"Фантастика 2025-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Бастион в воскресный день был больше похож на ярмарку. С Вологды сюда наезжали толпы народа, и улицы оживлялись. Кругом лилось вино, пиво, медовуха, деньги сыпались горой, а мальчишки только и успевали бегать за покупками, соревнуясь друг с другом, кто сколько заработал. Подбиваемые спортивным интересом, они ускорялись, когда узнавали, что отстают от «конкурентов».
Я заглянул в ратушу и посмотрел на стенд-карту с флажками.
  
— Есть что-то новенькое? — спросил я одиноко сидящую распорядительницу, выдававшую разрешения на закрытия брешей и выписки для банков.
Вихляя бёдрами, она как будто специально медленно подошла к огромному стенду и близоруко нагнулась, чуть оттопырив задницу. Признаться, меня коробило такое поведение, и я больше раздражался, что она переигрывает.
— М-да, Артём Борисович, вот шесть новых брешей, но туда лучше одному не ходить.
— А с чего вы, Елена Викторовна, взяли, что я пойду туда один?
— Ну, вы же у нас такой шалун, везде хотите быть первым, — она потянулась рукой, чтобы коснуться моего плеча, но я в последний момент чуть шагнул вперёд, будто хотел рассмотреть карту поближе.
— А что это за штрихованная область? Я её раньше не видел.
Едва не споткнувшаяся соблазнительница быстро взяла себя в руки и поправила на бёдрах облегающее платье. Через неё явно прошёл не один десяток молоденьких ликвидаторов, а становится очередным трофеем в этой коллекции не входило в мои планы.
— А, вот вы про что, — даже не взглянув, сказала она. — Артист снова объявился, напал на деревню возле Вологды, — буднично сказала она и рассматривала себя в зеркале, гримасничая и отыскивая морщинки. — Утащил семерых и бывай, как знали, — она чмокнула губами.
— Что за Артист? — спросил я. — Бандит, какой? Почему он ещё жив?
— О-о-о, Артём Борисович, вы в наших краях новенький, Артист — легендарная личность, — обернулась она ко мне.
— Ну, то, что он ублюдок, я уже понял, поподробнее, — я сделал себе заметку избегать её смены, администраторша сильно раздражала.
Видно, что в выходной день ей здесь было скучно — все ликвидаторы разбежались по девкам, по барам — кто, куда и сейчас мы были единственные присутствующие в огромном зале.
— Он некромант, седьмой шаг.
— Отступник? — спросил я.
— Ага, — она вырвала ресничку и разглядывала её с интересом, — но у него там целая банда всякой шелупони: первые, вторые ранги, штук пятнадцать не меньше, — закончив прихорашиваться, она прошла обратно к стойке и уселась на стул, положив ноги на стол так, чтобы я их лучше видел. — О-очень опасные и неприятные люди, — вздохнула она. — Будет жалко, если они вас, — она провела пальцем по шее и состроила печальное выражение лица.
— Ну, это мы ещё посмотрим кому, — я повторил её жест.
Она покачала головой и закатила глаза.
— Сколько так молоденьких вас полегло на моём веку, — звучало как-то двусмысленно, но я спустил на тормозах, тем более дальше она, наконец, расщедрилась на действительно полезную информацию. — После этого ненормального находят сбитые из досок театральные подмостки, стулья там и прочее, — вздохнула она и скучающе перевела взгляд на открывшуюся вдруг дверь. — О-о, Иван Петрович, здравствуйте, здравствуйте, — ноги тут же исчезли со стола и дама, если её так можно назвать, радостно выпорхнула из своего гнёздышка. — Какими судьбами? Ах, это мне? Вы меня совсем балуете, Иван Петрович, я же на работе, — она махнула ресницами в мою сторону.
Сглатывавший слюну при виде прыгающих бубенцов ликвидатор посмотрел мне в глаза с тем мужским: «Выручай, брат». Я повернулся к Елене и кивнул.
— Ничего, я уже ухожу.
— Эм, а ничего брать не будете, Артём Борисович? — крикнула она мне в спину, я поднял руку и помахал. — Вот и отлично, празднуйте, наслаждайтесь жизнью. Нечего вам там делать, — досказать она не успела, потому что усатый Петрович ринулся в атаку и до меня донёсся её заставляющий стыдиться свинячий визг.
