Гарри Поттер и его наследие (СИ)

Оборотень, тяжело поднявшись, взял зелье и поковылял к выходу. Он никому не сможет рассказать о произошедшем. Да и не стал бы – шкура слишком дорога. Жаль, что его мечта – Северус – уже принадлежит ЭТОМУ. Но его время еще может настать. Если Нгар покинет демона, тот умрет. А он, Ремус Люпин, долго скрывал ото всех свой истинный нрав. Он подождет еще.
Ведь Северус так вкусно пахнет в последнее время. А от кого-то, хоть отдаленно подходящего на роль партнера, так просто не отказываются. Мы еще посмотрим, кто кого, Хар-Эрри, Герцог Инферно.
  
 Глава 48 НЦ 
Северус вернулся в спальню и обнаружил, что Эр застегивает на себе костюм из драконьей кожи, надевавшийся только для тренировок.
– Далеко собрался? – спокойно поинтересовался мужчина, подмечая необыкновенно напряженное, нервное состояние своего Эрри.
– Пройдусь, – коротко ответил демон.
– Отбой уже был. Марш в постель, – Северус все так же невозмутим.
Эрри приподнял брови, как бы говоря «преподавателей истязать можно, а гулять – нет?»
– Эрри…– начал Северус.
– Да, это все – правда, – перебил его муж. – Демоны неспособны любить. Их партнеров хватает не более, чем на пару сотен лет. После чего души людей разлагаются, как трупы весной. Я монстр. Чудовище.
– Я люблю тебя, – просто ответил на это мужчина. – И совершенно точно знаю, что это – взаимно. Нельзя сыграть любовь. И обмануть Магию. Чудовище? Но это всего лишь значит, что и я не лучше. Раз мы – единое целое.
– Я бы убил его, Северус. Не задумываясь.
– Убить еще успеешь. Да и отравить проще – быстро и без лишних спецэффектов в виде огненных плетей. Выпендрежник, – тонкая бровь поползла вверх, провоцируя ответить.
– Аэ, я… не выживу без тебя. Ты – единственное, что необходимо мне для существования.
– Значит, ты будешь жить вечно. Вечно юный, вечно прекрасный, – ехидно прокомментировал Северус это серьезное заявление. – Неужели ты мог допустить хоть тень сомнения, что я молодому, красивому, богатому, магически сильному, влюбленному в меня демону предпочту старого облезлого оборотня? На кой он мне сдался? Я и в худшие времена, когда не отличался особой популярностью, побрезговал бы им.
Эрри усмехнулся, но как-то невесело.
– Прости, за то, что я показался тебе таким, Северус.
– Хммм, классный волк. Или кто это был?
– Адская Гончая. Один из подвидов.
– Да мой юный супруг еще и анимаг… – промурлыкал Северус, обнимая Эра за плечи, – просто кладезь талантов. Есть еще какие-то сюрпризы? Может, еще какие-нибудь формы?
– Не знаю. Каждый раз по-разному. Многое зависит от отца-человека. Сеееев, – вдруг совсем другим тоном произнес демон и уткнулся мужу в плечо, – какого лешего им всем от нас надо? Не могу же я поубивать всех идиотов, а?
– Воспитывать дураков, – глубокомысленно ответил на это мужчина, целуя Эра в висок, – совершенно бесполезное занятие. Поверь моему двадцатилетнему опыту преподавательской деятельности.
Демон только тяжело вздохнул, чуть переменил положение и произнес тихо, чуть жалобно куда-то в район северусовой шеи:
– Ты меня не бросишь-не покинешь?
– Еще чего. Устанешь ждать.
– Никогда-никогда?
– И еще чуточку дольше…
– Правда?
– Слово Нгар.
Эрри счастливо вздохнул и приник губами к шее Северуса.
– Не опасайся за свою душу, родной. Я не собираюсь ее разрушать.
– Ммм? А из-за чего это обычно происходит?
– Демон развращает человека, понемногу вытравливая из него все доброе: жалость, сострадание, любовь… И его душа погибает.
– А у нас?
– Ну, я и сам изгой. Примерно, как Волдеморт среди магов – безумный маньяк, так я среди демонов – Санта-Клаус. Генетический урод, ненормальное явление.
– И как тогда получилось, что тебя слушается Кнут Герцога?
Демон вздохнул, выпустил мужа из объятий и присел на шкуру у камина. Немного помолчав, он заговорил:
– Я не лгал тебе, когда говорил, что я – сын одного из пяти Герцогов. Само по себе это – уже гарантия высокого положения среди демонов. Полюс мои «ратные подвиги» на Арене…
