Гарри Поттер и его наследие (СИ)
– Эр, ты хоть понимаешь, что я большую часть времени провожу в Хогвартсе, где полно детей? Маленьких, беззащитных, вкусных смертных, – чуть недовольно возразил Северус.
– Присутствие в Тени вампира, который будет все время сыт и не посмеет напасть без твоего приказа, никому не помешает. Но решать тебе. Хогвартс не станет возражать. Эннесараим?
– Я очень хочу… остаться при Его Милости, – нежно зазвучал голос вампира и в нем проскользнули просящие нотки, – пожалуйста, Господин. Я… никто из смертных не пострадает без Вашего разрешения. Клянусь.
На его раскрытой ладони вспыхнуло серое пламя с красными отблесками. Северус задумчиво поглаживал губы и внимательно рассматривал «приобретение». Вампир был невероятно красив – тонкие эльфийские черты лица, розовые, хорошо очерченные губы, яркие миндалевидные глаза, длинные, светлые волосы. Сильное, гибкое, поджарое тело… Грация, сила, скорость. Хорош. Очень хорош.
– Расскажи мне о себе, Эннесараим, – приказал мужчина. Эрри чуть напрягся, что не укрылось от внимательного Северуса.
Желтые глаза вопросительно взглянули в зеленые, и демон обреченно кивнул.
– Мне девятьсот двадцать девять лет, Господин, – начал он рассказ своим невероятным голосом, – я полукровка. Моя мать – в равной мере эльф и человек. А отец – вампир. Я не истинный мертворожденный. Меня обратил родитель, как только мне исполнилось двадцать. Был принят в Западный клан и вскоре стал неплохим мечником и охотником. После обращения сохранил все черты рас, от которых происхожу, именно поэтому… я несколько необычен для вампира. Обещаю быть Вам хорошим рабом, Господин.
– Какими видами оружия владеешь? – спросил Северус. Было видно, что он интересуется искренне.
– Глефа, парные мечи, лук и копье – на достойном уровне. И почти все остальные виды – на приемлемом. Любимое оружие – глефа.
– Что у тебя за доспехи?
– Выкованы темными гномами. Не мифрил, конечно, но над ним поколдовал сам Второй Герцог… Это – предмет моей гордости, но если…
– Я не собираюсь лишать тебя его, не переживай, – усмехнулся Северус, – какой телохранитель без доспехов?
Эннесараим счастливо улыбнулся и благодарно поцеловал узкую ладонь своего Господина. Эр предупреждающе приподнял брови, и вампир с сожалением выпустил свою добычу.
– Как ты собираешься организовать кормление двух вампиров, Эрри? – задал, наконец, самый важный на данный момент вопрос мужчина.
– Придется переправить из Дома десяток рабов для Эннесараима…
– Простите, что перебиваю, Мессир, – улыбнулся желтоглазый, – но я живу достаточно долго, чтобы позаботиться о себе – у меня пятнадцать добровольных доноров по всему миру. И достаточно средств, чтобы их обеспечить. Не извольте беспокоиться. Об Ивьерсе заботился клан, так как он еще очень молод. Ему действительно понадобится Ваша помощь.
Эр по-прежнему задумчиво рассматривал новую собственность Северуса. Ему, конечно, хотелось бы избежать общения мужа с этим… существом. Особенно, учитывая… некоторые обстоятельства. Но Судьба решила иначе – его, демона, муж сам потребовал себе Эннесараима. Значит, так тому и быть.
– Ладно. Но мы вернемся к этому разговору позже. На тебе – безопасность самого дорогого, что у меня есть… и не приведи Люцифер…
– Никогда, Мессир, вы же знаете… что я скорее погибну сам.
– Что происходит? – насторожился Северус. Что-то в этом всем ему не нравилось.
Эрри вздохнул и вдруг обратился непосредственно к желтоглазому:
– Эннесараим, сколько мы знакомы?
– Девятьсот лет, Хар-Эрри.
– Ты… помнишь, о чем мы говорили в позапрошлый раз?
– Да, Мессир.
– Что-нибудь поменялось с тех пор?
– Нет, – вампир отвел глаза, не в силах выдерживать и дальше пристальный взгляд зеленых омутов Герцога, – но я сдержу свое обещание. Спасибо, что доверили мне… своего супруга.
– Рад, что ты понимаешь. Раз уж так сложились обстоятельства, лучше, чем ты, его никто не защитит.