Я, конечно, не ханжа, но к чёрту такие приключения с гонореями и прочими весёлыми болезнями. Следующим, кого собирался навестить, был Бенкендорф. Тот удивился, увидев меня раньше времени.
— Что хотел? — сразу после приветствий спросил он.
Похоже, торопился куда-то. Впрочем, Христ не так прост. Причина, по которой мы ходим в рейды раз в неделю — его вторая работа в Тайной Канцелярии. Между вылазками члены команды могли делать что угодно: отдыхать, тренироваться, заниматься семьёй или как я напрашиваться в другие группы.
— Расскажи мне про Артиста, что за фрукт? — попросил я его.
Глаза Бенкендорфа не выдали какого-либо удивления, и он запросто поделился сведениями про эту банду отступников. Чем больше Христ рассказывал о неуловимых некромантах и их жестоком лидере, тем сложнее мне становилось сдерживать улыбку.
«Я сорвал джекпот».
— И когда мне ждать твоих новых приключений, завтра? — скрестив руки на груди, спросил шпик.
— Завтра? — весело повторил я. — Нет, Александр Христофорович, уже сегодня.
— Мать твою, Артём, ну что ты творишь? — не выдержал мой надсмотрщик. — Ты время видел? Пока доберёшься до леса, уже стемнеет, да и откуда ты знаешь, куда идти?
— В ратуше была информация…
— Они могут быть где угодно — возможно, уже вышли из той зоны.
— Вы не волнуйтесь, Александр Христофорович, я просто выполняю обещание, мы же договаривались, помните? Только человечку своему скажите, чтоб за нами не шёл — за его жизнь я отвечать не буду.
— Кто в составе группы?
— Я и Ломоносов.
После этих слов послышался шумный выдох.
— Просто доверьтесь мне.
Он, конечно, поломался, но затем мы обсудили ещё кое-какие детали, и я довольный вышел из кабинета, а Христ пошёл раздавать распоряжения.
— Собирайся, — сказал я Ломоносову, когда вернулся со своих прогулок, Ваня сидел поперёк в уютном массивном кожаном кресле, а рядом стояла широкая чашка с печеньками и крынка с молоком.
— Я не люблю все эти городские забавы, — отмахнулся он, — иди без меня.
— А мы не отдыхать идём, — я сбросил его ноги на пол, — работа есть.
Иван сглотнул и посмотрел в окно, за которым вечерело. Нотка подозрения прокралась в его глаза.
— А нельзя как нормальные люди…
— В том и дело Ваня, что я не нормальный, — склонившись над ним, ответил я, — и ты таким же станешь. Вперёд. Полная экипировка, мы в лес идём.
Наши сборы привлекли внимание остальных.
— Вернёмся завтра, — прервав все расспросы, сказал я, потом раздал указания, и мы покинули зачаровальню.
В кармане у меня лежал Сумеречный гем, а в жилетке на тесёмках и в кожаных футлярах висело три ножа: огненный, рунический и теневой. Помимо этого, я прихватил с прилавка двадцадку Ривки на воду. Лишняя скорость создания обычных заклинаний не помешает. Ломоносов обошёлся незачарованным клинком, и запасной прикрепил сбоку седла.
Мы незаметно покинули Бастион и по дороге припустили в лес. Карта отпечаталась у меня в голове. Я чётко знал, куда нам двигаться. Когда доехали до первых деревьев, солнце скрылось за горизонтом, и каждая тень от веток казалась притаившимся монстром.
— Не бойся, тут брешей нет, — успокоил я друга, но сам смотрел в оба, я-то знал, что неподалёку их шесть, но Ивана надо было успокоить. — Держи, — кинул ему помятый цилиндр, — бери след.
Ваня послушно сосредоточился на манапотоках, считываемых с головного убора, и открыл маназрение. Артист потерял свой реквизит в одном из налётов нашей группы быстрого реагирования, но маньяк приобрёл славу неуловимого некроманта, потому в последний момент сумел ускользнуть, бросив своих подчинённых.
  
— Я готов, — ответил Ломоносов, и мы поехали дальше, мимо высоких сосен, углубляясь в чащу.
Я не сумасшедший и знал — молодые порталы не пустят монстров гулять по округе слишком далеко, ведь их будет какое-то время сдерживать барьер — там в основном летающая живность. Утром сюда нагрянет прорва ликвидаторов, и всё зачистит. Монстры же с других брешей не сунуться на чужую территорию, пока порталы не раскрыты полностью. Об этом я узнал у болтливого Соловья.