Мой враг (СИ)

Я еду к нему и безумно радуюсь тому, что мы должны встретиться как минимум на двенадцать часов раньше, чем если бы он, как в прошлый раз, сам приехал ко мне в Москву.
Неделя разлуки после прошлого двухнедельного расставания прошла довольно-таки быстро. Мы научились больше писать друг другу, больше разговаривать по телефону, замещая этим технологичным общением присутствие друг друга в своих жизнях.
Когда мое сердце сильно одолевала тоска, я смотрела на Луну и представляла, что он тоже глядит на нее, и это огромное небесное светило, кажущееся с Земли игрушечным шариком, объединяло и приближало нас друг к другу.
Подъезжаем к Московскому вокзалу, и мое сердцебиение учащается в предвкушении встречи с Максимом. Перебираю глазами цветную массу людей, ища в ней любимый серый взгляд, и испытываю пьянящее чувство радости от скорой встречи.
Выхожу на перрон и, растерянно смотря в разные стороны, не могу найти своего МММ. В этот момент кто-то закрывает мне глаза ладонями, и до боли знакомый голос произносит у уха:
– Добро пожаловать в Петербург!
Оборачиваюсь и висну на его шее с диким визгом:
– Макс!
Кто-то недовольно смотрит на меня, но мне безразлично. Пусть хоть все показывают на нас пальцами. Я так счастлива, что готова кричать об этом во всеуслышание.
Наши губы тут же находят друг друга и, еле сдерживая бешеную страсть, мгновенно вспыхнувшую от прикосновения тел, увлекают нас в бездну нашей любви.
Когда мы немного берем себя в руки и отрываемся, разомкнув объятия, то спешим к его машине во взаимном желании поскорее добраться до его квартиры, чтобы, оставшись наедине, предаться страсти, выплескивающейся через край после недели воздержания.
Лежу в прострации на животе, обнимая руками подушку. Макс водит мне пальцами по спине, и мне хочется мурлыкать, а не вылезать из кровати и идти готовить ужин.
Словно прочитав мои мысли, он спрашивает меня:
– Что ты думаешь насчет пиццы в постель?
Поднимаю голову и, счастливо улыбаясь, киваю.
– Думаю, отличная идея.
Он берет с тумбочки планшет, и мы определяемся с заказом.
Все так же не отрываясь от подушки, я обещаю:
– Завтра я не буду лениться и приготовлю нам с тобой умопомрачительный обед.
Макс прижимается ко мне и, зарывшись в моих волосах, бормочет:
– Приготовь лучше умопомрачительный завтрак, как ты однажды делала, потому что на обед мы пойдем к Вадиму и Марине.
После его слов мрачнею и повторяю, словно была не в состоянии понять сказанное с первого раза:
– К Вадиму и Марине?
Насмешливо смотрит на меня.
– Да. Ты чего, трусишь?
Фыркаю.
– Нет. Просто странно это. Для нее я бывшая любовница ее мужа.
– Ну вообще-то нас позвал Вадим, а Марина пока ничего не знает, и это хороший повод все прояснить.
Вспоминаю случайно прочитанное эсэмэс его сестры, где она называла меня шлюхой, вспоминаю, как она выгоняла меня из своего дома, когда я пришла разоблачать ее мужа, и думаю, что завтра мне предстоит веселенький обед.
– Вы оба решили позабавиться и посмотреть, как Марина будет прилюдно убивать меня? – горько усмехаюсь я.
– Знаешь, при всех раскладах, думаю, с тобой это у нее не получится, – также шутя отвечает он.
Я хмыкаю и пытаюсь отогнать мысли об этой неприятной новости. Я не рада предстоящей встрече с Мариной, но сегодня не хочу об этом думать. Сегодня долгожданный и самый лучший вечер на этой неделе, и нас ждет такая же долгожданная, неповторимая совместная ночь, а все остальное решаю оставить на завтра…
  
Глава 8.
 
Проснувшись утром раньше Макса и немного полюбовавшись на то, как он спокойно спит рядом, я решаю пойти на кухню и приготовить, как хотел МММ, умопомрачительный завтрак.
Аккуратно выбравшись из кровати, я, не копошась в своих вещах, а подобрав с кресла его вчерашнюю пахнущую моим любимым парфюмом футболку, натягиваю ее на себя и выхожу из комнаты.
Запускаю кофемашину, залезаю в холодильник и достаю все необходимое для приготовления завтрака.
 
