси!
– Приструнишь Андре и Дракошу, а то вообще оборзели!
– Сможешь оседлать Сфая!
– И нас возьмешь с собой, как тогда, когда мы удрали от Мастера в Ледяное Инферно!
– Тшшш, – зашипел Северус, а Эрри насторожился:
– Когда это вы летали на Сфае в Инферно?
Демоны потупились, сердито сверкая друг на друга глазами.
– Это все ты, – обвиняющее заорал Скорпиус. – Проговорился, поганый шакал!
– Ах ты, отрыжка гиены!
– Тихо, – рявкнул Северус и закашлялся.
Демонята притихли, и Ай-Рат вытащил из воздуха бутылочку темного стекла.
– Вот, Мастер, – тихо сказал он. – Мы сварили его специально для Сева.
Эрри принюхался и кивнул – хуже точно не будет.
Северус осторожно выпил содержимое сосуда, закашлялся и крепко зажмурился, а потом открыл по-прежнему ясные черные глаза.
– Не зря я тратил на вас время и ингредиенты в лаборатории, – прохрипел он, обводя прояснившимся взором обстановку комнаты, знакомой до мелочей.
– Сработало! – заорали в один голос мальчишки ста лет отроду и запрыгали на кровати, как два молодых козленка. – А теперь мы будем танцевать для тебя, Сев!
Не дожидаясь разрешения, они сбросили легкие рубахи и остались в одних тонких шальварах. Полилась чувственная восточная мелодия, и чертовы демоны плавно закружились, абсолютно синхронно изгибаясь и потряхивая аппетитными задницами, заставляя звенеть колокольцы, украшавшие их богатые пояса, низко сидящие на бедрах.
Забывшись, они добавили в свой танец чувственности, легко касаясь лиц друг друга, плеч, волос и вскоре уже вовсю кружились, забыв обо всем на свете, как два молодых страуса в брачном танце. Нгар Его Шестой Светлости прищурил временно помолодевшие глаза и увидел, что ауры молодых ифритов переплетены, как у любовников. Может, юноши еще сами не осознают своей привязанности, но в лучшем случае они заключат общий триумвират, а в наиболее вероятном – удовольствуются друг другом.
– Мда, – заключил Северус, глядя на это безобразие. – А Люциус еще надеялся женить этих испорченных демонов на дочерях Блейза и Эннесараима. Наивный.
Мальчишки очнулись, глядя друг на друга затуманенными глазами, и вдруг повалились в ноги Эрри, причитая по-арабски, как плакальщицы на каирском базаре:
– Мастер, поговори с отцом. Мы не хотим близняшек Энни и Бонни! Они классные, но мы… пожалуйста!
– Что по этому поводу думает Адиль?
– Он знает, но вот папа…
– Я поговорю, маленькие подхалимы! Но на Бал идти придется.
– Ну, Мааастер!
– Нет, у вас есть родители, я не стану в очередной раз вас покрывать!
– Ну, в последний рааааз!
– Нет.
– Сев?
– Нет, – тихо ответил Северус, и шалопаи повесили носы.
– Опять куча смертных будет на нас смотреть, как на вкусные куски копченых скампов! – возмутился Ай-Рат и взгляд его серых глаз стал холодным.
– Ладно тебе, – беспечно отозвался Скорпиус, наматывая на палец один из множества белоснежных локонов. – Лишь бы руками не трогали. И зачем ты, Мастер, это придумал – каждый божий год одно и то же!
– Бал существует для облегчения поиска партнеров! – поучительно сказал Эрри. – Каждая ведьма или маг, достигшие возраста семнадцати лет, могут прийти туда…
– Ага, и привлечь к себе внимание сотен вампиров, демонов, вейл, кентавров, эльфов, дроу, гномов, антропоморфных драконов, сирен, нагов, иэпсов и прочей нелюди в надежде, что кто-то сочтет их достаточно аппетитными для того, чтобы предложить союз. Хотя бы временный.
– Верно, Скорпи. Ассимиляция наших миров требует определенных мер, к тому же, такое вот официальное мероприятие, проходящее в моем присутствии, всяко лучше, чем перегрызенные глотки и осушенные, обескровленные маги, найденные где-нибудь в подворотне. На Бал допускаются только магически состоявшиеся представители волшебных народов.