– Я еще ничего не решил, – голос самого Северуса прозвучал холодно, – и, если уж на то пошло, я не понимаю, о чем речь?
Красивый вампир потянулся к своему Господину, но оборвал сам себя, уставившись в пол.
– Я не смею, Господин, – проговорил он грустно, – простите.
– Эрри? – потребовал мужчина.
– Это не моя тайна. Если Эннесараим захочет, он сам расскажет тебе. Скажу одно – я в курсе. И не могу сказать, что в восторге, но…
– Да что, черт побери, происходит?! – взорвался Северус. – Немедленно отвечай, – это уже вампиру.
Тот обреченно опустил плечи и замер, не поднимая глаз.
– Мы оставим вас, – решил вдруг Эр, поднимаясь и увлекая за собой Ивьерса, безучастного ко всему, кроме зеленых глаз его Бога, – пойдем, мальчик. Организуем тебе ванну и поищем переодеться. Давай, поднимайся.
Северус с изумлением смотрел на мужа. Эрри на мгновение задержал взгляд на коленопреклонном блондине, и в его глазах мелькнула жалость. Придерживая за плечо обессиленного Ивьерса, он переместился в одну из гостевых спален и вызвал домовика. Изо всех сил он старался не думать о том, что сейчас происходит у камина. Там, где он оставил Северуса наедине с вампиром. Очень красивым, сильным бессмертным существом.
– Я – весь внимание, – холодно произнес тем временем Его Милость, и темные глаза впились в бледное красивое лицо собеседника, который по-прежнему не поднимал взгляда.
– Я… – начал юноша у его ног и снова нерешительно замолчал.
– Ну? – поторопил его мужчина, теряя терпение.
– Я безответно влюблен в Вас вот уже девять столетий, – тихо проговорил желтоглазый, робко поднимая взгляд на своего Господина, – и обещал Его Светлости, что не стану претендовать на Вас… взамен он сохранил мне жизнь. Я принес клятву. Но… очень рад, что Судьба дала мне возможность быть ближе к Вам. Издали восхищаться… При случае я с радостью отдам за Вас жизнь… Просто позвольте мне это… Я знаю, что не достоин, что мне никогда… Даже не прикоснуться к Вам, но я с радостью научу вас, своего Господина, всему, что умею сам.
Северус ошарашено рассматривал существо у своих ног. Надо же. Оказывается, Аэ – еще тот сердцеед. Странно, что Эр допустил такое. Он убивал и за меньшее, если верить имеющейся информации.
– Как давно ты не видел Аэ? – спросил, наконец, он у Эннесараима.
– В прошлое Ваше перерождение Его Милость и близко меня не подпустил к Вам. Так что… чуть более четырехсот лет. Это было пыткой для меня, Господин.
– Ты считаешь меня своим… партнером? – в глубоком голосе Северуса слышалось напряжение.
– Нет, Господин, – грустно улыбнулся вампир, – я на четверть эльф и на четверть человек. Так что мои… чувства к Вам имеют… естественное происхождение. Магия тут ни при чем.
– О чем вы договаривались с моим мужем? Почему он оставил тебя в живых?
– Мне кажется… – задумчиво проговорил вампир и снова мягкая улыбка осветила его черты, – что Его Светлость сочувствует мне. И, так как я никогда не пытался оспаривать его право на Вас… он счел возможным… продлить мое существование.
– Ты и сейчас не претендуешь?
– У меня нет шансов, Господин, – было слышно, что новый раб смирился со своей судьбой.
Мужчина ненадолго погрузился в задумчивость, а после спросил:
– Ты специально поддался мне? Во время боя?
– Нет. Просто не ожидал, что Вы стали так сильны. Ваши таланты в военном деле всегда были… выдающимися, но еще никогда Магия не делала Вас…
– Я Перевертыш, Эннесараим, не вампир.
Желтоглазый щедро улыбнулся:
– Это было для меня неожиданностью, не спорю. Отчасти поэтому я и проиграл поединок. И еще… я никогда бы не смог поранить Вас.
– Как же Глава Клана допустил тебя к поединку? – удивился Северус. Чем дальше, тем интереснее.
– О, он пребывает в счастливом неведении относительно… моих чувств. Иначе… он никогда бы не выбрал меня Вам в противники, – в ярких глазах блеснули искорки смеха, – но я не поддавался во время боя, Господин.
Северус как будто что-то для себя решил.