Минут за двадцать я со всем управляюсь и с чашкой полуостывшего кофе, задумавшись, стою у окна и смотрю на панораму города.
Макс неслышно подходит сзади и, обхватив меня за талию, чмокает в щеку. Вздрагиваю от его неожиданного появления, и он виновато шепчет:
– Прости, я не хотел тебя пугать.
Оборачиваюсь и, поставив чашку на стол, обвиваю его шею руками.
– Ничего. Я просто задумалась.
– О чем?
– О нас, – многозначительно ответила я.
– А поконкретнее?
Пожимаю плечами.
– Вспомнила, как однажды уже готовила тебе здесь завтрак, а потом ты появился… Ты был другой… Ты так улыбнулся… И, наверно, тогда я что-то почувствовала к тебе.
Сама начинаю улыбаться своим воспоминаниям и тому, какими глазами он смотрит на меня.
– А когда тебе понравилась я?
Задумывается, слегка нахмурив брови, а потом отвечает:
– Наверно, тоже тогда. Ты вдруг стала такой милой, что я посмотрел на тебя другими глазами… А когда ты пришла в клуб в том сногсшибательном платье, я вообще поплыл.
Вспомнив про остывающий завтрак, усаживаю его за стол и плюхаюсь рядом. Мы принимаемся поглощать приготовленный мной омлет с жутко вредным беконом, продолжая делиться друг с другом такими значимыми для нас мелочами из наших воспоминаний из той прошлой и такой далекой теперь жизни.
Я никогда раньше не жила с мужчиной. Даже наше трехнедельное проживание в гостинице было немножко другим – мы как будто находились у кого-то в гостях; а сейчас, сидя полуодетыми на его просторной кухне, улыбаясь, предаваясь воспоминаниям и успевая еще поглощать мои кулинарные изыски, я вдруг ощущаю всю прелесть совместного проживания, так что даже идея Макса о переезде к нему переходит в моей голове из разряда невозможных в раздел предполагаемых.
Стою у зеркала уже не меньше часа и подсознательно пытаюсь за ярким макияжем спрятать саму себя. Это словно защитная реакция, я хочу стать менее уязвимой.
Макс вламывается в ванную.
– Wow! Какая ты красивая!
Изображаю улыбку, хотя на душе у меня неспокойно.
– Если ты будешь собираться такими темпами, мы скоро опоздаем.
– Поехали. Я готова.
Отражение Макса подмигивает мне в ответ и улыбается. И я заставляю себя держать лицо.
Машина, дорога и возрастающее с каждым километром волнение.
Пытаясь переключить себя от неприятных мыслей, я терроризирую Макса, меняя Playlist с музыкой, раздражаясь оттого, что мне ничего не нравится. Он мужественно терпит меня и не ворчит, делая вид, что не замечает моего психоза.
С горем пополам мы приезжаем в Репино. Спустя несколько минут знакомый дом Вадима маячит на горизонте.
Охранник, ничего не спрашивая, открывает ворота, и мы въезжаем во двор того бесподобного парка, что сооружен вокруг дома.
Макс вбросает взгляд на меня.
– Не нервничай. Я с тобой.
Киваю. Его поддержка очень мне нужна.
Когда мы входим в дом, Вадим находится в гостиной и, увидев нас, спешит навстречу, улыбаясь и раскрывая мне объятия.
– Вероника! Как я рад тебя видеть.
Макс смотрит на мою реакцию и, не заметив ожидаемой им вспышки гнева, таращится на меня. Не комментирую. У меня нет сейчас возможности ничего объяснить.
Утонув в объятиях Вадима, произношу:
– Я тоже рада тебя видеть.
– Ты, как всегда, невероятная красотка, – заявляет он, отпустив меня на несколько шагов от себя и откровенно осматривая меня с ног до головы.
Макс берет меня за руку и, притянув к себе, обнимает за талию, словно показывая ему, кому достался трофей. Не придала значения этой смешной выходке, поскольку, несмотря на радушный прием Вадима, я все еще заметно нервничаю. Главная встреча с Мариной еще впереди. Не думаю, что она будет в восторге, узнав, кого на обед привел ее брат.
– Макс, тебе невероятно повезло, – одобряет Вадим, и в это время раздается женский голос, в котором я сразу узнаю его жену.