– Уизли-Томасы ждали приглашения на твой Бал, как манны небесной, – фыркнул Ай-Рат.
– Предатели крови наименее привлекательны для других рас, – устало вздохнул Эрри. Настырная, все еще молодящаяся Джинни, ста шестнадцати лет отроду, спала и видела, как бы пристроить своих прапраправнуков кому-нибудь помогущественнее. Хоть в гарем. Стать избранником бессмертного было очень престижно и… финансово выгодно. Семье выплачивался изрядный выкуп, а приданого не требовалось вовсе.
– Мы пойдем, – переглянувшись, решили сорванцы. – Только не ждите, что мы будем вести себя прилично.
– Люциус опять запрет вас в Северной Башне, – предупредил Эрри.
– Мы найдем, чем там заняться, – уверили его молодые демоны и снова нахально переглянулись. Потом они поднялись с пола и снова улеглись с двух сторон от Северуса, задумчиво разглядывая его изборожденное морщинами лицо. Впрочем, видели они перед собой все равно только Сева или Аэ – товарища по самым отчаянным проделкам. Встречались до недавнего времени они в основном в Инферно, а там у Нгар Шестого Герцога был совсем другой вид.
– Когда ты уже сдохнешь? – задумчиво поинтересовался Ай-Рат, проводя указательным пальцем по глубокой вертикальной морщине, пересекавшей высокий лоб Северуса.
– Фу, Рат! Не вежливо так говорить! – воскликнул Скорпи, но его темные глаза весело сверкали. – Слышал бы тебя папа Люц или мама Цисса!
– А что такого? – деланно удивился Ай-Рат. – Я хочу, чтобы Сев скорее переселился в Инферно. Снова стал молодым и веселым. Что в этом плохого?
– Надо говорить «когда ты уже отбросишь копыта»!
– Или «сыграешь в ящик».
– Или «протянешь ноги».
– Или «отойдешь в мир иной».
– Нет, это тупо, – решил Скорп. – «Сдохнешь» все-таки лучше.
– Угу. Ну, так когда, Сев?
– Делаю все от меня зависящее, – невозмутимо ответил Северус и устало прикрыл глаза – зрение опять портилось, но он был благодарен этим двум невозможным существам за подаренные мгновения счастья: просто видеть их и Эрри.
– Севви, мы будем ждать тебя! – проорали ифритовы отродья, вскочили, выдали несколько па страстного танго и исчезли в портале, позабыв сброшенные рубашки.
– Вот видишь, любовь моя, – ласково проговорил Эрри. – А ты говоришь, что превратился в развалину. Молодые демоны оставляют в твоей постели поспешно сброшенную одежду.
Северус чуть заметно улыбнулся и тихо прошелестел:
– Когда ты собирался сказать мне про Бал?
– Сегодня, – беззаботно ответил демон. – Я не пойду.
– Бал Советника без Советника – это как-то неправильно, ты не находишь?
– Я не оставлю тебя! – упрямо возразил Эр.
– Пойдет прахом сотня лет работы, – предупредил Северус. – Если на этом мероприятии что-нибудь случится хоть с одним из гостей-магов. Так что ты пойдешь.
– Сев…
– Пойдешь. Я… прошу тебя.
Эрри боролся с собой несколько долгих минут. Он не умел отказывать Северусу, который и так почти никогда и ничего не просил.
– Хорошо, Аэ. Если ты так хочешь…
– Хочу. Иди, собирайся. Прикажи Микки приготовить ту мантию, из зеленого шелка, которую мы вместе купили в Италии.
  
– Как скажешь. Это прекрасная мантия, любовь моя. Я ее надену. Для тебя.
– Да, для меня. А теперь я хочу отдохнуть, если ты не против. Устал.
Советник наклонился к своему возлюбленному, целуя его в приоткрытые губы, и пошел трансфигурировать мантию, хоть отдаленно похожую на ту, что износилась уже более пятидесяти лет назад. Но Северусу знать об этом не стоило.