Северус опустился рядом и приготовился слушать.
– Но я не уточнил, что мой отец – весьма близкая родня Князю Тьмы. Я никогда не принимал участия в борьбе за власть, придворных интригах. Как и мой отец, кстати. Мы оба – воины. Я, конечно, выбраковка – во мне много человечности.
Любовь к тебе… Жалость к смертным… Небезразличие… – Эр нехорошо усмехнулся. И
продолжил:
– Я бы не смог стать главой клана воинов. Ни при каких условиях.
Профнепригодность, как сказали бы магглы, – демон усмехнулся, глядя куда-то в огонь.
Немного помолчал. Северус не торопил его.
– Когда ты… Когда смерть разлучила нас в последний раз… – продолжил демон через минуту, – я сошел в Инферно, снедаемый острой душевной болью. Боялся, что потерял тебя навсегда. Это означало, что мне придется жить на планете демонов. Всегда. А значит, нужно обустраиваться, отвоевывать себе место у Огненного озера. В результате трехсотлетней войны… освоения новых территорий… покорения нескольких новых видов диких существ… принятия от них вассалитета… Я – шестой Герцог. Не всеми признанный. Но Князь питает ко мне некоторую слабость, как к
придворному шуту. Я со всеми своими чувствами… забавен для него. Он принял мою Клятву. Со всеми оговорками. Кстати тот факт, что я смог призвать Кнут, говорит о том, что мы восстановили баланс сил.
Северус усмехнулся:
– Да я уже понял это сегодня. На потолке. Только-только колени зажили после гона и вот опять…
– Прости, – тут же оживился демон, – давай поцелую. Моя слюна…
– Обладает антибактериальным и заживляющим действием. Я помню. Ну, целуй…
– Сев, – прошептал Эрри, склоняясь к коленям своего мужа, – мой Северус.
– Твой…
– Я…
– У меня завтра восемь уроков, – предупредил Северус явно романтично настроенного демона, – но, – поцелуй в склоненную к его коленям макушку, – думаю, несколько часов я все же смогу уделить своему молодому темпераментному супругу.
Эр тут же впился в ухмыляющиеся тонкие губы своими, заклинанием освобождая их обоих от одежды и трансформируясь.
Северус, уже вытянувшийся на шкуре у камина во весь свой немаленький рост, неожиданно произнес:
– Все-таки люблю твои крылья и хвост. Это так… сексуально…
– Рр, – только и мог ответить на это его супруг, уже занятый выцеловыванием одному ему известных узоров на ароматной коже своего Нгар.
Через несколько часов, отведя немало лишней энергии изголодавшемуся Хогвартсу, мужья устроились в постели. Обессиленный Северус тут же уснул. Эрри долго гладил спящего по волосам, тихо удивляясь своему счастью. После чего осторожно выбрался из-под тяжелой руки, обнимающей его, и покинул апартаменты декана Слизерина. У него этой ночью было еще одно дело, не терпящее отлагательств.
Пробравшись к себе в комнату, он снова облачился в костюм из драконьей кожи, заплел волосы в две косы и, усмехнувшись своему отражению в призванном Зеркале, снова принял вид человека. Полностью скрыв все излишки Силы, он в последний раз проверил все блоки и ограничители и исчез в портале.
Ровно мгновение спустя Эрри возник на поляне в запретном лесу. Укрывшись от яркого лунного света в тени раскидистого дуба, он принялся ждать. Спустя сорок минут в нескольких метрах от неподвижно замершего демона раздался еле слышный шорох, и на поляну вышел человек. Эр усмехнулся сам себе и негромко произнес:
– И снова здравствуйте, почтеннейший профессор Люпин.
Оборотень затравленно огляделся, но его глаза, приспособленные видеть даже в кромешной тьме, не смогли различить и силуэта окликнувшего его. Голос, безусловно, был узнан. Что тоже не способствовало обретению душевного равновесия.
  
– Прекрасная ночь, не так ли? – продолжил тем временем Эр, и в его голосе послышалось веселье. – Как раз подойдет для того, чтобы поговорить.
– Г-господин?
– О, не надо лукавить, профессор. Вы так же признаете меня господином, как и Альбуса Дамблдора – своим другом. Так что? Побеседуем?